Новости

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

В ближайшее время жестокий убийца предстанет перед судом.

Отца двоих детей искали двое суток.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Служба курьерской доставки, подробности…
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Фрау родом из лагеря

14.07.2000
Через 50 лет на Урал приехали немецкие женщины,  интернированные сюда во время Великой Отечественной войны

Валерий ЕРЕМИН
Миасс

Со школьной скамьи нам известно, что во время Великой Отечественной войны немцы угоняли на работу в Германию тысячи мирных жителей из нашей страны. Однако ни в школе, ни в других учебных заведениях нам не говорили, что, в свою очередь, советское государство, вступив войсками на территорию Германии, интернировало тысячи немецких девушек и женщин для тяжелой работы в Союзе.

Честно говоря, я узнал об этом случайно: недавно вместе с ребятами из Потсдамской гимназии имени Лейбница, уже несколько лет сотрудничающей с миасской школой N 26, прилетела группа пожилых немцев: двое мужчин - бывшие военнопленные и три женщины, некогда интернированные и отправленные на Южный Урал. Вместе с ними приехала дочь одной из этих женщин, родившаяся в 1947 году в Карабаше, в лагере для военнопленных, и журналисты Второго немецкого телевидения, снимающие фильм на эту тему, до сих пор закрытую для широкой общественности.
С Виктором Бройером, в третий раз посетившим Миасс, где он когда-то работал на автозаводе в числе пленных немецких солдат, случилась беда: с инсультом попал в больницу, после чего немедленно был отправлен домой.

Через 50 лет на Урал приехали немецкие женщины, интернированные сюда во время Великой Отечественной войны

Валерий ЕРЕМИН

Миасс

Со школьной скамьи нам известно, что во время Великой Отечественной войны немцы угоняли на работу в Германию тысячи мирных жителей из нашей страны. Однако ни в школе, ни в других учебных заведениях нам не говорили, что, в свою очередь, советское государство, вступив войсками на территорию Германии, интернировало тысячи немецких девушек и женщин для тяжелой работы в Союзе.

Честно говоря, я узнал об этом случайно: недавно вместе с ребятами из Потсдамской гимназии имени Лейбница, уже несколько лет сотрудничающей с миасской школой N 26, прилетела группа пожилых немцев: двое мужчин - бывшие военнопленные и три женщины, некогда интернированные и отправленные на Южный Урал. Вместе с ними приехала дочь одной из этих женщин, родившаяся в 1947 году в Карабаше, в лагере для военнопленных, и журналисты Второго немецкого телевидения, снимающие фильм на эту тему, до сих пор закрытую для широкой общественности.

С Виктором Бройером, в третий раз посетившим Миасс, где он когда-то работал на автозаводе в числе пленных немецких солдат, случилась беда: с инсультом попал в больницу, после чего немедленно был отправлен домой. Остальные гости съездили из Миасса в Копейск, Коркино, Карабаш и Аргаяшский район, где пятьдесят с лишним лет назад принудительно работали в шахтах и на полях.

Я встретился и поговорил с ними. Понять друг друга нам помогла Мария Осиповна Райзинг, председатель Миасского городского объединения немцев "Возрождение". Довольно раскованные, обаятельные, жизнерадостные фрау охотно отвечали на вопросы, надеясь, что российская пресса, наконец, напишет о замалчиваемых у нас сторонах войны.

Ельга Бергау:

-- Войдя в наш город, советские солдаты без особого разбора забирали девушек и женщин от 16 до 30 лет, садили в машины и увозили на железнодорожную станцию. Потом нас везли в поезде, в вагонах для скота, где было душно от неимоверной тесноты, сыро, грязно. Кормили очень плохо, насиловали и издевались над нами. Наш эшелон, в котором было около двух тысяч интернированных, выгрузили в Челябинске, откуда одних направили работать в угольные шахты, других - на металлургические предприятия, третьих - на рудники. Я попала в Копейск. Жила вместе с другими в специальном лагере для интернированных. Здесь отношение было нормальное: никто нас не трогал. Работали в шахтах вместе с русскими, в том числе женщинами, только нормы у нас были другие и кормили нас скудно. В лагере то и дело умирали: от тифа, дизентерии, просто от голода. Потом нас перевезли в Карабаш работать на медном руднике. Жили в лагере вместе с пленными солдатами. Тут больше было порядка и свободы. А главное - лучше питание. Нас кормили кашами, супами с капустой, нередко давали рыбу. Тут многие из нас нашли своих будущих мужей. Вернулись на родину в 1949 году, проработав в Советском Союзе четыре с половиной года.

Ганс Виманн:

-- Я был бригадиром у этих женщин. Их заставляли выгружать из вагонов лес для шахты, вывозить поднятую наверх землю тачками, загружать и толкать вагонетки. Очень тяжелая работа. Причем устанавливались высокие нормы, за невыполнение которых урезали хлебный паек. Я, как мог, старался смягчить условия работы женщин, и они это хорошо помнят. Мужчины жалели их, но мало что могли сделать, имея свои завышенные нормы.

Гешель Вальтраут:

-- Когда родилась Карин, она сразу стала любимицей всего лагеря. Подневольные рабочие поднимались из шахты, и я, работавшая после рождения дочери медсестрой, выходила встречать их с ребенком на руках. Это здорово поднимало их настроение. Муж мой вернулся в Германию позже нас с Карин, его отправили после Карабаша работать в Воркуту.

Карин Момзень преподает в школе. Она очень рада, что приехала в Россию. В ее заграничном паспорте в графе для места рождения записано: Карабаш, Урал.

-- Вот и увидела место, где родилась, куда стремилась попасть с тех самых пор, как впервые услышала рассказ матери про свою тяжелую молодость, - говорит она. - На месте лагеря сейчас пустырь. Очень бедный город, хотя стоит на богатой рудами и драгоценными металлами земле.

Но в целом впечатление от посещения Карабаша у немцев хорошее. Они встретились и обменялись сердечными приветствиями со старожилами, которые помнят работавших у них немцев. Была устроена теплая встреча в городской администрации, глубоко тронувшая гостей.

Встречи с пожилыми жителями, помнящими интернированных немецких женщин, прошли также в Копейске и Коркино. Немцы съездили и в Аргаяшский район, где одна из этих женщин, Элигарт Кребс-Пахали, искала свою бывшую бригадиршу из русских. Хотела обнять и поблагодарить за доброе, сестринское отношение в те тяжелые годы.

Еще мои собеседницы попросили поблагодарить через газету руководителя совместного российско-германского предприятия "Лига" Андрея Рязанова, помогшего им совершить эту поездку. Разрешения на нее пришлось добиваться в российском Министерстве иностранных дел.

Ингеборг Якобс, режиссер Второго немецкого телевидения:

-- Как тележурналист я не первый год работаю в России. Сейчас собираю материал об интернированных немецких женщинах. Сделали с оператором съемки в Копейске, Коркино, Карабаше. Тема до сих пор в России закрыта. Если о военнопленных можно получить в российских архивах практически любой документ, об интернированных - ничего. Как будто их не было, хотя, только по собранным мною сведениям, таких насчитывается более 200 тысяч. Они использовались на тяжелых работах на Урале, в Сибири, других районах вашей страны. Многие умерли там от голода и страшных болезней.

Они приехали на Южный Урал освободить душу от груза тяжких воспоминаний, увидев другую Россию и другое к ним, немцам, отношение. С неподдельной искренностью говорят, что не держат обиды на русских, очень признательны за радушие и содействие в их миссии. n

Комментарии
Комментариев пока нет