Новости

Скопившийся мусор загорелся, огонь тушили несколько дней.

Гости высоко оценили качество реализации и масштаб проекта по воссозданию оружейно-кузнечных объектов.

Спортсмены, судьи и тренеры принесли торжественную клятву о честной борьбе.

Стайка поселилась в пойме Тесьминского водохранилища.

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Медицина на фоне Чечни

15.07.2000
Челябинские врачи выдержали военную проверку на прочность

После трагических событий в Аргуне пришло понимание: медицина, которую мы так часто ругаем "дома", безупречно зарекомендовала себя в Чечне, а мастерство врачей, работающих в военных госпиталях, вполне можно сравнить с мастерством их коллег времен Великой Отечественной. Означают ли эти очевидные успехи, что "мирная" медицина отчасти перестроилась на военные рельсы? Или так уж мы, русские, устроены, что для хорошей работы нам обязательно нужен какой-нибудь форс-мажор, вооруженный конфликт, стихийное бедствие?..

- Не берусь судить об особенностях национального характера, но не могу не согласиться с тем, что Чечня стала для нашей медицины проверкой на прочность, - говорит начальник областного управления здравоохранения А.В.

Челябинские врачи выдержали военную проверку на прочность

После трагических событий в Аргуне пришло понимание: медицина, которую мы так часто ругаем "дома", безупречно зарекомендовала себя в Чечне, а мастерство врачей, работающих в военных госпиталях, вполне можно сравнить с мастерством их коллег времен Великой Отечественной. Означают ли эти очевидные успехи, что "мирная" медицина отчасти перестроилась на военные рельсы? Или так уж мы, русские, устроены, что для хорошей работы нам обязательно нужен какой-нибудь форс-мажор, вооруженный конфликт, стихийное бедствие?..

-- Не берусь судить об особенностях национального характера, но не могу не согласиться с тем, что Чечня стала для нашей медицины проверкой на прочность, - говорит начальник областного управления здравоохранения А.В. Козлов. - С самого начала военных действий здравоохранение области было готово оказывать воюющим южноуральцам медицинскую помощь в полном объеме, включая помощь специалистами, но этого не потребовалось. Прежде всего потому, что система оказания этой помощи на местах работала слаженно и практически не нуждалась в корректировке. Все раненые и контуженные поступают сначала в эвакогоспиталь в Ханкале, где происходит обработка и сортировка по различным госпиталям Северо-Кавказского военного округа. Ребята с более серьезными ранениями направляются в два госпиталя в Моздоке, откуда поступают к узким специалистам. Сегодня присутствие южноуральского здравоохранения в Чечне ограничивается в основном отправкой туда необходимых медикаментов.

-- Не оголяет ли это областную медицину?

-- Нет. По сравнению с потребностями лечебных учреждений области в Чечню отправляется не так много лекарств.

-- Как это ни печально, но трагедии вроде Аргуна, ашинской катастрофы, аварий на шахтах происходят у нас достаточно часто. Насколько готова так называемая медицина катастроф области "держать удар"?

-- Я считаю, что служба медицины катастроф работает у нас нормально. Хотя мы не выполняем до конца приказов министерств здравоохранения, ГО и чрезвычайных ситуаций, которые требуют создания изолированной, выделенной из состава региональной системы здравоохранения структуры. Я придерживаюсь другого мнения, и опыт работы Уфимской службы медицины катастроф, являющейся, по мнению министерства, передовой, меня не вдохновляет. Так же, как опыт работы Екатеринбурга и ряда других областей. Я считаю непозволительной роскошью создавать новую службу со специальным штатом, транспортом, системой подчинения, связи. Челябинская область изначально пошла по другому пути, и хотя нас пытаются активно с этого пути свернуть, мы не видим целесообразности в изменении курса. Наша служба медицины катастроф создана на базе областной клинической больницы - крупнейшего многопрофильного лечебного учреждения области. В состав службы входят ее руководитель и два помощника, у которых есть определенный штат, оперативные цели, но бригад как таковых, которые бы сидели и ждали, когда случится очередное ЧП, у нас не существует. Они существуют организационно и делятся на профили - травматологические, хирургические, нейрохирургические, токсикологические и другие. Бригады состоят из врачей, которые на постоянной основе работают в больнице, регулярно проходят специальные сборы, получают незначительную доплату и готовы по первому сигналу тревоги отправиться на место происшествия. Когда пришла тревожная весть из Аргуна, я был на ногах в четыре утра, в половине пятого утра находился в управлении внутренних дел, в 6.15 позвонил первому заместителю С.И. Матвеевой, а уже в 8 часов четыре бригады сидели на коробках с медикаментами и ждали отправки. Бригады работают по принципу полной взаимозаменяемости, поэтому у нас не может возникнуть ситуации, когда кто-то заболел или ушел в отпуск и группа лишилась, скажем, хирурга или реаниматолога. "Подкрепление" в лице санавиации и аптек позволяет говорить об отлаженной системе, ломать которую, на мой взгляд, нет никакой необходимости. Единственное, о чем можно вести речь - об оснащении наших бригад современными средствами связи и прежде всего замене телефонной связи на модемную.

-- Известно, что ребята, воевавшие в Чечне, нуждаются в психологической реабилитации. Планируется ли у нас создание такой структуры?

-- В области мощная психиатрическая служба, в системе которой работают и психологи. Каждый из бывших "чеченцев" в обязательном порядке был обследован специалистами на предмет психического здоровья, прошел тестирование. К чести ребят, психика у всех оказалась крепкая, отклонений в состоянии здоровья ни у кого не обнаружено. Тем не менее на каждого заведена амбулаторная карта и в течение полугода они будут находиться на учете у специалистов, ведь война - это всегда серьезная психологическая травма, последствия которой могут проявиться неожиданно.

-- Вы и здесь не сторонник создания дополнительных структур?

-- Я этого и не скрываю. Опыт показывает, что создание изолированных структур, которым мы увлекались в шестидесятые годы, влечет за собой целый шлейф новых проблем - финансирования, двойного подчинения, а потом эти структуры либо перестают существовать, либо превращаются в традиционные многопрофильные больничные учреждения. И это закономерно. Исследование личности подразумевает наличие диагностической базы, лабораторного оборудования, соматические консультации - все то, что может предложить только современная больница. А зачем ее создавать, если у нас уже есть огромная психиатрическая больница N 1? Чрезмерный упор на специализацию, когда, образно говоря, левое ухо лечил один специалист, а правое - другой, ни к чему хорошему не приведет.

-- Отмечена ли Чечня интересным врачебным опытом - уникальными операциями, новыми формами организации медицинской помощи?

-- Когда после Аргуна мы забрали своих раненых из всех госпиталей Северо-Кавказского военного округа и повезли их домой, то руководствовались исключительно душевным порывом. А получился опыт. Теперь по нашему примеру поступают многие другие территории. Забирают своих раненых и везут домой, ухаживают, лечат. Получается эффективнее, ведь, как известно, дома и стены помогают.

-- Судя по всему, восстановление конституционного порядка в Чечне, во время которого гибнут люди, закончится не завтра. Может быть, мы уже "дозрели" до того, чтобы внести изменения в систему подготовки будущих медиков: например, увеличить выпуск хирургов и травматологов или ввести новую специальность военврача?

-- Пока у нас не наблюдается дефицита хирургов или травматологов. Что же касается воен-врачей, то это специальность, которая отличается от "мирных" врачей настолько кардинально, что одной лишь корректировкой учебных программ здесь не обойтись. Да и стоит ли? В России есть четыре вуза, которые замечательно справляются с этой задачей. Во время командировки во Владикавказ я встретился с бывшим нашим земляком, когда-то начинавшим в больнице ЧМЗ, а ныне военным врачом, кандидатом медицинских наук, полковником Владимиром Васильевичем Шиловым. Чтобы подготовить профессионала такого класса, нужны блестящие учителя, традиции, научная школа:

-- Какие, на ваш взгляд, главные проблемы нашей медицины в Чечне?

-- Наверное, все-таки нехватка медикаментов. Наши ребята говорят, что не все доходит до нуждающихся, появляется на рынках. В этом нет нашей вины, контроль за прохождением лекарств не входит в функции медработников. Тем не менее после Аргуна мы решили сделать эту помощь более точной, адресной. Это не очень просто сделать в силу технических причин, но отработка новой система уже начата.

Лидия ПАНФИЛОВА

Еще один груз "200"

В понедельник в Екатеринбург прибудет самолет, который доставит на родину тело капитана милиции Александра Суханова, сотрудника Центрального РУВД Челябинска, погибшего при теракте в чеченском Аргуне.

Сразу после трагедии тяжело раненного милиционера доставили в госпиталь во Владикавказе. При нем не оказалось ни именного медальона, ни документов, потому в официальных списках Александр Суханов долгие дни значился как без вести пропавший. Установить личность раненого удалось только после того, как из Челябинска на Кавказ пришли отпечатки пальцев пропавшего милиционера. Однако через несколько дней, так и не приходя в сознание, Александр Суханов скончался.

Родственникам Александра Суханова будет выделена материальная помощь из благотворительного фонда при УВД города.

Сергей БЛИНОВСКИХ

Комментарии
Комментариев пока нет