Новости

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Власти Кудымкара пока не знают, как будут обеспечивать жителей питьевой водой на время отключения водоснабжения.

Подрядчика для ремонта крыши определит аукцион.

Испекут блины, посоревнуются, поздравят мужчин с 23 февраля.

Вместо 12 месяцев на посту парень может провести два года на нарах.

На базе местного НИИ травматологии и ортопедии планируется открыть еще один нано-центр.

Найден таксист, который превратил своего пассажира в Шрека.

В Омской области неизвестный своим автомобилем травмировал женщину.

Коуч сибирских хоккеистов Андрей Скабелка подал в отставку.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Гомеопат ведет из ада через... ад

12.07.2001
Доктора Анну Свентицкую ограбили в Москве и вылечили в Греции

Виктор РИСКИН
Касли

"Вас эти деньги убьют!"
Анна Ивановна надолго запомнит тот день в конце сентября прошлого года. Оставшиеся рубли она решила обменять на доллары, чтобы в далекой стране купить детям кое-что из одежды. "На рынок не ходи, - предупредили ее, - обчистят".
- И я пошла в обычный московский обменный пункт, - рассказывает каслинский гомеопат Анна Свентицкая. - Получила 250 долларов, села в автобус и поехала по адресу, где мне обещали ночлег.

Доктора Анну Свентицкую ограбили в Москве и вылечили в Греции

Виктор РИСКИН

Касли

"Вас эти деньги убьют!"

Анна Ивановна надолго запомнит тот день в конце сентября прошлого года. Оставшиеся рубли она решила обменять на доллары, чтобы в далекой стране купить детям кое-что из одежды. "На рынок не ходи, - предупредили ее, - обчистят".

-- И я пошла в обычный московский обменный пункт, - рассказывает каслинский гомеопат Анна Свентицкая. - Получила 250 долларов, села в автобус и поехала по адресу, где мне обещали ночлег. Вышла и направилась по аллее между двумя детскими садами.

Ей бы оглянуться. Тогда бы точно приметила трех парней, преследующих от самого "обменника". Но было уже поздно.

-- Меня прижали к мусорным бакам. Самый высокий предупредил: "Не вздумай пищать, тетка. Гони быстро баксы!" Я открыла сумочку и отдала все полторы с лишним тысячи.

Это были деньги, которые Свентицкая по крупицам собирала на поездку в Грецию. 500 долларов надо было заплатить за авиабилеты (туда-обратно), уже купленные руководителем группы, 700 выложить за учебу, 300 - за гостиницу и питание. Единственное, что она сказала своим грабителям, была отчаянная, но емкая фраза: "Вы меня лишаете всего. Но я выживу, а вас эти деньги убьют!"

А дальше было все, как в тумане. В голове одна мысль: в таком состоянии на квартиру к знакомым идти нельзя. Вернулась в метро, села на ступеньки, открыла карманный молитвослов. Подошли какие-то две женщины, сочувственно выслушали сбивчивый рассказ, поохали, поахали. Потом достали кошельки и дали по 50 рублей. Еще посоветовали обратиться в милицию. Там на Свентицкую наорали: не надо, мол, было ушами хлопать, и: протянули 60 рублей. Анна купила две булки хлеба, батон колбасы. На первое время хватит.

Гомеопатия - медицина индивидуальная

Первым, с кем я столкнулся в квартире врача-гомеопата Свентицкой, был ее пациент, 72-летний Василий Спиридонович Коваленко. Он охотно согласился поведать историю своей болезни. Работал мастером в Вишневогорске. В тот день 1985 года копошился в цеховом тамбуре, когда неведомая сила проломила кирпичную стену и навалилась на него страшной тяжестью. Сорвавшаяся 12-тонная вагонетка, груженная кирпичами, в четырех местах раздробила кости таза: Коваленко трижды оперировался, два года назад удалили прямую кишку.

-- У Анны Ивановны, - говорит Василий Спиридонович, - я лечусь уже полтора года. Здесь нахожу медицинскую помощь и моральную поддержку.

Сама Свентицкая настроена менее оптимистично:

-- Да, состояние у Василия Спиридоновича улучшилось. Но при его заболевании я только это и могу обеспечить. О радикальном исцелении не идет и речи. Гомеопатии в таком случае дано лишь поддерживать стабильную работу не очень здорового организма, не допускать ухудшения.

Лет 20 из своих 45 Свентицкая проработала обычным врачом-кардиологом. О гомеопатии слышала, но, как многие, считала ее лженаукой, чуть ли не алхимией. Прозрение наступило, когда на ее руках медленно и тяжело умирала мать.

-- Тогда я сильно засомневалась во всесилии аллопатической, то есть официальной медицины. Начались метания. А тут на глаза попадается объявление: в Москве открываются курсы гомеопатии. Внутренний голос подсказал: ты должна ехать. Помог радиозавод, где работал муж. Выделил огромную для 1990 года сумму - 4500 рублей. Съездила, занималась месяц. Учеба представляла собой видеокурс лекций неизвестного мне тогда греческого профессора Витулкаса. А что дальше? С одной теорией много не навоюешь. Нет ни книг, ни аптек. В 1996-м получаю приглашение на учебу в международную академию гомеопатии Греции. Первая реакция - истерический смех: где взять деньги? Заводы на боку, в семье накоплений никаких. На помощь пришли: мои пациенты. Они поверили в меня и в науку, которую хочу познать ради них же. Короче, назанимала и - в Грецию.

Там она впервые увидела не на экране, а вживую обаятельнейшего гения гомеопатии Джорджа Витулкаса. Профессора, лауреата альтернативной Нобелевской премии. Познакомилась с ним, с его женой Зисуллой. В свое время он вылечил ее от тяжелой болезни. С тех пор Зисулла посвятила свою жизнь Витулкасу, а он свою - гомеопатии. Вместе с остальными кандидатами в гомеопаты (140 врачей из России, Молдовы, Украины, Белоруссии, Казахстана, Грузии, Прибалтики) Анна Ивановна осваивала практические навыки бывшей "лженауки". Запомнила главную истину: гомеопатия - медицина индивидуальная. Лечить надо не болезнь, а человека со всеми его проблемами.

Потряси ромашку

И все-таки, что такое гомеопатия? В словаре сказано путано: "Метод лекарственного лечения болезней, заключающийся в применении очень малых доз тех лекарств, которые в больших дозах вызывают у здорового человека признаки данного заболевания". Из трехчасовой беседы со Свентицкой я тоже мало что понял. Удивившись моей бестолковости, Анна Ивановна схватила со стола пластмассовый флакончик и сыпанула в мою ладонь с десяток мелких белоснежных горошин.

-- Это обычный молочный сахар. Можете проглотить и ничего с вами не случится. Так вот, на эту крупинку наносится гомеопатическое лекарство. Какое? Ну хотя бы обыкновенная ромашка, по-научному - хамамила. Из нее готовят настойку. Затем одну часть настойки смешивают с девятью частями воды и начинают интенсивно встряхивать. Это встряхивание называется патенцированием. У ромашки возникает дополнительная энергия, которая и воздействует на организм человека, помогая ему справиться с болезнью.

За внешне простым объяснением скрывается долгая работа. По пять-шесть часов тратит Свентицкая на первичный прием пациента. И только потом начинает лечение. Лечение долгое, может растянуться на годы.

-- Хотите быстрое, - парирует Анна Ивановна, - принимайте химические препараты или гормоны. Болезнь, как рукой снимет: на несколько часов!

Надо отдать должное Свентицкой: она не возводит гомеопатию в ранг панацеи. Есть хвори, которые ромашкой не излечишь. Есть, которые можно и нужно лечить гомеопатией и аллопатией. Гомеопатия настраивает организм на саморегулирование. Образно говоря, ставит свалившуюся дрезину обратно на рельсы. А дальше катись, опираясь на собственные силы. Начало лечения нередко пугает пациентов: их заболевание неожиданно обостряется. В этом случае Анна Ивановна успокаивает: "Из ада болезни можно выйти только через ад болезни".

Что она с этого имеет?

Такой вот обывательский вопрос я задал гомеопату. В самом деле, неспроста бывший врач-кардиолог ударился в частную практику. Наверняка "бабки" гребет, дурача народ новым медицинским направлением. Да и коллеги постоянно интересуются: "Не надоело тебе? Может, попросишься обратно? Или тебе это выгодно?"

-- Никакой выгоды, - отвечает Анна Ивановна, - гомеопатия мне не принесла. Если бы хотела заработать, то нашла бы куда более легкий путь. Занялась бы массажем, который неплохо освоила. А тут все, что зарабатываю, трачу на учебу, на книги. Один справочник, например, стоит 105 долларов. А я с пациента беру за прием всего 50 рублей, куда входит и стоимость лекарства. Получается дешевле, чем в бесплатной медицине, когда пациент идет в аптеку выкупать дорогостоящие препараты. После того, как я открыла для себя гомеопатию, то будто обрела ощущение полета. Я поняла, что нашла ключ, с помощью которого могу вытащить человека из тяжелейшего заболевания. Пришла ко мне 24-летняя женщина с язвенным колитом. Долгое время сидела на гормонах. Впереди четко просматривалась инвалидность: кишечник гнил заживо. Пришла подавленной, с грустными глазами, искусственной улыбкой, под косметикой светилась мертвенная бледность. Через месяц она изменилась. Нет, колит никуда не делся. Просто человек обрел силы с ним бороться.

Сумка на кафедре

В аэропорту Свентицкая все рассказала руководителю и переводчику группы Саше Семенову: "Денег нет. Стоит ли ехать?" "Поезжай, - ответил Саша, - все равно билеты касса назад не примет. А на месте разберемся".

-- В самолете от всей этой нервотрепки у меня открылось кровотечение. Женщины поймут, о чем я говорю. А в Греции, в гостинице, стало еще хуже. Соседка по номеру Алла Величко из Санкт-Петербурга, выслушав мой невеселый рассказ, потащила к Витулкасу. "Профессор, - взмолилась я, - мне нечем вам заплатить за учебу, не говоря уже о лечении". Он только рассмеялся. Мы с ним оказались собратьями по несчастью. Его тоже обчистили в Москве: во время осмотра монастыря из кармана вытащили деньги.

Скоро вся группа знала, что приключилось с их коллегой. На кафедре в аудитории появилась пустая кожаная сумка. В нее бросали, кто по доллару, кто по десять-двадцать. И не только "русскоязычные", но и бразильцы, индусы, израильтяне, немцы.

-- Чувство болезненной неловкости смешивалось с благодарностью. Тем более, я знала, что большинство из этих людей больше никогда не увижу и не смогу ответить таким же бескорыстным участием: это был заключительный, восьмой курс лекций. Зато я расплатилась за гостиницу, купила, что надо, детям - 14-летнему Сереже и девятилетней Маше. И о себе не забыла.

Анна Ивановна вышла из комнаты и через минуту вернулась в короткой серенькой, модной бобровой шубке.

-- Правда, смотрится? И всего-то за 200 долларов.

В ее глазах смущенно плескались искорки-крупинки надежды на понимание. n

Комментарии
Комментариев пока нет