Новости

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Краснодарский край отметит 80-летие через 200 дней.

Хорошего вечера пожелал президент США участникам предстоящего мероприятия.

Неизвестные злоумышленники вырубили ивы и вязы по адресу: улица Захаренко, 15.

Пассажир отечественного авто погиб на месте.

Через несколько секунд после появления звука ломающихся кирпичей, труба с грохотом рухнула прямо перед подъездом.

Скопившийся мусор загорелся, огонь тушили несколько дней.

Гости высоко оценили качество реализации и масштаб проекта по воссозданию оружейно-кузнечных объектов.

Спортсмены, судьи и тренеры принесли торжественную клятву о честной борьбе.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Прекома*

27.09.2001
Почему для лечения одного маленького ребенка нужно звонить губернатору?

Алевтина НИКИТИНА
Челябинск

Больше всего на свете мне хотелось быть на этой пресс-конференции только журналисткой - старательно записывать в блокнот цифры и медицинские термины, которыми сыпали врачи, собравшиеся утром во вторник в кабинете начальника городского управления здравоохранения Юрия Тюкова. В списке главных специалистов, готовых рассказать журналистам о проблемах больных сахарным диабетом, значилось аж 11 фамилий. Журналисты, которых оказалось примерно столько же, морщили лбы, пытаясь понять смысл слов "компенсация диабета", "шприц-ручка", "глюкометр":
Один тележурналист потом в сюжете о пресс-конференции почему-то упорно называл диабетиков "диабетЧИКами", получалось очень похоже на "валютчиков" или "растратчиков".
Для журналистов эта встреча с врачами была только маленьким редакционным заданием. Написал дежурную заметку, проходной сюжет сделал - и забыл.

Почему для лечения одного маленького ребенка нужно звонить губернатору?

Алевтина НИКИТИНА

Челябинск

Больше всего на свете мне хотелось быть на этой пресс-конференции только журналисткой - старательно записывать в блокнот цифры и медицинские термины, которыми сыпали врачи, собравшиеся утром во вторник в кабинете начальника городского управления здравоохранения Юрия Тюкова. В списке главных специалистов, готовых рассказать журналистам о проблемах больных сахарным диабетом, значилось аж 11 фамилий. Журналисты, которых оказалось примерно столько же, морщили лбы, пытаясь понять смысл слов "компенсация диабета", "шприц-ручка", "глюкометр" :

Один тележурналист потом в сюжете о пресс-конференции почему-то упорно называл диабетиков "диабетЧИКами", получалось очень похоже на "валютчиков" или "растратчиков".

Для журналистов эта встреча с врачами была только маленьким редакционным заданием. Написал дежурную заметку, проходной сюжет сделал - и забыл. Это, в общем-то, нормально. Здоровые люди сторонятся больных, стараются не думать о неизлечимых недугах.

И меня бы этот разговор вполне устроил, если бы, к несчастью, мне не пришлось узнать проблему изнутри.

Кому действительно была необходима эта встреча с главными специалистами города, так это самим больным и их родным. Хотя бы один раз в году - в День больного сахарным диабетом. Да и самим медицинским начальникам было бы крайне полезно послушать больных, чтобы за лесом разглядеть деревья. Такая форма проведения Дней диабета, кстати, практикуется в других городах. Цель такого дня - дать больным почувствовать, что они не одиноки, что таких, как они, - тысячи, что общество думает и готово заботиться о них.

Моя же попытка спросить о реальных проблемах вызвала раздражение врачей:

-- Не надо здесь говорить о частностях, мы же об общем и целом говорим.

Да, но ведь судьба одного маленького ребенка - это вовсе не частность. За ней - еще 150 таких же неизлечимо больных детей. Это - боль и тревога их родителей.

Каждый человек думает, что беда может случиться с кем угодно, только не с ним. Шок, который испытываешь, когда она вдруг происходит, невозможно описать никакими словами. За что, почему это случилось именно с моим ребенком? В эти моменты врачу веришь, как Богу. Горько, когда врач отворачивается от тебя.

Девятилетняя девочка таяла на глазах у своих родных и врачей. За один месяц она похудела на 10 килограммов. Участковый педиатр советовал больше гулять, и ее заставляли гулять, пока девочка могла передвигать ноги. У нее болел живот, ее рвало. Доктор полечил ее от кишечной инфекции. Рвота прошла, но общее состояние не улучшалось. Когда однажды утром она не смогла встать с постели, родители схватили ее в охапку и повезли к заведующей детской поликлиникой. Испугавшись одного вида этого истощенного ребенка, она немедленно дала направление в лучшую, по ее словам, клинику.

Потом в детской поликлинике разбирали этот случай, пытались понять, как мог участковый педиатр не заметить очевидных, классических признаков сахарного диабета. Выяснилось, что за последний год у этого часто болеющего ребенка ни разу не брались стандартные анализы крови, мочи. Не были они взяты и после "кишечной инфекции". Как доктор лечил и наблюдал ребенка - с помощью интуиции? Но тогда она его подвела. Надеюсь, что сейчас в этой поликлинике полноценно обследуют всех детей, чтобы очевидные диагнозы не ставились с опозданием на месяцы.

В детском эндокринологическом центре на базе больницы номер 8 диагноз поставили через 15 минут. Совершенно убитым родителям врачи сказали, что все будет хорошо, их девочка не первая и не последняя, ей подберут дозу инсулина, выведут из состояния прекомы.

Прошел день, потом второй. Девочке не становилось лучше. У матери до сих пор стоит перед глазами эта картина - дочка плачет и корчится от боли, а молодая красивая женщина - врач смотрит на нее и ... улыбается:

-- Знаю я, почему у нее живот болит.

-- Если знаете, так сделайте же что-нибудь, помогите ей!

-- У них все болит, когда родители приходят, а без вас они здесь вовсю бегают по коридорам...

После этой "консультации лечащего врача" родители поняли: нужно что-то делать. Обзвонили всех своих знакомых, связанных с медициной. Первый их вопрос был:

-- А что ей капают? Ничего? Немедленно нужна инфузионная терапия. Что это? Капельницы. В стационаре должны знать, какие именно, это в любом учебнике по эндокринологии написано. Она же отравлена ацетоном (он образуется, когда у человека очень долго высокое содержание сахара в крови), надо в реанимацию, промедление смерти подобно.

-- Зачем в реанимацию? - Лечащий врач вновь одарила родителей одной из своих самых снисходительных улыбок. - Если вы настаиваете, мы можем ей что-нибудь и здесь, в обычной палате прокапать.

Выпрошенная родителями капельница была лишь крохотной каплей из того, что требовалось ребенку в состоянии прекомы.

О выписанных утром таблетках родители узнали вечером от медсестры.

-- А вы даете их девочке?

-- Нет, у нас их нет.

-- Так почему же вы не позвонили нам, чтобы мы немедленно купили и привезли?

-- А я не обязана...

Когда в воскресенье (это был четвертый день девочки в этой клинике) выяснилось, что в отделении нет дежурного эндокринолога и нет лаборанта, измеряющего сахар крови (а это то же самое, что хирургическое отделение без хирурга и скальпеля), родители поняли, что нужно искать другую клинику. Целый день без контроля и лечения - разве это можно назвать полноценным стационаром?

Они нашли больницу в другом городе. Там при поступлении состояние девочки определили как "тяжелое". Сутки она провела в реанимации, еще неделю каждый день по нескольку часов - под капельницами. Ей провели полное обследование, диагностировали и пролечили уже возникшие осложнения.

Мать все это время была с дочерью - кормила ее с ложечки, подставляла судно, училась составлять правильное меню, делать инъекции. Мать не мешала врачам, они учили ее. В долгих ежедневных беседах пытались вселить в нее уверенность в своих силах. То, чему ее за это время научили, и вера в себя теперь нужны ей всегда, каждый день, потому что после выписки из больницы именно родители становятся личными врачами больного ребенка. Ведь не будешь каждый день бегать в поликлинику советоваться с эндокринологом. Диабет требует ежедневной коррекции дозы инсулина, особенно у детей.

На недавнем мировом конгрессе по диабету было заявлено, что сегодня, помимо известных двух типов этой болезни, можно выделить и третий тип. К нему можно отнести состояние родителей больных детей. Они проживают вместе с ребенком все трудности этой болезни. Они не могут быть врагами врачам, они союзники и вместе отвечают за жизнь детей.

Похоже, в Челябинске придерживаются совсем иной точки зрения. Даже на пресс-конференции господин Тюков, в общем-то не к месту, позволил себе такой пассаж:

-- Больной ребенок - это проблема для родителей. У них возникает реакция раздражения, они начинают винить в своей беде врачей, общество.

Я думаю, что больной ребенок - это проблема для врачей ровно в такой же мере, как и для родителей. Вовремя поставить диагноз, лечить так, как требуется, проявить хотя бы минимум внимания - разве это не долг любого, а тем более детского врача? Без исполнения этого долга грош цена всем программам, о которых так вдохновенно рассказывали журналистам главные медицинские специалисты города.

Если бы представители СМИ побывали в эндокринологическом отделении детской больницы номер 8, они бы увидели, как недопустимо скуден рацион питания больных детей. Они бы заглянули в шкафчик медсестры, где стоят подписанные пакетики с лекарствами. Родители покупают их на те деньги, которые могли бы потратить на лишний кусок мяса или рыбы для ребенка. Маленьким диабетикам белки особенно необходимы, без них им грозит отставание в росте и развитии. Стоит заглянуть и в детский туалет, пребывающий в таком ужасающем состоянии, какого сегодня не увидишь даже на вокзале. Они бы полюбовались на интересный документ, прикрепленный к двери ординаторской. Это прейскурант: "Консультация зав. отделением - 150 рублей. Аренда глюкометра на сутки - 90 рублей" и т.д.

Думаю, после этой экскурсии их сюжеты о лечении диабета в Челябинске были бы не такими парадными.

До сих пор родителей больной девочки мучает вопрос: не умеют или не хотят лечить состояние "диабетической кетоацидотической прекомы" в детском эндокринологическом центре, который возглавляет главный детский эндокринолог Челябинска Т. М. Попова? Может быть, здесь разработали новую методику лечения - без лекарств, одними снисходительными улыбками? И если это лучшая клиника, то что тогда творится в обычных больницах?

Всю эту историю я рассказала после пресс-конференции господину Тюкову. А еще я напомнила главному медицинскому чиновнику города, что и у него в свое время эти родители просили о помощи.

-- Надо было звонить Сумину, - сказал господин Тюков.

Если для нормального, классического лечения одной маленькой девочки требуется вмешательство губернатора, то у меня больше просто нет слов... n

Прекома - это стадия нарастающего обострения симптомов заболевания, с угнетением центральной нервной системы, периодами нарушения сознания... (Советский энциклопедический словарь. Стр. 1054).

Комментарии
Комментариев пока нет