Новости

Российская футбольная команда «Ростов» вышла в плей-офф Лиги Европы.

Повешенную садистом собаку обнаружили сегодня утром во дворе дома жители Кировского района города.

Общий вес наркотического вещества 1 килограмм 350 граммов.

В столице Татарстана в среду рано утром заполыхала колония строгого режима.

Метод скрытого наблюдения позволил стражам порядка за день составить 74 административных протокола.

Из-за небрежно оформленного сертификата был перекрыт путь в Хабаровск двум тоннам корейского риса.

Теперь уже бывшая сотрудница Управления ФССП осуждена на три с половиной года лишения свободы условно.

Хоккейные болельщики определили, кого хотят видеть на Матче звезд.

Справиться с огнем студентам удалось собственными силами.

Свидетель шокирующего инцидента вызвал полицию.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Заслужил ли глава "Почты России" премию в 95 млн рублей?






Результаты опроса

Забытые деревни

06.10.2001
Есть ли перспектива у "бесперспективных" хозяйств?

Галина ГОНИНА
Кунашакский район

Зарплата -  300 рублей
:Несколько раз в неделю жительница деревни Сурак Римма Юсупова и несколько ее соседок спешат на железнодорожную станцию, чтобы сесть на электричку до Челябинска. В неподъемных сумках - несколько литров молока, сметаны, творога, овощи с огорода. Добравшись до города, женский "десант" высаживается на рынке, где в течение дня пытается сбыть свою продукцию. Римма Ганафовна ездит в Челябинск два-три раза в неделю, но больше тысячи рублей в месяц все равно не зарабатывает. Более десяти литров с собой не возьмешь - тяжело.

Есть ли перспектива у "бесперспективных" хозяйств?

Галина ГОНИНА

Кунашакский район

Зарплата - 300 рублей

:Несколько раз в неделю жительница деревни Сурак Римма Юсупова и несколько ее соседок спешат на железнодорожную станцию, чтобы сесть на электричку до Челябинска. В неподъемных сумках - несколько литров молока, сметаны, творога, овощи с огорода. Добравшись до города, женский "десант" высаживается на рынке, где в течение дня пытается сбыть свою продукцию. Римма Ганафовна ездит в Челябинск два-три раза в неделю, но больше тысячи рублей в месяц все равно не зарабатывает. Более десяти литров с собой не возьмешь - тяжело. Но даже эти десять литров не так-то просто продать - на рынках милиция частникам проходу не дает. "Вот и бегаем с авоськами по дворам, - вздыхает Римма Ганафовна. - Хуже, когда нас контролеры в электричках ловят. Билет до Челябинска стоит восемнадцать рублей, туда - обратно - уже тридцать шесть".

ООО "Сурак" - бывшее отделение крупнейшего в районе совхоза "Курмановский". В небольшой деревеньке живет не более ста человек, а в хозяйстве трудятся и вовсе 20 (вернее, числятся). Дело в том, что предприятия "Сурак" как единого производственного комплекса просто не существует. Вот уже полгода пустуют разбитые коровники. Нынешней зимой всю хозяйскую скотину - 63 головы - по инициативе директора Замира Иксанова было решено отдать работникам в счет зарплаты. Рассудили так: лучше своим, чем под нож. В перспективе, по планам Иксанова, "частное" молоко будет сдаваться на ближайший молокозавод. Правда, до сих пор дело так и не сдвинулось с мертвой точки и вряд ли сдвинется. Все, что осталось в хозяйстве, - это мастерская, где каждое утро несколько мужичков ремонтируют три полуразвалившихся комбайна. "Им давно на свалку пора, - рассуждает Назар Хамитов, - а мы все пытаемся их воскресить". О новой технике мужички и не мечтают. Впрочем, и особой необходимости в ней нет. Весной засеяли лишь 200 гектаров зерновых: Зарплату Назару Хамитову не платят уже лет десять, но работу он оставить не может.

-- Плюнуть бы на все, да совесть не позволяет. Кто же будет директору помогать? Он и так один на один остался со своими проблемами.

Так, кстати, считает большинство сураковцев, в том числе и Римма Юсупова. Деньги, вырученные за молоко, составляют основной доход Юсуповых. Глава семейства Мутигулла Сафиевич всю жизнь проработал в хозяйстве агрономом, а сейчас сидит дома. Нет, он не уволился, просто в его услугах никто не нуждается. Остальные члены семьи работают в местной школе: Римма Ганафовна - поваром, дочка Зимера - техничкой, а сын Рудамиль - кочегаром. В общей сложности их зарплата не превышает трехсот рублей. Разве это деньги? Но другой работы в деревне не найти, а уж в городе без прописки и жилья и подавно.

Во всех своих неудачах сураковцы готовы винить кого угодно - президента, который ведет в отношении деревни неправильную политику, губернатора, который не дает кредиты, но только не себя. А вот у начальника районного управления сельского хозяйства Рамиля Вакилова иное мнение: "Мы предлагали Замиру Иксанову работать на договорных условиях с Муслюмовским отделением, которое раньше было под крылом совхоза "Канашевский", а теперь входит в объединение "Колос", но он отказался".

Часть пирога

Кунашакский район - зона пристального внимания руководителей области. В июле нынешнего года здесь стартовала программа социально-экономического развития региона, рассчитанная на пять лет. На ее осуществление будет поэтапно выделено 29 миллионов рублей. Кусок этого не слишком большого "пирога" достанется и аграрному сектору. В рамках программы планируется завершить реконструкцию Тахталымского молокозавода, уже начала действовать подпрограмма "с дальним прицелом" по вспашке залежных земель. Восстановится земля - увеличатся посевные площади, а значит, и урожай зерновых и кормовых - появятся деньги, вырастет поголовье скота.

Но все это, конечно, пусть и в недалеком, но будущем. И при условии, что средств и трудолюбия хватит. Пока же кунашакцы "расхлебывают" последствия собственных безответственных и волюнтаристских экспериментов над экономикой, в результате которых в начале 90-х годов вместо 20 хозяйств в районе появилось более 40. О последствиях, а уж тем более об экономической целесообразности этих действий тогда никто не думал, главное - многие управляющие отделений наконец-то получили престижный статус директора. В итоге - практически все хозяйства района, не сумев выжить в жестких условиях рыночной экономики, разорились.

В нынешнем году, во многом благодаря областной администрации, подул "ветер перемен". Кунашакцы, пресытившись "свободой", решили вновь объединяться. Сейчас в районе три укрупненных сельхозпредприятия. На одно из них сделала ставку "Продовольственная корпорация", выделив на полевые работы четыре миллиона рублей. На другое - районная администрация, прокредитовав на чуть меньшую сумму. "За бортом" остались лишь два хозяйства - "Анширово" и "Сурак".

К сожалению, ни районная, ни областная администрация не может тянуть на себе всех, раздавая кредиты. Общая задолженность ООО "Сурак" во все бюджетные и внебюджетные фонды - пять миллионов рублей. Не такая уж большая сумма, но уже принято решение: в следующем году хозяйства "Сурак", "Аширово" и "Кумкульское" будут подвергнуты процедуре банкротства. Другого выхода просто нет.

Кризис бизнесу не помеха

В нынешнем году руководство области заявило о приоритетах в зерновом и молочном производствах. По мнению руководителей АПК, ставку нужно делать на 140-150 дееспособных хозяйств, от которых напрямую зависит наша продовольственная безопасность. "В течение последних четырех лет мы выделяем на поддержку сельхозпроизводителей сотни миллионов рублей, а результата нет. Безвозмездная раздача кредитов закончилась. Я думаю, навсегда", - заметил на одном из селекторных совещаний первый вице-губернатор А. Косилов. С ним трудно не согласиться. Иначе - вечная нищета.

Товарный кредит государственное унитарное предприятие "Продовольственная корпорация" выдает на конкурсной основе: работаешь, рассчитываешься в срок - получай. В противном случае выкручивайся сам. И все-таки принципиальная позиция должного эффекта не имела: многие хозяйства не спешат выполнять свои обязательства перед государством.

В этом году корпорация разделила все хозяйства на три группы. В первую вошли 75 предприятий с "чистой" кредитной историей. Во вторую - те, кто до конца не рассчитался, но срок погашения долга им пролонгировали с предупреждением: доиграешься: И, наконец, в третью группу попали совсем "безнадежные" 190 хозяйств, которым власть дала шанс: если в период уборки предприятие сдает в областной продовольственный фонд зерно на сумму 100 тысяч рублей, корпорация начинает его кредитовать.

По постановлению губернатора в этом году селяне обязаны погасить бюджету долги за федеральный и областной лизинг, долги перед всеми банковскими структурами и "Продовольственной корпорацией". Руководство области не устает напоминать труженикам полей: если сегодня не рассчитаетесь, то завтра в больницы, школы, детские дома не поступят продукты питания.

Особенности поворота

Селу предлагают несколько вариантов реорганизации: развитие кооперации, интеграция (объединение хозяйств с промышленными, перерабатывающими предприятиями), привлечение инвесторов. И все же не оставляет вопрос: какая судьба ожидает хозяйства, непривлекательные для инвесторов, те, с которыми кооперироваться и строить агрохолдинги не найдется желающих? Для них правительственной комиссией разработана и подкреплена соответствующей статьей федерального бюджета Концепция финансового оздоровления. Проще говоря, все неплатежеспособные хозяйства, не сумевшие реструктуризировать накопившиеся долги, в ближайшее время будут подвергнуты процедуре банкротства. Аналогичная комиссия работает и в нашей области. По мнению аграриев, цена решения этой проблемы в десятки раз превышает уровень поддержки сельского хозяйства из федерального бюджета.

Ответить на "вечный" вопрос призван зреющий в Госдуме законопроект реформирования сельхозпредприятий. Суть его - в создании специальной программы, которая позволит нормально развиваться убыточным хозяйствам. Автор законопроекта, заместитель председателя бюджетного комитета Госдумы Геннадий Кулик, считает, что государство должно списать селянам основные долги и оказать разовую материальную помощь, но в дальнейшем разговоры о защите слабых должны прекратиться, в силу вступят жесткие законы рынка. Если хозяйство разорится, акционеры автоматически потеряют право собственности на землю. Однако, называя свой законопроект "судьбоносным", Геннадий Кулик признает, что государство просто не в состоянии реформировать всех и вся. "Я уверен, что часть хозяйств будет просто неперспективна", - говорит он.

Как видно, вопросы остаются. Как жить людям в хозяйствах, реформирование которых отодвинут на неопределенные сроки? Разве можно лишать права собственности на землю простых крестьян, не повинных в развале сельского хозяйства? Наконец, после реформирования на селе высвободится огромное количество людей. Кто обеспечит их работой? n

Из истории

Долгие годы бытовало мнение: чем крупнее сельскохозяйственное предприятие, тем эффективнее должно вести свои дела. С 1965 по 1985 год в аграрном секторе шел беспрерывный процесс укрупнения хозяйств. Некоторые из них охватывали более 50 (!) населенных пунктов. Поэтому становились неуправляемыми, вновь разукрупнялись. В крупные хозяйства вливались основные денежные средства, мелкие же считались неперспективными, "второсортными" и "несовместимыми с социализмом". Государство ликвидировало там практически все малокомплектные школы, фельдшерские пункты, по сути, просто уничтожая маленькие деревни.

И вот в новейшие времена опять началось реформирование колхозов и совхозов, дробление на мелкие и фермерские хозяйства: Теперь маятник двинулся обратно: в начале третьего тысячелетия Россия вновь взяла курс на крупное аграрное производство. И вновь появились неперспективные, никому не нужные деревни...

Комментарии
Комментариев пока нет