Новости

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Израндит из архея

17.10.2001
Гора Карандаш помнит, как начиналась планета Земля

Михаил ФОНОТОВ
Челябинск-Куса

Вы знаете, что я хочу? Я хочу сопо-ставить свою жизнь с жизнью камня по имени израндит.
У камней своя жизнь, свой возраст, свои поколения. Если угодно, проследите за перечнем некоторых геологических возрастов, который я составил, начав с песка Кичигинского карьера и закончив израндитом горы Карандаш. Кичигинскому песку, если округлить, от роду 50 миллионов лет. Уголь Коркинского разреза - из триасса, а это 225 миллионов лет.

Гора Карандаш помнит, как начиналась планета Земля

Михаил ФОНОТОВ

Челябинск-Куса

Вы знаете, что я хочу? Я хочу сопо-ставить свою жизнь с жизнью камня по имени израндит.

У камней своя жизнь, свой возраст, свои поколения. Если угодно, проследите за перечнем некоторых геологических возрастов, который я составил, начав с песка Кичигинского карьера и закончив израндитом горы Карандаш. Кичигинскому песку, если округлить, от роду 50 миллионов лет. Уголь Коркинского разреза - из триасса, а это 225 миллионов лет. Уральские горы в последний раз "родились" эдак миллионов 240 лет назад. Возраст гранитов, на которых стоит городской бор в Челябинске, - 280 миллионов лет. Известняки у озера Смолино много старше гранита, они из силура, а ему более 400 миллионов лет. Породы горушки Маячной, что недалеко от Бредов, из ордовика, им 500 миллионов лет. В Кувайском логу у реки Санарки найдены породы кембрия, им 570 миллионов лет. В окрестностях Кусы, у горы Аргуз, обнаружены строматолиты, подобные коралловым рифам. Столбики строматолитов оставлены нам в известняках сине-зелеными водорослями, которые обитают и поныне, а возникли они 2 миллиарда лет назад, может быть, раньше всех других живых существ.

А израндитам, как определили ученые, 4,2 миллиарда лет. Рядом с этой цифрой напрашивается стать другая - возраст планеты Земля 4,5 - 5 миллиардов лет. На Урале (и не только здесь) нет породы старше израндита, которому "посчастливилось" жить так долго - от архея, времени рождения планеты, до, простите, моего времени.

Геология пренебрегает такими временными отрезками, как секунда, минута, час, сутки, месяц и даже век. Ей подавай тысячелетия и миллионы лет. Например, ранний протерозой она датирует так: от 2,6 до 1,9 миллиарда лет плюс-минус 100 миллионов лет. Ошибочка в 100 миллионов лет для нее в порядке вещей. Если есть в геологии мгновенья, то это, может быть, человеческая жизнь. Что она, моя жизнь, рядом с камнем израндит? Миг, не более.

Я должен увидеть его, израндит, прикоснуться к нему ладонью и в этом прикосновении почувствовать, как потекут вспять миллионы и миллиарды лет в невероятный архей, с которым, казалось бы, у меня не может быть никаких контактов. Мочь и не увидеть камень из эры, когда еще ни одна живая клеточка с ядром и протоплазмой не запульсировала в теплых водах неведомого моря, а от той клеточки через червей, тараканов, птиц, динозавров, обезьян еще не пролег долгий путь к человеку? Никто не видел больше израндита. Нельзя не увидеть его.

Еду на гору Карандаш. Город Куса, поселок Магнитка. В Магнитке выясняется, что лишь до Александровки есть дорога для "Волги", а дальше до Карандаша еще восемь километров лесной, лесовозной колеи. Но мир, как известно, не без добрых людей, не без людей, которые могут понять такую прихоть журналиста - увидеть гору Карандаш из архея. Благодаря геологу Михаилу Субботину, благодаря инженеру Михаилу Сашко, наконец, благодаря исполнительному директору рудоуправления в Магнитке Борису Шлыкову уже через час я сидел в кабине "Урала"-самосвала рядом с водителем Олегом Пятыгиным на дороге к Карандашу. Еще через час Олег остановил свой вездеход: прибыли. Сквозь стволы деревьев едва просматривались очертания горы.

Нас трое. Фотокорреспондент Михаил Петров и кусинский краевед Сергей Батраков кроме меня. Сквозь заросли вы-цветших папоротников пробираемся к Карандашу. Он двуглав. У подножия скалы, что пониже, лежит деревце рябины, уже без листьев, но густо усеянное гроздьями ягод. У комля белеет свежий скол. Кто в этом безлюдье сломал рябину? Впрочем, вскоре мы поймем, кто.

Взобравшись на скалу, мы сразу замечаем на ее вершине плоскую площадку с помятой травой, а вокруг площадки - кучи помета, "украшенные" непереваренными ягодами рябины. Ясно: здесь почивал медведь. К вершине Карандаша ведет тропа, и нам не стоило большого труда догадаться, что тропу проложил медведь. Так, теперь мы знаем, кто хозяин камня израндита. Знать бы, где он теперь:

Карандаш невысок, чуть более 600 метров, но на его вершине, над лесами, среди гор чувствуешь себя в центре мироздания. Вокруг далекий горизонт очерчен ломаными линиями хребтов, углами вершин, зигзагами скал, кое-где размытыми рыхлыми облаками. Что где? Посмотришь на восток - хребет Юрма, посмотришь на запад - гора Тараташ, на южной стороне, за стволом старой лиственницы, - Таганай, Круглица, Откликной гребень, а северный край - сопочный. Ниже горной синевы - леса, желтые свечи берез, румяные пятна осин, темные пики елей. Повсюду бледные за-платы лесосек. Просторно, величаво и тихо. Только изредка зашумит ветер, будто далекий состав: сначала доносится шум, а за ним - трепет ветра в кронах.

Что здесь, на самом Карандаше? Несколько старых, безверхих лиственниц, березки, рябинки. То кустик земляники в сухих травах, то стебель малины, то шоколадный колос кровохлебки. К черным камням приклеены лишаи лишайников, а между камнями лежат подушки мхов. Истлевшие бревна тригонометрического знака, замененного новым, железным.

Израндит - камень темный, почти черный, плотный, тяжелый. Старый. Будто бы нездешний. Из мест далеких и далеких времен. И немалых глубин. Потому как породой он ближе к земной мантии, а не земной коре. В нем, пришельце мертвой планеты, - никакой органики. Уж если кто одинок на этой земле, то израндит. На Карандаше он где нависает черной скалой, где выпирает из травы черной плитой, где лежит в россыпи черным осколком. И вся гора, надо полагать, израндитова.

Наверное, какой-нибудь час провели мы на Карандаше. Один час из четырех миллиардов лет. И было у меня несколько минут, чтобы отвлечься от всего и остаться с израндитом наедине. "Ну, как было тогда на молодой планете? - спросил я израндит. - Неужто одни голые камни? Ни голубого неба, ни прозрачной воды, ни зеленой травинки? Только камни и солнце?" А еще я спросил израндит, как он провел эти миллиарды лет, много ли пережил, как относился к тому, что творится вокруг. И был вопрос о том, как теснили его молодые породы, пытаясь подмять под себя, как норовили списать и отправить на "заслуженный отдых". И о том спросил я израндит, очень ли скучно ему среди известняков и кварцитов, очень ли одиноко и не устал ли вообще обитать на этой планете.

Ничего не ответил мне израндит. Промолчал. Да я и не ждал ответа. На свои вопросы у меня были свои ответы. Мысленно я сказал израндиту так: хорошо, что ты есть, что ты выжил вопреки всем землетрясениям, извержениям вулканов, разломам земной тверди, морям, которые наводнялись и осушались, горам, которые вздымались и рассыпались. Ты остался, чтобы сказать нам об архее. Ты уж прости нас, людей, живущих сегодняшним днем, по обыкновению не успевающих оглянуться не то чтобы в архей, но и в день вчерашний. При случае и у нас просыпается чувство, которого ты достоин, - почтение. Будь и дальше. Мой век короток, еще чуть-чуть, и я исчезну, а ты оставайся как угодно долго, на новые тысячи, миллионы и миллиарды лет.

И все. Я рад, что свидание с археем состоялось. Впрочем, это свидание могло состояться не только на горе Карандаш, которая, кстати, объявлена памятником природы. У юго-западных склонов этой горы берет начало речка Изранда и течет к югу параллельно реке Кусе, в которую и впадала перед поселком Магнитка, однако на полпути, перед карьером Ахтенским, ее перехватили и отвели от карьера в ту же Кусу. Изранда в своем новом русле прорыла довольно глубокий каньон, обнажив в нем черные скалы. Они-то и привлекли внимание уральских геологов, которые определили возраст черной породы и назвали ее израндитом.

Своеобразна и вся округа Карандаша.

-- Это так называемая Тараташская свита с Александровским кристаллическим комплексом внутри нее, - объяснил мне геолог Виталий Кириллович Пащенко. - Здесь породы очень древние, архея и протерозоя. Это остатки Русской платформы, которую Урал перемолол. С другой стороны, израндиты - это мантийные гости, останец мантии.

Даже так? Островок Русской платформы на Урале? Базальтовые представители мантии? Родственники океанитов, пород, характерных для океанического дна? Поистине чудеса геологии.

Теперь это у меня перед глазами: черные скалы горы Карандаш, старые лиственницы среди скал и медведь, спящий на израндитовой плите. n

Комментарии
Комментариев пока нет