Новости

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Урок геометрии в Кремле

29.11.2001
Может ли гражданин на равных с властью отвечать за свою страну?

Алевтина НИКИТИНА
Москва-Челябинск

Новые люди
В стылом сквозном подземном переходе недалеко от Кремля нет нищих. Здесь сидят, скорчившись от холода, два неплохо одетых человека. Рядом с ними на поводках - собаки. Одна спит, другая с интересом смотрит на прохожих. Перед псами таблички: "Помогите! Нам нечего есть".

Может ли гражданин на равных с властью отвечать за свою страну?

Алевтина НИКИТИНА

Москва-Челябинск

Новые люди

В стылом сквозном подземном переходе недалеко от Кремля нет нищих. Здесь сидят, скорчившись от холода, два неплохо одетых человека. Рядом с ними на поводках - собаки. Одна спит, другая с интересом смотрит на прохожих. Перед псами таблички: "Помогите! Нам нечего есть". Говорят, что людям здесь уже не подают. Людей не жалко, они должны крутиться, зарабатывать себе на жизнь, коль уж природа дала им ум, а история обрекла на жизнь в обществе себе подобных.

Дает ли это самое общество сегодня человеку право чувствовать себя свободным, если иметь в виду не свободу жалоб, а свободу действий? Собственно, об этом пытались говорить в Кремле пять тысяч человек, съехавшиеся на Гражданский форум.

Организаторы этого уникального в своем роде события - и по масштабу, и по задачам - утверждали, что стремятся положить начало новому, чрезвычайно важному процессу, когда должна возникнуть новая социальная площадка. На ней, как писал социолог Александр Ослон, "появляются конструктивные приверженцы гражданского общества - не воинственно-истеричные и не мизантропически-подавленные, каких мы знаем. Это не члены тайного общества свободоносцев, а люди, которые собираются для длительной, конструктивной, спокойной работы". На мой взгляд, он дал довольно точное определение людей, которых мы еще недавно представляли, когда речь заходила о лидерах общественных организаций - "воинственно-истеричные и мизантропически-подавленные". Казалось, что в такие структуры сбиваются амбициозные неудачники, не сумевшие пробиться ни во власть, ни в бизнес, ни в науку - не сумевшие реализовать себя в привычных общественных структурах, стать профессионалами в определенном деле.

И, находясь в плену этого стереотипа, многие из нас проглядели появление новой категории людей - тех, кто, собственно, и составляет сегодня ростки гражданского общества.

Чтобы было понятней, о чем идет речь, приведу два крайних примера.

В чопорных кремлевских коридорах меня поймала за рукав пожилая женщина, ей очень хотелось поговорить с кем-то из журналистов. Она представилась "идеологом международного общества защиты прав человека".

-- Наша группа подала иск в Верховный суд о признании всех декретов Советской власти с ноября 1917 года юридически ничтожными. Если мы не решим этот главный вопрос, то Россия погибнет, как погибла Римская империя. Существование сегодняшнего государства незаконно по своей сути.

Второй пример. Молодая женщина из города Волжского горячо говорила во время одной из дискуссий:

-- На 300 тысяч населения у нас работает управление соцзащиты, в котором 200 чиновников. На их содержание тратится в год 7,5 миллиона рублей, ровно столько же заложено в бюджете на решение социальных проблем. Получается, что чиновники кормят только самих себя, а населению реально помогают 50 общественных организаций. Так не лучше ли закрыть государственную структуру и отдать эти деньги нам?

Две позиции. Обе - разрушительные. Но если в первом случае не совсем понятно, что хотят построить на месте разрушенного, то во втором - ясно. Новые люди, знающие жизнь, готовы взять на себя ответственность за решение одной из серьезных социальных проблем, целого сектора общественной жизни. Безумству храбрых поем мы песню!

По силам ли им этот груз, сколько сил и здоровья они кладут на алтарь общего блага - это тема для другого разговора. Сегодня важно понять, что у определенной части общества появилось желание разделить с государством ответственность за страну, за сограждан. И следующий вопрос: как они могут сделать это на практике?

Денежный вопрос

Признаюсь, впервые термин "гражданское общество" я услышала от президента Российского фонда Сороса Екатерины Гениевой. И я не одинока. Около 10 лет общественная инициатива в России развивалась на западные деньги, на средства различных иностранных фондов и организаций. Разумеется, развитие происходило так, как угодно было Западу, идеи и проекты отбирались в соответствии с его интересами. У думающих людей это вызывало недоумение: почему родное государство отдает важнейшие сферы общества на откуп иностранцам? Помню, когда два года назад Фонд Сороса проводил в нагайбакском Париже книжную ярмарку, приглашенные в качестве гостей челябинские интеллигенты брюзжали: "Нас покупают". Впрочем, они не отказывались ни от банкета, ни от подарков. В их поведении явно сквозила зависть к тем, кто на деньги западных миллиардеров может блестяще реализовывать социально значимые проекты, а также собственные комплексы оттого, что подобный размах им недоступен. Бедность очень портит характер. И тогда желание унизить видится даже в руке, протянутой для помощи.

Что же произошло сейчас, почему вдруг наше государство заинтересовалось тем, что происходит в обществе? Нет, никто не запрещает работать на западные гранты, пожалуйста. Говорят, что президент и его главный советчик Глеб Павловский забеспокоились, когда к развитию общественной инициативы начал проявлять внимание Борис Березовский. Хотя, казалось бы, чем принципиально отличаются рубли нашего доморощенного миллионера от валюты иностранных богачей? Деньги, как известно, не пахнут.

Как бы то ни было, а для развития гражданского общества требуются средства. Где их взять? Первый источник, о котором говорили на форуме, - государство, то есть бюджет. Второй - бизнес.

Глава президентской администрации Александр Волошин высказал по этому поводу вот такую нестандартную мысль:

-- Бизнес платит налоги для нужд общества, они поступают в государственную казну. Вы просите дать деньги из нее на ваши социальные проекты. Так не проще ли исключить из этой цепочки посредника и просить у бизнеса напрямую?

- Хорошо бы, конечно, да вот не привык еще отечественный бизнес к благотворительности. Большинству российских компаний не совсем понятно, почему они должны финансировать общественные организации. Только очень крупные корпорации (они, кстати, спонсировали и проведение самого форума) осознали, что таким образом они могут помогать поддержанию стабильности в обществе, а это в конечном итоге - одно из условий развития и успеха их бизнеса.

Реальность такова, что общественные организации придумывают яркие, рекламно привлекательные формы для привлечения бизнесменов. Это, например, ярмарки социальных проектов - российские и местные. Участвуя в них, компании могут привлечь к себе внимание тем, что тратят прибыль на поддержку социально значимых дел, а это бывает эффективнее, чем прямая реклама.

Что же касается власти, то она в последнее время тоже не отказывается от поддержки общественных инициатив. И Челябинск в этом смысле мог бы служить примером для многих. Уже два года у нас работает городской центр общественных объединений. Ему многое удается сделать для того, чтобы власть, бизнес и некоммерческий сектор стали социальными партнерами. Поэтому челябинским общественникам было о чем рассказать практически на всех дискуссиях и "круглых столах" форума.

Стыдно признаться, но я только в Москве узнала, что в Челябинске так мощно развиваются общественные организации. Журналисты, как, впрочем, и большинство граждан, по привычке в любом вопросе обращаются к власти, у нее требуют решения социальных проблем. А власть в ответ, как правило, жалуется на нехватку бюджетных средств.

Даешь идеи!

С трибуны Гражданского форума впервые было определенно заявлено, что отсутствие достаточного количества денег - это не главная беда сегодняшней власти. Основная беда в том, что у нее не хватает новых мыслей, идей (как Кот Матроскин говорил: "Деньги у нас есть, у нас ума маловато"). Власть политизирована, оторвана от реальной, земной жизни людей. Озабоченная строительством своей "вертикали", она не видит, что происходит в "горизонтали". Тот же Александр Волошин с видом кремлевского мудреца заметил:

-- Большинство представляет себе вертикаль власти, как острую палку. Воткнули ее в народ, и он мучается. Я против такого понимания вертикали.

-- Государству Российскому никогда не угрожало его общество, а только его собственный бюрократический персонал, оставленный без контроля, - говорил Глеб Павловский, упрекая бюрократию в некомпетентности и вороватости. - Мы не можем далее оставлять чиновников разбираться в их собственном кругу под лозунгом укрепления вертикали власти. Государство - это граждане, а не чиновники.

А Александр Аузан, председатель Конфедерации обществ потребителей, ввел в обращение новый политический термин - "горизонталь открытого партнерства".

В чем конкретно это партнерство может выражаться? Вот какую историю рассказала мне в Кремле Светлана Фоминых, руководитель Челябинского центра общественных объединений:

-- Приходят ко мне молодые инвалиды-колясочники, говорят: "Безобразие, никто не занимается созданием доступной среды для инвалидов. Нет специального транспорта, мало пандусов". Пошли мы к главному архитектору. Он говорит: "У меня есть деньги, нет проекта. Надо изучить потребность в специальных маршрутах для таких людей, куда и когда им чаще всего нужно ездить. Нужно провести маркетинговое исследование специального оборудования и изучить еще массу других вещей". Мы взялись за разработку такого проекта, будем составлять социальную карту города.

Понятно, что для этого потребуется привлечь специалистов, ученых. Почему этого не делает власть? Не доходят у нее до всего руки, не хватает компетентных людей. А время затыкания дыр проходит. Требуются серьезные социальные проекты. Хорошо, если власть способна их воспринимать и увидела наконец-то в общественниках не жалобщиков или конкурентов, а равноправных партнеров. Речь идет даже о формировании социального заказа для общественных организаций. Они создают свои ресурсные центры - объединяют силы и средства для того, чтобы контролировать и развивать разные стороны социума.

Именно для налаживания партнерства с властью, а не для обличения ее собрались в Москве представители гражданского общества. Они встречались на переговорных площадках с министрами, выработали много конкретных рекомендаций и предложений. Главные из них, озвученные на втором, последнем заседании в Кремле, - это создание экспертных советов, временных и постоянно действующих, по всем основным проблемам общества. Цель их - гражданская экспертиза законов и решений власти еще на этапе их возникновения и разработки, до принятия. Кстати, эта схема взаимодействия уже опробована в нашей области и развивается. Было заявлено, что в таких экспертных советах общественные организации должны на равных сотрудничать с профессионалами в тех или иных областях. Общество знает, государство может.

Если подвести итог. Одна, отдельно взятая кухарка, конечно, не может управлять государством. Но если несколько кухарок объединятся и разработают проект изменения порядков на своей кухне или, скажем, в системе школьного питания да еще сумеют убедить в своей правоте начальство и найти деньги, то у них может что-то получиться. Было бы желание.

Наверное, все это так. Но отчего-то не забываются толпы промерзших участников форума, не сумевших вовремя попасть в Кремль из-за затянувшегося паспортного контроля на входе. Не забываются слова инвалида-колясочника, попросившего слова в последние минуты форума: "Здесь произошло унижение нашего гражданского достоинства. Нет сурдопереводчика, везде лестницы, мы не можем ни поесть, ни в туалет сходить, ни выйти на трибуну. Относитесь к нам, как к равным!" Не забываются кремлевские охранники, продержавшие десяток журналистов (в том числе и автора этих строк) за дверями Дворца съездов ровно столько, сколько выступал Владимир Путин. Не забывается, что многие приглашенные министры так и не пришли на "переговорные площадки".

Можно было бы списать все это на огрехи оргработы, если бы не чувство, что людей собрали для какой-то иной, тайной цели, отличной от той, что декларировалась. Всем оплатили дорогу до Москвы и обратно, кормили завтраками, обедами и ужинами, разговаривали. И - изучали. Прозвучали даже такие слова: "инвентаризация некоммерческих организаций". Надо всех сосчитать, переписать, изучить. Так, как и должно быть у крепкого хозяина, который хочет, чтобы в его доме был порядок. Хорошо это или плохо? Будем надеяться, что хорошо.

А может быть, во мне говорит комплекс "маленького человека", который привык бояться и ругать власть. Теперь, когда власть повернулась ко мне лицом и сказала, что готова добровольно передать мне часть своих обязанностей, я испугалась еще больше: а вдруг у меня ничего не выйдет? Хорошо, что в обществе появились люди, которые сумели преодолеть этот страх. n

Бывшие диссиденты довольны

"Станет ли форум поворотным пунктом в нашей истории, покажет время", - заявила 27 ноября этого года на пресс-конференции организаторов Гражданского форума Людмила Алексеева, член оргкомитета. По ее мнению, в любом случае общественным организациям теперь будет легче контактировать с госструктурами.

Все участники пресс-конференции считают, что форум, прошедший 21-22 ноября этого года в Москве, удался. По мнению г-жи Алексеевой, "нельзя заниматься защитой прав людей и не контактировать при этом с властью", которая эти права и нарушает. Представители 318 правозащитных организаций поддержали позицию Московской Хельсинкской группы и приехали в Кремлевский дворец. Правозащитников, которые не поддержали МХГ, Алексеева назвала публицистами, а не практиками. "Они ругают власть и этим выполняют очень важную функцию. Легко ругать власть, труднее добиться от нее изменений", - заявила глава МХГ журналистам. По ее мнению, раскола в правозащитном движении нет, есть борьба мнений. Людмила Алексеева также сообщила, что оргкомитет будет работать до 31 мая будущего года, обобщая итоги форума.

По мнению депутата Государственной Думы Вячеслава Игрунова, в стране начинается новая эпоха, когда диссиденты могут стать и становятся властью.

ИА ПРИМА

Из предложений Гражданского форума

n упразднить школы-интернаты, полностью заменить их семейными детскими домами

n срочно провести Совет безопасности России по проблемам детской безнадзорности, преступности и наркомании

n открыть доступ к информации, имеющей общественное значение

n принять федеральный закон о молодежной политике

n сделать так, чтобы общественные организации участвовали в аккредитации образовательных учреждений.

Комментарии
Комментариев пока нет