Новости

Бабушки и дедушки создают анимационные открытки.

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Камень одухотворенный

14.12.2001
Известному челябинскому скульптору Вардкесу Авакяну сегодня 70 лет

Можно подумать, что всю свою жизнь он свел к работе. Работа - его крест. В работе - его счастье. Ему дано редкое удовольствие - работать. В работе он - волшебник, умеющий находить в холодном камне человеческое тепло.

Известному челябинскому скульптору Вардкесу Авакяну сегодня 70 лет

Можно подумать, что всю свою жизнь он свел к работе. Работа - его крест. В работе - его счастье. Ему дано редкое удовольствие - работать. В работе он - волшебник, умеющий находить в холодном камне человеческое тепло. Только в работе он - настоящий. Ему никогда не насытиться работой. Больше всего он не любит, когда ему мешают работать. Тем более я ценю интервью, которое он дал мне накануне своего юбилея.

-- Вардкес Айкович, вы в Челябинске работаете уже лет сорок...

-- С пятьдесят шестого года, я приехал сюда осенью, в ноябре.

-- А можно это время разделить на какие-то периоды, этапы? Было какое-то развитие? От чего-то к чему-то вы шли?

-- Нет, чтобы, допустим, пять лет работать так, а еще пять лет - иначе, у меня такого не было. Как мог, так и работал. Знал, что жизнь коротка и надо успеть что-то сделать, что-то оставить. Конечно, в молодые годы сил было больше, не то, что сейчас, но и сейчас я с утра до вечера работаю, Бог мне помогает.

-- Известно, что в советские годы поощрялось создание образов рядовых тружеников.

-- Я много создал таких образов и признаюсь, что работал над ними с удовольствием. Я лепил портреты шахтеров Копейска и выставлял их на союзных и республиканских выставках. Я лепил портреты медеплавильщиков Карабаша. А также рабочих Уралмаша. И металлургов Магнитки. Телятницу и пастуха Еткульского совхоза. Как и директора этого совхоза Халтурина. И ни о чем не жалею.

-- Вардкес Айкович, скажите что-нибудь про Урал и что-нибудь про Армению.

-- Хорошо. Я родился в горах. Учился в Ереване. Работал там на стройках. А в Челябинск приехал, потому что рядом Коелга.

-- Тогда еще и Баландино было.

-- Да. Я и сейчас еще бываю в Баландино, что-то нахожу. Сначала на Урале было непривычно: люди спокойные, не кричат, не шумят. Пять лет работал тут безвыездно. Участвовал в выставках, стал членом Союза художников. Через пять лет приехал в Армению - что такое? Люди говорят громко, шум-гам. Ну где родина - там, тут? Привык здесь. Конечно, скучаю о Ереване. Стараюсь каждый год бывать там. Теперь у меня две родины.

-- Памятник Курчатову - наиболее крупный монумент, из тех, которые удалось реализовать.

-- Да. И памятник Прокофьеву. Еще студент у университета.

-- Вы работали над памятником Курчатову еще до чернобыльских страстей.

-- Да. Вы знаете, что были разговоры о том, чтобы убрать Курчатова и на этом месте поставить храм. Это трудно понять. Курчатов спас страну, и от этого никуда не деться. К таким людям, как Курчатов, Сахаров, надо относиться более уважительно.

-- Памятник Прокофьеву уже вошел в городскую среду. Теперь вы работаете над образами Рахманинова и Шостаковича. Выстраивается композиторский ряд.

-- Добавьте сюда и Хачатуряна.

-- Это идет от музыки?

-- Музыку я люблю, но в образах этих композиторов я хочу сказать о сложном времени, в котором они творили. Художники во все времена жили тяжело.

-- В том числе и скульпторы. Уж очень много обстоятельств, на которые художник не может повлиять. Обиднее всего, когда памятник остается в мастерской.

-- Я сделал памятник для Золотой горы. Не то чтобы дорогой. А сказали: дорого. Что делать? Хотят дешевый памятник.

-- Ваше счастье в том, чтобы много работать?

-- Да, я иногда думаю, что не будь я скульптором, наверное, меня давно не было бы на свете.

-- Что еще в ваших планах, Вардкес Айкович?

-- Планов много, но я не хочу о них говорить, боюсь, что не успею их осуществить.

-- Что ж, пожелаю вам много времени, чтобы его хватило на все.

P.S. После беседы Вардкес Айкович показал мне кое-что из своих работ. Это была главным образом женская нагота. Я имел возможность открыть, что женское тело может сказать о вечере и утре, о весне и лете, о дожде и ветре, о цветах и плодах, о вечном и мимолетном. Жаль, что это и многое другое - истинное искусство, мастерство самых высоких мерок - остается в мастерской, недоступное людям.

Михаил ФОНОТОВ

Комментарии
Комментариев пока нет