Новости

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

В ночь на понедельник в Свердловском районе города загорелся двухэтажный жилой дом.

По словам очевидцев, среди ночи они услышали страшный скрежет и грохот ломающихся конструкций.

Накануне 35-летний дебошир предстал перед судом.

Выпавший ночью снег создал восьмибалльные заторы на дорогах областного центра.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Унесенный наветом

05.08.2008
Незаслуженно уволенный из органов оперативник четверть века отстаивает свои права в судах

Ольга БУЛАЕНКО

Усть-Катав

Каждый, кому приходилось доказывать в суде свою правоту, знает, каких нервных затрат это стоит. Случается, граждане годами отстаивают свои представления о справедливости. Однако вряд ли кому-то удастся побить "рекорд" устькатавца Виктора Скобочкина. Более 25 лет добивается он отмены незаконного, по его мнению, приказа об увольнении из правоохранительных органов "по состоянию здоровья".

Дело в грифе

Виктор Скобочкин родился и вырос в Усть-Катаве.

Незаслуженно уволенный из органов оперативник четверть века отстаивает свои права в судах

Ольга БУЛАЕНКО

Усть-Катав

Каждый, кому приходилось доказывать в суде свою правоту, знает, каких нервных затрат это стоит. Случается, граждане годами отстаивают свои представления о справедливости. Однако вряд ли кому-то удастся побить "рекорд" устькатавца Виктора Скобочкина. Более 25 лет добивается он отмены незаконного, по его мнению, приказа об увольнении из правоохранительных органов "по состоянию здоровья".

Дело в грифе

Виктор Скобочкин родился и вырос в Усть-Катаве. После десятилетки отслужил в армии, затем была спецшкола в Саратове, откуда его направили в правоохранительные органы Свердловска. Здесь новоиспеченный милиционер стал студентом вечернего отделения юридического института. И учеба, и служба шли успешно. В ноябре 1979 года Виктора перевели в родной Усть-Катав. По его собственной просьбе.

У такого поворота в его судьбе была предыстория. Летом 1979 года по Свердловску поползли слухи о том, что рядом с городом обнаружены бактерии сибирской язвы.

-- Люди шли колонной по улице и им в "полевых условиях" ставили прививки, - вспоминает мой собеседник. - Многие уезжали.

Скобочкину не хотелось покидать большой город, где у него была интересная работа, перспектива продвижения по службе. Однако опасения за здоровье жены, ожидавшей ребенка, перевесили чашу весов. В Усть-Катаве Виктор стал служить в одном из отделений милиции. Он сопровождал грузы, и эта работа казалась намного проще, чем прежняя: в Свердловске ему не раз доводилось участвовать вместе со службами безопасности в раскрытии тяжких преступлений. Некоторые были настолько серьезны, что на личном деле Виктора появился гриф "Совершенно секретно". Позже это обстоятельство сыграло роковую роль в судьбе рядового сотрудника милиции.

-- Первое время все было нормально, - рассказывает Скобочкин, - но затем начальник отделения стал настойчиво интересоваться, кто и почему поставил такой гриф на мое личное дело.

Связанный подпиской "о неразглашении", бывший оперативный работник не мог ничего объяснить новому руководству, проявлявшему, как ему казалось, обычное, пусть и неуместное, любопытство. Однако вскоре понял: любопытство тут ни при чем. Расспросы не прекращались. Новому сотруднику стали намекать, что уволят "по-плохому".

-- Я предположил, что угрозы связаны с моей прежней служебной деятельностью, - продолжает Скобочкин. - А старший по званию коллега как-то причастен к лицам, совершившим преступления, в раскрытии которых я участвовал.

Белая ворона

Однажды товарищи по службе сообщили Виктору, что на него "фабрикуют дело". К сбору "компромата" активно подключился заместитель начальника отделения. По словам Скобочкина, он предлагал подчиненным подписать заранее заготовленные заявления, в которых говорилось, что они якобы замечали "странности" в поведении сослуживца. Эти "странности" заключались в следующем: Скобочкин мог дважды за день поздороваться с одним и тем же человеком, ходил по кабинетам и предлагал помощь. По мнению начальства, Скобочкин был вообще "белой вороной" - в том числе потому, что не брал в рот спиртного.

Виктор старался не обращать внимания на эту возню, которая продолжалась около девяти месяцев. Но вскоре узнал, что Цыганов ездит по врачам, консультируясь, как составить на нового сотрудника характеристику с описанием признаков психического расстройства.

В один "прекрасный" день Виктора силой усадили в машину и доставили в Челябинск, где все уже было готово к приему "больного с расстройством психики". В основу диагноза почему-то легла служебная характеристика, на которой, к слову, отсутствовали положенные реквизиты и гербовая печать. Только через полтора месяца "больного" выпустили из клиники с диагнозом тяжелого психического заболевания.

Из милиции его тут же уволили, однако с военного учета не сняли.

"Не соответствует действительности"

20 лет Скобочкин пытался опротестовать незаконный диагноз, лишивший его работы. По его делу состоялось более сотни судебных заседаний. Виктор прошел четыре психиатрические экспертизы. Одну из них - в НИИ имени С.Б. Сербского в Москве, где всемирно известные светила дали однозначный ответ: бывший милиционер никогда не страдал психическими заболеваниями. После этого районный суд вынес решение о признании диагноза не соответствующим действительности. Это случилось через 20 лет после пребывания в "психушке", в августе 2002 года.

Казалось бы, справедливость восторжествовала. Но неугодного сотрудника не просто объявили "психом", но и со службы уволили. То есть лишили средств к существованию, возможности содержать семью. Незаслуженно изгнанный из органов оперативник с честью выдержал это испытание. Уже после увольнения он успешно завершил учебу в институте, работал юрисконсультом на Катав-Ивановском цементном заводе, был директором гортопсбыта в Усть-Катаве.

И в суде дело сдвинулось: Виктор Скобочкин добился отмены формулировки приказа об увольнении "по состоянию здоровья". Однако суд признал незаконной только формулировку, сам же приказ остался в силе. Руководство УВД N 93 Трехгорного, к которому относилось то отделение, отказалось отменить его, сославшись на срок давности.

Четверть века по судам

Теперь у Виктора Скобочкина только один вопрос к правосудию: если он никогда не был болен, что установлено судом, то почему же его уволили? Ответа пока нет. Куда же еще должен обратиться человек, чтобы ему вернули не только статус психически здорового человека, но и права, которых в свое время несправедливо лишили?

-- Моя цель, - говорит Скобочкин, - не наказание виновных. Я хочу добиться восстановления на службе или включения того времени, в течение которого действовал незаконно поставленный диагноз, в служебный стаж.

Виктор говорит, что не отступит, пойдет до конца.

-- Жаль только времени, - вздыхает он. - Жизнь у каждого одна, а у меня четверть века растрачена на суды.

Дальнейшее развитие событий будет зависеть от решения следственного комитета при прокуратуре Усть-Катава, который сейчас занимается этим делом.

Комментарии
Комментариев пока нет