Новости

По словам свидетелей задержания, активиста посадили в полицейскую машину и увезли в ОВД Дзержинского района.

По предварительной информации, площадь пожара превысила 400 квадратных метров.

Плакат у участников марша изъяли сотрудники полиции.

Несмотря на случившееся, Касьянов продолжил участие в памятном мероприятии.

Сообщение о возгорании автомобиля поступило на пульт экстренных служб в 05:53 с улицы Буксирной.

Чп произошло минувшей ночью в доме по улице Голованова.

Из-за аварии на энергосетях электричество в домах пропало в ночь на 26 февраля.

С 27 февраля за проезд придется платить 25 рублей.

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Загадка Зальцмана

22.12.2001
Он как никто умел делать танки, но не смог вписаться в мирную жизнь Танкограда

Елена ФРАНЦЕВА
Челябинск

Этот человек очень много сделал для нашей области, для всей нашей страны. Его имя - Исаак Зальцман - до сих пор в памяти многих челябинцев. Чтобы понять масштаб этой личности, достаточно знать только одну его должность - директор Танкограда.
Более полный послужной список выглядит так. С 1938 года он возглавлял Кировский машиностроительный (бывший Путиловский) завод в Ленинграде.

Он как никто умел делать танки, но не смог вписаться в мирную жизнь Танкограда

Елена ФРАНЦЕВА

Челябинск

Этот человек очень много сделал для нашей области, для всей нашей страны. Его имя - Исаак Зальцман - до сих пор в памяти многих челябинцев. Чтобы понять масштаб этой личности, достаточно знать только одну его должность - директор Танкограда.

Более полный послужной список выглядит так. С 1938 года он возглавлял Кировский машиностроительный (бывший Путиловский) завод в Ленинграде. С осени 1941 года - директор Кировского завода в Челябинске, потом - Челябинского тракторного завода, разместившего на своих площадях еще и Харьковский дизельный завод. Одновременно, по июнь 1942 года - заместитель наркома танковой промышленности СССР, в 1942-1943 годах - нарком танковой промышленности. Герой Социалистического Труда, генерал-майор инженерно-танковой службы. Лауреат Государственной премии. Депутат Верховного Совета СССР второго (1946 г.) созыва. Среди наград - три ордена Ленина, ордена Суворова (I степени), Кутузова (II степени), два ордена Красного Знамени:

Но фамилии Зальцмана вы не найдете в многотомном Большом энциклопедическом словаре. В Энциклопедии Великой Отечественной войны о нем лишь краткие биографические сведения, завершающиеся фразой "Затем на другой административно-хозяйственной работе". В двухтомной "Летописи Челябинского тракторного завода", увидевшей свет в 1982 году, ни слова о том, когда, куда и почему отбыл из Челябинска легендарный директор легендарного Танкограда. Просто при описании жизни заводского коллектива в 1949 году упоминается уже новый директор С. Скачков, приехавший из Нижнего Тагила.

Между тем прощание с коллективом челябинских тракторостроителей у Исаака Моисеевича вышло непростым. Подтверждение тому - отсутствие его, сыгравшего значительную роль в развертывании танкового производства на Урале, на праздновании 50-летия ЧТЗ, куда его не пригласили (!), и споры ветеранов-тракторостроителей по поводу открытия мемориальной доски И. Зальцману несколько лет спустя:

Что же все-таки было с Зальцманом в 1949 году? Сам он, отвечая в восьмидесятых годах на вопрос челябинского журналиста Рафаила Шнейвайса о том, за что был исключен из партии и снят с работы, написал (см. "Челябинский рабочий", 20.02.2000 г.), что пострадал, отказавшись написать компрометирующие материалы на руководителей Ленинграда, надуманное "дело" которых разбиралось тогда в Москве. В вину И. Зальцману, по его словам, было поставлено также и то, что завод в честь снятия блокады Ленинграда послал подарки членам Военного Совета Ленинградского военного округа, а Верховного Главнокомандующего при этом забыл.

Вскоре после этой публикации в редакцию позвонил один из наших давних читателей. Сообщил, что в 1949 году он участвовал в работе пленума Челябинского областного комитета ВКП(б), где шла речь о Зальцмане. От работы на ЧТЗ его освободили не по политическим мотивам, а за конкретные упущения иного рода. "Партийные архивы сейчас открыты, - подытожил читатель, - можете сами в этом убедиться..."

Многочисленные папки с материалами партийных организаций завода, Тракторозаводского района, с протоколами бюро обкома ВКП(б) того времени рельефно рисуют и незавидное экономическое положение тракторного, и до предела накаленную атмосферу в его коллективе. В 1948 году завод завершил сложный путь послевоенной перестройки. Отмечая это в своем выступлении на объединенной, заводской и районной, отчетно-выборной партийной конференции, директор И. Зальцман был вынужден признать, что предприятие не справилось с подготовкой мощностей для увеличенного плана, задолжало свыше трех тысяч тракторов.

Надо сказать, что завод получил на 1948 год задание - довести выпуск тракторов до 65-75 штук в сутки. Между тем по проекту мощность завода к концу пятилетки (к 1951 году!) должна была составлять лишь 50 машин в сутки. Понятно, какая сложная задача ставилась перед дирекцией во главе с Исааком Зальцманом. По масштабу она сродни той, что решалась в военное время. Только теперь были нужны не танки, а тракторы.

Поскольку партийное задание не учитывало реальные возможности производства, нужно было на полную мощность использовать "человеческий фактор". Эту задачу директор попытался решить методами, применявшимися в войну. Но заводчане, прежде всего руководители среднего звена, принимавшие тогда жесткий зальцмановский стиль и оправдывавшие его неизбежные издержки суровостью военного времени, в новых, мирных условиях не склонны были мириться с перегибами.

:Известная советская писательница Мариэтта Шагинян так рисует И. Зальцмана, который ее "сразу и совершенно очаровал" : "У этого человека все держится на нервах, он страшно женствен, мне кажется, что выпавшую на его долю тяжелую историческую задачу он решает огромным напряжением нервной системы, а вовсе не органически: Зальцман - бархатный орешек с металлом внутри".

Отдадим должное наблюдательности писательницы. Похоже, она уловила то, что сделало Зальцмана легендой Танкограда и что потом так драматически сломало его карьеру.

О том, как он заботился о людях, на заводе вспоминают до сих пор. Как-то ветеран-тракторостроитель рассказывал мне, как, будучи 17-летним пацаном, он написал Зальцману письмо, что, эвакуировавшись из Сталинграда, он живет с братом в трущобах. Через две недели ему прямо в цехе вручили ордер на квартиру.

Еще рассказал: между малой проходной ЧТЗ и там, где сейчас высится храм Василия Великого, в войну стояли танки, грязь была непролазная. И вот женщины пожаловались директору заводу, что дорога на работу для них - мучение. "Посадил Зальцман в "эмку" заводских руководителей, привез на это место. Открыл дверку, предложил выйти из машины. Сам - в сапогах, а "товарищи" - в туфлях. Но полезли в грязь:

Вспомнил ветеран, как на комсомольской конференции, которая проходила в театре, одна девушка показала директору банку из-под "лярда" (американских консервов): "Вот в чем мы в общежитии чай кипятим и суп варим:" Зальцман подозвал помощника, говорит: "В перерыв пойдем в общежитие:" До перерыва помощник успел сбегать домой и всю свою посуду увез в общежитие:

Директор мог встать утром у проходной и изучать, во что одеты его рабочие. Однажды увидел парня, у которого ботинки были перевязаны проволокой, чтобы не отвалились подошвы. На другой день у парня была новая обувь.

На заводе в войну было организовано двухразовое бесплатное питание, передовые коллективы и рабочие поощрялись товарами первой необходимости, продуктами. Так, лучшая смена сталелитейщиков ежедневно награждалась 100 пачками табака.

Все это было. Как была и скорая расправа с теми, за кем директор видел вину. Его горячность проявлялась по-разному. Порой весьма оригинально. Бывало, соберет директор начальников цехов, производственных служб. Те сидят, ждут. Директор встает со стула, отходит от стола, молча смотрит на всех, а потом вдруг: "Вон из кабинета!"

Десятки подобных примеров содержит стенограмма партийной конференции, с которой мне довелось познакомиться. В конце 1948 года Зальцман собрал итээровцев спецпроизводства, рассказывал начальник БТК второго механического цеха, "и вместо практических указаний обозвал всех паразитами и на этом заседание закрыл". Старый большевик Иван Белостоцкий, эвакуированный в Челябинск с Кировским заводом, вспоминал, выступая на партийной конференции, как в 1943 году на одном из таких заседаний присутствовал второй секретарь обкома партии Баранов. Зальцман вышел из-за стола, оглядел собравшихся и говорит: "Эх, с каким наслаждением расстрелял бы из вас человек десять!" Потом поднялся Баранов. Сейчас, думает Белостоцкий, представитель партийной организации осадит директора. И что же? "Исаак Моисеевич, зачем волнуетесь, вы укажите - кого?" И такое было.

Зальцман мог снять с должности и назначить бригадиром грузчиков начальника УКСа за то, что тот возражал против переброски 100 рабочих на уборку стружки. Мог щедрой рукой платить футболистам заводской команды за каждый забитый гол. И в то же время проигнорировать просьбу администрации цеха поощрить при уходе на пенсию отработавшего 47 лет на Кировском заводе рабочего.

О Зальцмане в народе говорили: "Исаак отмочил номер", "Исаак дал концерт". И рассказывали про "очередной номер" директора. Например, в третьем механическом, где, намечался срыв программы, в три часа ночи был собран "консилиум". Зальцман стал спрашивать у старшего мастера Каткова, что тот сделал за смену. Мастер, отвечая, что сделал все, что было в его силах, попросил помощи. "Нет, - ответил директор, - я вам помогать не буду, а положу вас под пресс - и будет у вас каток и дополнительная программа:"

Полгода директор не платил партийные взносы, а тут надо вылетать на сессию Верховного Совета. Ночью он посылает машину к секретарю парторганизации с поручением принять взносы.

По-настоящему одернуть директора никто не смел. Наоборот. Как-то намечен был пленум райкома с вопросом о положении с кадрами на заводе. Однако в тот вечер Зальцман уезжал в отпуск, и многие члены пленума отправились его провожать. Пленум сорвали.

Бывший парторг и секретарь Тракторозаводского райкома Е. Мамонтов признавался в 1949 году на собрании партактива, где так много говорилось вослед уже уволенному Зальцману: "Я получил указание обкома сохранить Зальцмана". Он, живший в одном подъезде с директором, это поручение, как мы, выполнял. В 1988 году на страницах заводской многотиражки Е. Мамонтов, рассказывая о Зальцмане, писал: "Характер у него был вспыльчивым, но ругался он по делу: И если ругань не относилась лично к тебе, можно было заслушаться, как классически он это делал".

Но "классика" уже не помогала вытягивать производство. Война была позади. Люди стали уставать от директорского барства, которое давало себя знать не только на производстве. На заводской партийной конференции в 1946 году директор был избран в члены парткома завода с перевесом всего в один голос! Кому-то это был бы урок. Но не Зальцману. Однажды представители цехкомов поручили председателю заводского профкома завода В. Богданову съездить в Москву, чтобы довести до сведения ВЦСПС об "издевательском отношении Зальцмана с работниками завода". Но в столице его рассказ не произвел впечатления.

Говорят, что о недостатках директора рассказывали Сталину. И он якобы ответил: "Вы забываете еще один недостаток Зальцмана: он умеет делать танки!"

После Танкограда Исаак Моисеевич, исключенный из партии, но с наградами, которые ему оставили как члену Верховного Совета СССР, оказывается мастером на заводе в Орле. Потом возвращается в Ленинград, восстановленный в партии, работает на руководящих должностях, но уже таких, что безмерно далеки от его наркомовской должности.

Он умер в 1988 году, так и не побывав больше в Танкограде. Говорят, ждал официального приглашения: n

Комментарии
Комментариев пока нет