Новости

Хищника вел по проспекту Ленина неизвестный мужчина.

Мама дошкольницы успела отдернуть дочь и льдина ударила по плечу ребенка.

Мило улыбнулись и поздравили с 23 февраля.

Праздничные выходные на День защитника Отечества будут аномально теплыми.

С 23 февраля свердловские гаишники переходят на усиленный режим работы.

Если тенденция сохранится, руководство пересмотрит программу неполной занятости.

В местах компактного проживания возводятся жилые дома, детсады, школы и центры.

День защитника Отечества артиллеристы отметят салютом в Екатеринбурге.

Сейчас проходят смотры, соревнования и выставка «Мужчина–Воин–Охотник в различных этносах».

Приборы для замера выбросов могут появиться при въезде в столицу Южного Урала.

Loading...

Loading...




Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Ваш выход, маэстро!

28.10.2008
Известному хормейстеру Южного Урала Анатолию Морозову исполнилось 70 лет

Виктор РИСКИН

Кыштым

Он хотел стать футболистом, но судьба распорядилась иначе. В 18 лет тяжелая травма навсегда изменила его жизнь, заставив стать проводником народной песни. Той самой, над которой не властны ни политические катаклизмы, ни экономические реформы, ни мировые финансовые кризисы. Но при этом очень ранимой, страдающей от угодливых перелицовщиков и опасливого умолчания. Возрождающейся сейчас с помощью энтузиастов.

Известному хормейстеру Южного Урала Анатолию Морозову исполнилось 70 лет

Виктор РИСКИН

Кыштым

Он хотел стать футболистом, но судьба распорядилась иначе. В 18 лет тяжелая травма навсегда изменила его жизнь, заставив стать проводником народной песни. Той самой, над которой не властны ни политические катаклизмы, ни экономические реформы, ни мировые финансовые кризисы. Но при этом очень ранимой, страдающей от угодливых перелицовщиков и опасливого умолчания. Возрождающейся сейчас с помощью энтузиастов.

Налоговый грабеж

Ни о чем таком не мог размышлять в военном 1943 году пятилетний Толик Морозов из села Белоярка Долматовского района Курганской области. Рос он в семье ремесленников. Были среди них кровельщики, скорняки, печники, портные. И всех их объединяла страсть к русской песне.

Но время не настраивало на лирический лад. По сию пору помнит Анатолий Иванович страшный день, когда в дом двух фронтовиков (отец и старший брат в то время воевали) ворвался агент по сбору налогов Наум.

-- Выгреб всю картошку и репу, - рассказывает Морозов, - погрузил на телегу и увез. Остались мы на зиму ни с чем.

Когда пришел агент, матери Ульяны Трофимовны дома не было: по 12 часов вкалывала она на военном спиртзаводе. Свидетелями грабежа помимо Толи стали его 14-летний брат Иван и 9-летняя сестренка Нина. На другой день к брату пришли друзья. Толик подслушал, как они договаривались сделать "поджиг", чтобы припугнуть налоговика, державшего в страхе своими грабительскими налетами всю деревню. Неизвестно, был ли план мести реализован. Известно лишь, что тот налоговый агент, обрекший целую семью на голодную смерть, благополучно дожил до глубокой старости. Вот уж воистину: "Но жулик доживает до седин, а честный загибается до сроку".

Спасла Морозовых родня. Дед по линии матери купил Ульяне, высококлассной швее, ручную машинку "Зингер". После 12-часовой смены она ходила по домам и обшивала сельчан. С одним условием: заказчики должны накормить ее Нинку и Толика. Перепадало от чужих обедов и старшему, Ивану. Но он и без того работал: на мельнице молол отруби. Дома из этих отходов стряпал младшим западносибирские оладьи - олябушки.

А вскоре и отец вернулся, отвоевав войну с немцами и японцами. Привез невиданные прежде дары: небольшие японские головки сахара и по железной банке изюма. "Папа, - спросил его Толя, - почему дядя Паша Шуплецов с войны на "шевролете" американском приехал и много-много всего привез, а у тебя один вещмешок?" "А потому, сынок, - ответил сыну солдат-победитель Иван Морозов, - что я был разведчиком, а дядя Паша - в трофейной команде".

В Москву с "Тещенькой"

Было еще одно спасение: Оно приходило и согревало белоярского малыша Толика в виде незнакомых, загадочных, но таких притягательных звуков. Мелодичных, напевных и оттого волнующе таинственных. Особенно поражало, что исходили эти звуки от суровых бородатых мужиков.

-- У нас была изба-одностопок, - рассказывает Анатолий Иванович, - то есть без горницы. Ребятня спала на полатях, а взрослые - на голбчиках (лежанках). Центральное место в избе занимала печь. Возле нее собиралось с десяток мужиков. Дед по отцу Дмитрий заводил басом, а Прохор Осипович по прозвищу Пронька Шорсткин - тенорком. В 1946 году эти старики ездили в Москву на первую певческую олимпиаду. Стали лауреатами, привезли награду - патефон с набором пластинок. Большое в то время богатство. А руководил хором другой мой дед - Игнатий. В своей книжке я писал, как подходили к нему большие московские начальники, спрашивали: "У кого ты, дедушка, учился так петь?" Он отвечал: "В селе Белоярке. Вот у этих самых певчих".

Артисты с наколками

Было у кого учиться и нашему герою. Не только душевной проникновенности и чистой голосистости народной мелодии. Из тех 50-х он взял и принес в следующий век саму песню, что зачиналась у деревенской печурки и выплеснулась на московские просторы: "Было у тещеньки семеро зятьев, было у ласковой семеро зятьев. Вавила зять, Гаврила зять, Дементий зять:". Она и по сию пору в репертуаре Морозовского хора.

Пели старики и классику: "Не шуми ты, рожь, спелым колосом, ты не пой, косарь, громким голосом"; "Это было давно, лет семнадцать назад". Когда исполняли "Ермака", дед Игнатий выжидал момент и командовал: "Гаврилыч, ну-ка!" И Гаврилыч выдавал так, что лампа, пару раз мигнув в тщетном сопротивлении, гасла.

Сама судьба велела юному Толе Морозову взять в руки инструмент: оба старших брата были знатными на все село гармонистами. Играл на слух: денег на учебу в музыкальной школе у отца не было. Первое его выступление в роли хормейстера состоялось в декабре 1955 года. Отца, коменданта колонии-поселения, попросили устроить концерт. Иван Морозов обратился в Толе: "Сынок, помогай!"

-- Все артисты были из заключенных, - вспоминает Анатолий Иванович, - убийцы, разбойники. На иных живого места нельзя было найти от синих татуировок. Но талантливые! Все могли: чечетку выдать, "Яблочко" сплясать, на гитаре-семиструнке тюремным романсом у слушателей слезу выжать профессионалу на зависть.

В 17-18 лет Морозов стоял на распутье: куда податься? В хоровики-гармонисты или в спортсмены? Команда футболистов школы, ведомая капитаном Морозовым, не знала поражений. Выбор за него сделал: трубогибный станок в городе Ирбите! В то время в дома только начинали проводить центральное отопление. Радиаторов не было, их заменяли трубы, которые гнули на этом станке. К нему и был приставлен наш герой, зарабатывая в семью не лишние для нее деньги.

-- Так я и не понял, как меня в него затянуло, - признается Анатолий Иванович. - В итоге два года пролежал на деревянном щите: смещение в шейном отделе, в поясничном, перелом крестцов.

Не монаха прославляю!

Но молодость победила. Вернулся в родную Белоярку, устроился в клуб. Первые же выступления артели стариков, молодежного хора и первые же успехи. На уровне областном, республиканском.

Работал начинающий хормейстер так: молодых учил, у стариков сам учился. Но самолюбие - черта обязательная для человека талантливого и оттого независимого - присутствовало. Одно дело прислушиваться к мнению профессионала, другое - к окрику невежды, пусть он и при высоком чине. Однажды возразил Морозов партийной даме, отвечавшей в районе за идеологию.

-- Она потребовала признать победителем агиттеатр одного колхоза. Основание убойное: у этого колхоза выше: урожайность зерновых! Я заметил, что мы в данный момент собираем урожай не на хлебной, а на культурной ниве.

Делать замечание третьему секретарю, да еще прилюдно - значило поднять руку на авторитет партии. Но Морозов умудрился "достать" и первого секретаря. Тот потребовал запретить на радио, где Анатолий Иванович работал редактором, передачи про основателя города - монаха Долмата: "С этим монахом надо кончать!" На что дерзкий редактор ответил: "Я же не монаха прославляю, а город, который носит его имя". Не успел Морозов дойти до радиостудии, как туда поступил приказ уволить его: без права трудоустройства! Не без труда удалось приткнуться помощником киномеханика дома-интерната для престарелых.

Руку поддержки опальному хормейстеру протянул Кыштым в лице главного инженера Тайгинского графито-каолинового комбината Геннадия Смирнова. Вскоре тайгинский театр народной песни дал первый концерт. С него и пошла слава о маэстро Морозове.

Эликсир молодости

-- Для меня, - говорит Анатолий Иванович, - песня - это голос народа. Не сломленного никакими испытаниями. Петь может только человек хотя бы в душе независимый. Раб не поет. Даже про себя. Это понимали цари и генсеки. Поэтому песню одно время пытались запретить или, напротив, придать ей чуть ли не государственный, а, точнее, придворный статус. Не вышло. Золотая клетка не для вольной, всегда с нотками бунта и протеста, рожденной среди больших бед и редких радостей песни.

Все ли тайны русской песни открылись Анатолию Ивановичу за 50 лет творчества? Маэстро засмеялся: "Как там, у Сократа: чем больше я знаю, тем больше понимаю, как мало я знаю. Так и в песне: чем больше вникаешь в ее секреты, тем шире горизонты, за которыми еще много непознанного. Русская песня - она игровая, а не статичная. Вот в этом игровом направлении и надо двигаться".

И еще одно обстоятельство не позволяет Морозову и его хористам расставаться с народной песней. В песне, оказывается, содержится то, что напрасно искали и ищут врачеватели, - эликсир вечной молодости. Посмотрите, какие вдохновенные юные лица у певцов, не говоря уж об их руководителе. Однажды Морозова после концерта дождались две зрительницы. "Скажите, - смущаясь, спросили они, - сколько вам лет?" "На днях 70 стукнет", - бодро и честно отрапортовал маэстро. "Ой, - всплеснули руками женщины, - не наговаривайте на себя. У вас такой молодой голос!"

Анатолий Иванович Морозов родился 24 октября 1938 года. Художественный руководитель фольклорного хора Кыштыма. Заслуженный работник культуры России. Почетный гражданин Кыштыма. Лауреат всесоюзных, всероссийских и международных фестивалей. Его коллектив представлял русскую песню на фольклорном празднике в Италии. В разное время создал шесть блистательных хоровых коллективов. За 50 лет творческой деятельности дал несколько тысяч концертов. Автор семи книг. В прошлом году стал победителем областного конкурса "Душа Южного Урала".

Комментарии
Комментариев пока нет