Новости

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

В ближайшее время жестокий убийца предстанет перед судом.

Отца двоих детей искали двое суток.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Вячеслав Вороничев: "Ошибки в рапортах исправляю"

31.10.2008
Накануне 100-летия челябинского следственного изолятора  N 1 начальник учреждения рассказал, как человек с высшим филологическим образованием уже почти два десятка лет учит заключенных уму-разуму

Марина МАЛКОВА

Челябинск

100 лет под стражей

--  Вячеслав Николаевич, расскажите коротко о веке изолятора.

--  Мы начали готовиться к 100-летию заранее: четыре года назад. Я в то время был заместителем начальника по кадрам. СИ-1 - самое старое пенитенциарное учреждение области. Изолятор открылся в ноябре 1908 года.

Накануне 100-летия челябинского следственного изолятора N 1 начальник учреждения рассказал, как человек с высшим филологическим образованием уже почти два десятка лет учит заключенных уму-разуму

Марина МАЛКОВА

Челябинск

100 лет под стражей

-- Вячеслав Николаевич, расскажите коротко о веке изолятора.

-- Мы начали готовиться к 100-летию заранее: четыре года назад. Я в то время был заместителем начальника по кадрам. СИ-1 - самое старое пенитенциарное учреждение области. Изолятор открылся в ноябре 1908 года. Строилась тюрьма по самому современному в то время проекту на 650 человек.

После революции она была переполнена, особенно в годы репрессий и социальных потрясений. Условия содержания заключенных, конечно, оставляли желать лучшего. Даже в мою бытность, то есть с 1990 года, в изоляторе содержалось очень много народа. Бывали времена, когда здесь сидели около двух с половиной тысяч человек. Камеры переполнены в два раза. Была тогда 110-я камера, так в ней, по иронии, находилось 110 человек. Страшные это были годы. Тогда сажали всех подряд, особо не разбираясь, нужно человека заключать под стражу или нет. Именно в это время, в середине 90-х, решили увеличить количество спальных мест.

-- Заключенные сильно волновались? Не каждый ведь захочет спать на полу.

-- Самый большой бунт был в 1989 году. Осужденные были недовольны отголосками советской системы. Система это жесткая и жуткая. Не разрешалось очень многое, в тюрьмах царил беспредел как со стороны заключенных, так и со стороны начальства. В итоге собралась инициативная группа заключенных. Люди захватили младшего инспектора, отобрали у него ключи и открыли камеры. Так по цепной реакции все обитатели выбрались на волю. Усмирили бунтарей через два дня. Больше таких эксцессов не было.

-- Вообще, как долго приходится сидеть человеку в изоляторе?

-- Раньше, до введения нового уголовно-процессуального законодательства, когда за судами еще не было сроков рассмотрения дела и оно могло тянуться годами, люди сидели очень долго. Знаю заключенного, которому пришлось пробыть здесь пять лет. Я вообще считаю, что в изоляторе люди должны находиться как можно меньше. Ведь в камерных, закрытых условиях сложно прожить долго. Лучше сразу отправляться в колонию, где хоть есть свежий воздух. Сейчас мы тесно взаимодействуем с судебной системой.

-- Кстати, эффективна ли новая система конференц-связи с Челябинским областным и верховным судами?

-- Поначалу заключенные воспринимали нововведение в штыки. Они полагали, что реальное пребывание в суде, живое общение со служителями Фемиды может благотворно повлиять на ход дела. Сейчас все нормально. Идеальные звук и изображение. К нам на телемост привозят подсудимых из других регионов.

Тюремщики с человеческим лицом

-- В народе бытует мнение, что все работники тюрем черствые и бездушные. Какие люди работают в вашем изоляторе?

-- Это чисто обывательское мнение. Так думают те, кто насмотрелся ненужных фильмов. Например, по НТВ недавно шел подобный сериал "Зона", посвященный следственному изолятору. На самом деле люди здесь работают нормальные, вполне человечные. Например, содержалась у нас заключенная Князева с ребенком. Малыш был нужен ей как смягчающее обстоятельство в суде, женщина преследовала свои меркантильные интересы. Ребенком она совершенно не занималась. Зато сотрудники нашей медсанчасти, дежурные смены ухаживали за малышом. Доставали лишний раз молоко и лекарства. В результате мы добились того, чтобы мальчика передали в опеку, а Князеву лишили прав на него. Кстати, у нас есть две камеры, специально предназначенные для матерей с детьми. Закон, к сожалению, позволяет содержать здесь такие семьи, хотя изолятор - это далеко не лучшее место для малыша.

Недавно по одному из центральных телеканалов прошла передача о тюремщиках. Там сказали очень правильную вещь. Работать в УИС идут люди, которые воспитывались при социализме, либо те, кто хочет иметь определенную стабильность в жизни. У нас практически никогда нет сокращений, зарплата выдается вовремя, есть карьерный рост: сотрудники могут за пять-шесть лет пройти путь от рядового до начальника отдела.

-- И все-таки кадровые проблемы есть?

-- Определенные проблемы присутствуют, имеется трехпроцентный некомплект. Коллектив у нас дружный. Инспектор Светлана Мороз в прошлом году заняла первое место в областном конкурсе "Мисс УИС". Вообще женщин в последнее время много работает. Хотя, мне кажется, не женское это дело - тюрьмы охранять. Я бы всех домой отправил. Но в то же время есть посты, где без представительниц прекрасного пола не обойтись.

-- В среднем сколько лет служат в изоляторе? Есть ли старожилы?

-- Человеку нужно прослужить порядка 13 лет для выхода на пенсию по выслуге лет. К сожалению, многие после этого сразу пишут рапорт об увольнении. Но есть у нас старожилы и те, кто приводит на службу своих родственников. На моей памяти целых восемь семейных династий. Классический пример - чета Шайхисламовых. Мать проработала у нас около 30 лет младшим инспектором, начала еще в 60-х годах. Тут же работали ее родные брат и сестра. Сейчас она на пенсии, но продолжает трудиться на вольной должности - кладовщиком. Ее сын служит у нас уже около шести лет, имеет звание старшего лейтенанта. Привел в СИ-1 супругу, она младший инспектор.

-- Чтобы попасть к вам, обязательно ли молодому человеку проходить службу в армии?

-- Мы стараемся брать на службу после армии, поскольку сейчас в любом случае большинство будет призываться. Было бы хорошим подспорьем, если бы работа у нас засчитывалась как служба в рядах Вооруженных сил или хотя бы как альтернативная служба. Раньше мы могли поспорить с военкоматами и оставить призывника. В настоящее время это делать бесполезно. Закон не на нашей стороне. Хотя, проходя службу в учреждении на страже закона, парни принесут Родине не меньшую пользу.

За компромисс и грамотность

-- Весенние события в копейской колонии N 1, когда после стычки с охранниками умерло несколько человек, как-то повлияли на жизнь изолятора?

-- Среди осужденных были какие-то толки, обсуждения, но дальше разговоров не пошло. Никакого ужесточения режима у нас не было, все осталось по-старому. А вообще у заключенных здесь другие проблемы. Люди тут эгоистичные, заняты собой, а не чужими судьбами. Все ждут суда, думают, как бы сделать так, чтобы получить срок поменьше, выезжают на процессы, следственные мероприятия.

-- Вы как смотрите на это ЧП?

-- Все понимают, что это трагедия для обеих сторон конфликта: и для родственников погибших заключенных, и для семей конвоиров, которые сейчас находятся под следствием. Безусловно, зачинщиками были осужденные. Хотя возможно, что реакция со стороны сотрудников колонии оказалась немного неадекватной. Точку в запутанном деле поставит суд.

-- Считаете ли вы, что конвоиров необходимо было заключать под стражу?

-- Трудно комментировать действия суда. Я бы оставил этих шестерых на свободе, никуда бы они не делись. У всех ведь здесь семьи, дети.

-- Вы сторонник кнута или пряника при улаживании конфликтных ситуаций?

-- Безусловно, я сторонник переговоров. При помощи диалога можно решить много проблем. В современных условиях одной палкой ничего не сделаешь. Кстати, при работе с заключенным полезно поставить себя на его место, тогда взгляд на некоторые вещи меняется. В нашем изоляторе случаев применения спецсредств становится все меньше.

-- В вашем изоляторе побывали многие ВИП-заключенные. Наверняка к таким персонам отношение другое, чем к простым сидельцам?

-- Отношение к таким людям нормальное, абсолютно непредвзятое. Это категория, с которой никогда не бывает проблем. Первой ласточкой был бывший мэр Миасса Владимир Григориади, он у нас месяцев восемь просидел. Содержался экс-мэр Снежинска Анатолий Опланчук, тоже не кичился. Сейчас здесь сидит бывший первый вице-губернатор Виктор Тимашов - ничего не требует. Камеры для таких людей тоже предоставляются самые обыкновенные. Никаких поблажек не делается.

-- Вам филологическое образование на службе пригодилось?

-- Многие меня костерят за то, что не могу пройти мимо ошибки. За штабную культуру борюсь ручкой с красным стержнем. Она у меня всегда лежит на столе. Ошибки в рапортах исправляю, народ переписывает их, иногда по нескольку раз. К сожалению, грамотность падает. Тем не менее у нас многие сотрудники параллельно службе учатся в университетах. 70 человек уже имеют высшее образование, более 40 учатся.

-- Где сложнее работать - в колонии или в следственном изоляторе?

-- Однозначно в СИ работать труднее. Специфика изолятора: покамерное размещение, спецконтингент, разные категории преступников. С одной стороны, все находятся под замком, с другой - закрытость помещения приводит к тому, что и надзор нужен более строгий, чтобы никаких внутренних разборок не было. Вообще закрытые коридоры сотрудникам на психику давят. У наших штатных психологов есть понятие - профессиональная деформация, которая наступает по истечении восьми лет службы. Вследствие этого недуга сотрудник утрачивает какие-то моральные и этические качества, встает на одну линию с заключенными под стражу. Чтобы этого не происходило, мы стараемся как-то разгружать инспекторов, организуем постоянное психологическое сопровождение.

Вячеслав Вороничев. Родился в Челябинске. После окончания школы поступил в Челябинский государственный университет на филологический факультет. Учился на отделении русского языка и литературы. По окончании первого курса ушел в армию. Когда демобилизовался, продолжать учебу не хотел. Декан факультета уговорила вернуться в альма-матер. После университета попал в комсомол, где проработал год. Ушел по своей воле. В 1990 году друзья подсказали пойти служить в ОВД. Начинал с должности инструктора по воспитательной работе в первом изоляторе Челябинска. Целыми днями занимался воспитательной работой с малолетними преступниками. Стал старшим инструктором. В 1996-м назначили начальником отдела. С 2002 года - заместитель начальника СИ-1, с мая 2008 года исполняет обязанности начальника учреждения.

Комментарии
Комментариев пока нет