Новости

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Образованию нужен честный электрик

24.01.2009
Директор челябинского лицея Александр Попов утверждает, что книгу "Игра в дурака" написал про себя

Светлана ЖУРАВЛЕВА

Челябинск

Хоть и говорит Попов, что новая книга - про него самого, но в предисловии сказано, что она предназначена для организации и проведения августовских совещаний учителей. И это не единственное противоречие, на котором поймали автора книги при ее обсуждении за "круглым столом" в "Челябинском рабочем". Александр Попов не смутился. "А дурак всегда противоречив", - парировал он, не отрицая производственного характера своего произведения.

Если бы в книге он не касался реальных проблем школы и образования, то и не было бы, наверное, повода для спора.

Директор челябинского лицея Александр Попов утверждает, что книгу "Игра в дурака" написал про себя

Светлана ЖУРАВЛЕВА

Челябинск

Хоть и говорит Попов, что новая книга - про него самого, но в предисловии сказано, что она предназначена для организации и проведения августовских совещаний учителей. И это не единственное противоречие, на котором поймали автора книги при ее обсуждении за "круглым столом" в "Челябинском рабочем". Александр Попов не смутился. "А дурак всегда противоречив", - парировал он, не отрицая производственного характера своего произведения.

Если бы в книге он не касался реальных проблем школы и образования, то и не было бы, наверное, повода для спора. Однако дискуссия разгорелась нешуточная. До рукоприкладства, конечно, дело не дошло, но резких слов участники "круглого стола" наговорили друг другу немало. "Остужала" оппонентов ведущая "круглого стола", преподаватель ЧелГУ и соавтор книги "Игра в дурака", написавшая в ней комментарии, Марина Загидуллина.

Мы уже не живем, а мигаем

Александр Попов:

-- Для меня образование (жаль, что в книге не написал) - гирлянда из разноцветных лампочек. Тут и обычные школы, и гимназии, и лицеи. Лампочки горят, и всем радостно. У всех ощущение праздника. Но чиновникам от образования надо все измерить: силу тока, напряжение, сопротивление. И они вставляют в цепь свои приборы. Сначала - на всероссийском уровне. Истина сразу искажается. Ведь приборы забирают часть тока, снижают напряжение.

Затем подключается региональное министерство. Лампочки начинают тускнеть. Вмешивается город. Лампочки уже мигают. А тут и районные отделы образования наготове со своими приборами. И тоже вклиниваются в цепь.

Судорожное мигание никого не устраивает. Подключают институты усовершенствования учителей, городские методические кабинеты. И тогда лампочки гаснут одна за другой.

Что делать? Чиновники пытаются приделать лампочку к лампочке, чтобы две были вместе. Экономят на электричестве. Причину сбоев в цепи в малокомплектности школ видят. И лампочки теперь выщелкивают из цепи.

Был бы честный электрик, он сказал бы: "А на хрена в цепи столько приборов?!" И выкинул бы их за ненадобностью.

Ведущая:

- А вы уверены, что лампочки будут гореть, если их работу не контролировать?

Александр Попов:

-- Чтобы лампочки горели, им не контроль нужен, а источник света. Такова природа физики. Применительно к образованию это - финансирование. Больше ничего не требуется.

Наш молодой президент недавно употребил хороший глагол "кошмарить" в отношении среднего бизнеса. А я бы сказал так: "Хватить кошмарить школы!" Они и так уже не живут, а мигают.

"Старые клячи" покажут класс

Александр Пастернак, учитель челябинской школы N 62:

-- А вы-то себя почему чиновникам противопоставляете? Директор школы, с точки зрения учителя, первый человек, кто мешает ему работать.

-- Так я и не мешаю. Моя секретарь, например, не понимает, за что я зарплату получаю. В окно смотрю, курю, чай пью - только это и делаю, по ее мнению. Она считает, что я ни во что не вмешиваюсь.

Ведущая:

-- А может ли в принципе существовать система, в которой одни исполнители и нет управления?

Александр Попов:

-- Ну нельзя же все время проверять! Школа находится в режиме непрерывного контроля. Я еще про СЭС не сказал, про прокуратуру, пожарников, Роспотребнадзор и т.д.

Ведущая:

-- Так ведь над школой контроль был всегда, с момента создания земского образования.

Александр Попов:

-- Нет, так было не всегда. В гороно когда-то штат маленький был. Мы тех людей в глаза не видели. И дверь ногой открывали, если нужно. Сейчас без паспорта в гороно не войдешь. Там - большие структуры. В три раза вырос аппарат, а в министерстве образования - в шесть раз по сравнению с облоно. И районные управления тоже распухли! А школы лучше работать не стали, между прочим.

Ведущая:

-- Да можно ли вообще придумать такую модель образования, где люди работали бы без всякого контроля?

Александр Попов:

-- Я ее уже придумал. Хочу открыть ночную школу. Принять туда учителей в возрасте 70-80 лет. Это люди необыкновенного поколения! Днем им работать уже тяжело, а по ночам не спится.

Ведущая:

-- Но ведь дети-то ночью спят. Кого же они учить будут?

Александр Попов:

-- Нынешних учителей и чиновников. Однажды мне рассказали реальную историю. Оказывается, в царское время лошадей, которые заканчивали выступление в цирке, на бойню не отправляли. И вот одна старая слепая лошадь, как выяснилось, по ночам выходила на манеж. И такие там коленца выделывала, что люди стали со всего города приходить, чтобы на нее посмотреть. Педагогам уже уходящего поколения есть что показать молодежи. Они-то ведь понимают, что такое Учитель с большой буквы.

Ведущая:

-- Вот кто главная фигура, на мой взгляд, - учитель. А вы все к чиновникам цепляетесь. Пускай себе занимаются денежными потоками и контролируют школы.

Александр Пастернак:

-- Вот именно. У них - своя миссия: удерживать качели при раскачивании, чтобы не перевернулись.

В школу идут одни дураки

Ведущая:

-- Мне кажется, что сейчас вся система образования построена на измерении мозга наших учеников. Сколько там физики, грамоты, литературы. И никто не задается вопросом: а может ли быть такой-то учитель источником света для других?

Александр Попов:

-- В моей книге ясно написано, кто приходит учить детей. Самые слабые ученики, которые хотят получить высшее образование. Примерно 10 процентов поступают в пединституты, потом 90 процентов не идут в школы. Остаются в вузах или уходят в бизнес. А в школы приходит одна сотая из самых слабых. Люди отсталых мозгов. Дураки, одним словом.

Ведущая:

-- Но в школах есть и такие люди, как вы, которые кокетничают, называя себя дураком.

Александр Попов:

-- Не кокетничаю я нисколько. У меня после армии была такая плохая характеристика, с какой никуда не брали. В пединституте-то на приличные факультеты не пускали.

Ведущая:

-- Вот уж никогда не думала, что математический факультет - такой плохой. Ведь чтобы освоить эту науку, надо мозги иметь.

Александр Попов:

-- Зачем? В математике мозгов не надо. Эта наука занимается всего лишь двумя вещами: формой предмета и его размерами. Проще ничего на свете нет. Поэтому в математики идут люди самые слаборазвитые. Чего вы смеетесь? Книжки надо читать. Философию математики. Там именно так и сказано.

Ведущая:

-- На мой взгляд, в школу приходит немало людей все-таки осознанно.

Александр Пастернак:

-- Есть и такие дураки. Один из них - перед вами. Я с детства мечтал быть учителем и стал им. Вот это как раз ненормальное явление. Еще моя мама говорила: "Все дети как дети, а у меня сын - учитель".

Ведущая:

-- Критическая масса плохого в образовании, на мой взгляд, достигла такой точки, когда что-то должно взорваться и измениться.

Александр Попов:

-- Система образования не взорвется. Но будет и дальше хиреть. Если сегодня в Америке на вопрос о том, что такое математика, еще отвечают: это, мол, наука, которую русская профессура преподает китайским студентам, то вскоре слова "русская" не будет. Педагогическими вузами надо заниматься, а не школами. Это даже нам, дуракам, понятно.

Александр Пастернак:

-- А еще ломать психологию учителя. У него всегда одна и та же отмазка. Семья, мол, плохая (и это позиция, между прочим, государства). Учитель снимает с себя всякую ответственность. Дескать, что я могу? А учитель может все, если будет думать, что он один виноват во всем, что происходит с детьми. И больше никто. Как бы мы сейчас ни "кошмарили" чиновников, но они поддерживают именно таких учителей, которые делают все, что от них зависит, не ссылаясь на обстоятельства.

Мы все время хотим исправить недостатки: в ребенке, в школе, в чиновниках. Но ведь есть и другая позиция: развивать достоинства. У меня была гениальная учительница химии, которая поставила мне, самому худшему по этому предмету ученику в классе, итоговую пятерку. Наверное, за то, что не мешал ей работать. И это было замечательно!

Александр Попов:

-- Чему радуетесь? Удивительный народ: своей необразованностью гордится! У нас самая плохая экология, а мы радуемся, что химию не знаем. Идет ХХI век, а в Челябинске всего две школы учат программированию и три школы, которые могут научить физике. Это убожество!

Ведущая:

-- Делать-то что?

Александр Попов:

-- Как жить, не знаю. Я - дурак. Но я никому не даю покоя: ни учителям, ни директорам, ни чиновникам. У меня учитель - Зенон, о чем я написал в своей книге. Когда его спрашивали, а вы сами-то можете отвечать на свои апории (парадоксы), он недоумевал: а зачем? Я - шмель, я жалю, чтобы вы не зажирели. Так вот и я.

Быть дураком вынуждают

Дмитрий Истомин, директор челябинской школы N 17:

-- У Попова - особый статус. Он может высказать то, о чем мы все думаем про себя. Быть дураком нас вынуждают обстоятельства. И чем дальше, тем больше. Это неприятно. Более того, я, как и Александр Евгеньевич, думаю, что в образовании в ближайшее время улучшения не будет. Спасибо, конечно, нацпроекту "Образование", но чудо-техника не заменит учителя. А ему совершенно некогда учеником заниматься. Он думает о том, как семью прокормить. Если государство не повернется к учителю, то у нас в школах так и останутся одни дураки. Среди них и просто урокодатели, и наставники, которые за те же копейки со своими детьми с утра и до ночи возятся, любят их, воспитывают, обогревают. Нам вот все время говорят, что раньше хуже было. Но нам того, что давали, хватало, а теперь - нет. Вспомните 70-е годы, обращаются к нам. Ведь тогда один завуч со всем справлялся, а у вас сейчас три-четыре заместителя директора. Куда вам столько? Они не вспоминают, что их тоже раньше было не столько, сколько сейчас.

А взять подушевое финансирование. Ну нельзя оценивать знания количеством учащихся! Да и не самое главное, на мой взгляд, дать ребенку знания. Надо, чтобы из школы человек вышел.

Земле без человека лучше

Александр Попов:

-- Всю жизнь боялся этой позиции: лишь бы человек был хороший. Сколько можно сопли про это размазывать! Без человека земле лучше. Все бабочки, обезьяны, кролики - все что-то умеют, что-то создают. Один человек - трутень и потребитель.

Где вы видели плохих людей? Все люди хорошие. Мне нравится, как японцы говорят. Он - плохой, но лучше всех заваривает чай, поэтому хороший. Надо ценить спецов, а не искать в человеке хорошесть. Я все время думаю: ну хоть что-нибудь наша страна может, кроме как нефть и газ из земли качать?!

Человеком ребенка папа с мамой сделали, когда на свет родили. Его нужно чему-то научить, чтобы он в жизни был пригодным.

Александр Пастернак:

-- Потрясающая позиция! Научить, натаскать, сделать лучшим физиком, получить медаль на чемпионате мира. И это, конечно, заслуги. Только зачем? Возьми обезьяну, натаскай зажигать спички, зрелище получишь потрясающее, но человеком от этого она не станет. Хочу напомнить, что Япония не дала миру ни одного ученого, ни одного мыслителя, ни одного философа и ни одной науки.

Александр Попов:

-- А сколько технологий и механизмов! Весь мир в китайских товарах ходит.

Александр Пастернак:

-- Нельзя сравнивать глубочайшую культуру Китая с бездарной культурой Японии.

Александр Попов:

-- А давайте я расскажу, что мы, дураки, о вас думаем. Ни в одной стране нет такого состояния с помойками, как у нас. Никто не может их в порядок привести. У нас ума не хватает мусор убрать. Мы все о нравственности думаем. Хоть в один двор можно зайти? Нельзя. Во всем мире чистые скамейки, а у нас горсовет собирали по вопросу: снести спинки у скамеек или нет, чтобы молодежь на них не сидела. Нигде такой дуростью не занимаются. Никто в мире на унитазах соколом не сидит, как у нас. Это у нас в международном аэропорту грязнее, чем в придорожном туалете в Америке! Вот лицо нашей цивилизации!

Надо хоть что-то уметь делать. Вычистил газон - ты уже не зря прожил. Мусор убрал - то же самое. И учить этому в школе. А мы все бумаги пишем. Нам ведь разогнуться некогда.

У нас же почти никто не работает из мужиков. Ведь что женщины-то рассказывают. Приходит к ней любовник, она ему бутылку ставит и шоколадку дает, чтобы ее дочери подарил. Я такие истории каждый день слышу. Уже вся страна на одних бабах держится. Они ведь скоро не выдержат. Я считаю, что выход один: хоть чему-то учить детей в каждой школе.

Александр Пастернак:

-- Выходит, что человек, который рыдает под Цветаеву, знает всего Тютчева и Фета, уже не нужен? И это мне поэт говорит?! Не прозаик, которого я считаю весьма серым, не философ, который истерически дергает мысли одну за другой. Книга "Игра в дурака" создана комментариями. Вот что здесь читать надо.

Но поэт Попов может осенним листом восхищаться! И я после этого жить начинаю по-другому. Я не считаю, что это он сейчас говорит. Это дух Зенона тыкает нас своими остриями в заднее место. На-те, повертитесь-ка!

Ведущая:

-- Пора, наверное, подвести итоги. С точки зрения Пастернака, в той системе, которая существует, возможно улучшить ситуацию. Тогда не нужны никакие перемены.

Другая позиция: без революционных перемен нам не обойтись. У меня ребенок учился в элитной школе и написал роман, который я с ужасом прочитала. Ничего страшнее о школе я не читала. Это самый настоящий похоронный марш школе, после которого ей не остается ничего другого, как сложить крылышки и признать, что я никому не нужна и ни на что не способна. Поэтому мне ближе позиция перемен.

Комментарии
Комментариев пока нет