Новости

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Часть ограждения и покрытия крыши были повреждены тающим снегом.

Пока центр функционирует в тестовом режиме.

На 26 февраля запланировано 50 развлекательных мероприятий.

Среди пострадавших – два несовершеннолетних мальчика.

Удар ножом он нанёс в ответ на попадание снежком в лицо.

Открытие автомобильного движения запланировано на 2018 год.

В Пермском крае осудили мужчину, который более полугода избивал несовершеннолетнюю.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Вылечила зубы и умерла

01.03.2002
Мать погибшей молодой женщины пытается узнать причину ее смерти

Нина ЧИСТОСЕРДОВА
Челябинск

Наташа умерла на рассвете. В четыре утра вдруг закричала: "Денис, сердце!" Забилась в судорогах. Захрипела. Перепуганный муж бросился вниз к соседям, чтобы вызвать "скорую" - у них не было своего телефона.
Вместе с прибежавшей соседкой - подругой Наташи они пытались делать искусственное дыхание.

Мать погибшей молодой женщины пытается узнать причину ее смерти

Нина ЧИСТОСЕРДОВА

Челябинск

Наташа умерла на рассвете. В четыре утра вдруг закричала: "Денис, сердце!" Забилась в судорогах. Захрипела. Перепуганный муж бросился вниз к соседям, чтобы вызвать "скорую" - у них не было своего телефона.

Вместе с прибежавшей соседкой - подругой Наташи они пытались делать искусственное дыхание. Но она лежала, скрючившись, тихая, неподвижная. А "скорой" все не было.

Бригада приехала лишь через 23 минуты после кардиологического вызова: по дороге пришлось менять колесо. Наташа была уже в состоянии клинической смерти.

Врачи еще пытались вернуть ее к жизни - кололи адреналин, вновь и вновь делали искусственное дыхание. Прошло еще полчаса, но сердце безнадежно "молчало".

Ах, если б в эти страшные минуты дома была мама Наташи. Она, медик с 35-летним стажем, уж, наверное, настояла бы, потребовала более активной реанимации. Но Тамара Тимофеевна уехала отдыхать в санаторий, оставив абсолютно здоровую дочь. А Денис, металлург-доменщик, даже думать не мог, что врачи сделали не все возможное для спасения Наташи.

Порок сердца и смерть констатировал врач "скорой помощи". Бригада уехала. На скомканной постели осталось окоченевшее тело 27-летней женщины. За стеной в своей комнате безмятежно спал четырехлетний Алешка, ставший в эту ночь сиротой.

Гроб ее был завален цветами. Веселую, общительную Наташу любили. И на похороны ее собрались потрясенные одноклассники, однокурсники, друзья, соседи, коллеги (она шесть лет работала машинистом турбины на "Мечеле") - сплошная стена молодых лиц.

-- Что случилось? Ведь она никогда ничем не болела.

-- Вылечила зубы -и умерла! - звучало в толпе.

Что же все-таки произошло с Натальей Парамоновой?

...Такой счастливой она давно не была.

-- Наконец-то у меня не болят зубы! - повторяла вечером свекрови.

Они пришли к родителям Дениса с тортом. По дороге забрали из садика Алешку и отправились в гости к бабушке с дедушкой поделиться радостью, благо жили рядом.

Наташа и говорить-то больше ни о чем не могла: столько она мучилась с зубами и вот все - 14 зубов за один раз.

Неделю назад она, наконец, заставила себя пойти к стоматологу в городскую поликлинику N 7. После осмотра была в шоке: три зуба предстояло удалить и еще одиннадцать лечить. Для нее, панически боявшейся одного гудения бормашины, это был какой-то кошмар. Вот тогда она и решилась: вылечить все зубы под общим наркозом. Ничего не видеть, не чувствовать, не замирать от ужаса и нестерпимой боли - проснуться, когда все кончено. "Удовольствие" это стоило больше четырех тысяч рублей. Но страдать, мучиться, терпеть уже не было сил. И Наталья записалась на лечение под наркозом.

Затем была беседа с анестезиологом. Молодой врач Владимир Тростин спрашивал пациентку о переносимости препаратов, аллергии, заболеваниях. Но Наташа на здоровье свое никогда не жаловалась, в школе занималась легкой атлетикой, к врачам практически не обращалась. Даже когда встала на учет по беременности, карточка у нее была безукоризненная. Так что никаких противопоказаний для проведения наркоза врач не нашел и записал Парамонову на прием.

Через неделю, заняв три тысячи, Наташа с мужем отправились в стоматологию.

В 8.30 утра, замирая от ужаса, Наташа села в ненавистное кресло. Анестезиолог измерил ей давление, частоту дыхания, сердечных сокращений - все было в норме. Что и как было дальше, она практически не помнила.

Денис, больше четырех часов просидевший у кабинета в ожидании жены, рассказывал, как выходил покурить анестезиолог и успокаивал его: "Все идет хорошо!" Часа через два его позвали в кабинет. Наташа, словно во сне, вяло помахала ему рукой. Мужу объяснили, что ее вывели из наркоза, чтобы поставить пломбы. А потом еще раз дадут наркоз для удаления зубов.

В час дня врач сказал ему, что надо поймать машину, чтобы отвезти супругу домой: сама она не дойдет. Наташа и впрямь с трудом переставляла ноги. И хотя была хрупкой и маленькой (весила всего 53 кг), доставить ее до машины оказалось не так-то просто. Но при этом она уверяла, что чувствует себя замечательно. Только потом Денис сообразил, что это - наркотическая эйфория, вспомнил слова врача - хорошо бы погулять с ней на воздухе. Но гулять она была не в состоянии. Он отвез ее домой и уложил спать.

Часа через два-три прибежала соседка с телефонной трубкой - из поликлиники звонил анестезиолог с вопросом о самочувствии.

-- У меня все хорошо! - взяла трубку Наташа. - Жалоб никаких нет.

"У нее явно кружилась голова, но выглядела она совершенно счастливой, я редко видела ее такой", - вспоминает соседка Наталья Лосева. И другие подруги и знакомые с удивлением отмечали: "Она была такая веселая, оживленная в тот последний вечер, что казалась пьяной, и никого не видела, не замечала вокруг". Всегда приветливая, Наташа шла мимо них, не здороваясь, никого не узнавая. И свекор со свекровью, у которых она провела за чаем почти два часа, чуть удивлялись ее восторженному "полупьяному-полусонному" состоянию. Но тревожиться никому и в голову не пришло: поди-ка вылечи 14 зубов разом!

А ночью, спустя 16 часов после лечения зубов, Наташа Парамонова умерла. Вскрытие показало: смерть наступила от острой сердечно-сосудистой недостаточности, не выдержало, остановилось сердце.

Я позвонила стоматологу, который лечил Наташу. Олег Чибышев - выпускник Пермской медакадемии с четырехлетним стажем работы. Сегодня он - врач уже другой стоматологической поликлиники и очень занят. Времени на встречу со мной у него не нашлось, но он согласился поговорить с журналистом по телефону.

-- От зубов еще ни один человек не умирал, - компетентно сообщил он. - Я свою работу сделал хорошо и без каких-либо осложнений. По причине моего вмешательства умереть она не могла. Никакой вины не ощущаю. И уволился из седьмой поликлиники совсем по другой причине - факты эти никак не связаны.

Не работает на прежнем месте и анестезиолог Владимир Тростин - мне не удалось с ним связаться. В поликлинике N 7 сказали, что не знают, где он теперь. Говорят, вообще ушел из медицины на завод, там платят больше.

Врачи ушли, а вопросы остались. И все-таки почему у молодой, спортивной, ни на что не жалующейся женщины вдруг оказалось сердце дряхлой старухи? Кроме того, гистологические исследования выявили у нее тяжелейшую болезнь печени. А вся картина гибели, завершившаяся отеком головного мозга, говорит об остром наркотическом отравлении? Все эти вопросы возникли почему-то не у специалистов, а у обезумевшей от горя матери. Вновь и вновь она анализировала каждый шаг дочери, задавала "неудобные" вопросы. И не получала на них ответов.

Почему допустили лечение 14 зубов в один прием? Разве не существуют жесткие нормы оказания стоматологической помощи? Почему при почти двухчасовом наркозе больная не была элементарно обследована и не наблюдалась специалистом после анестезии? У Наташи был очень небольшой вес (53 кг), почему ей ввели 5 различных препаратов без расчета на вес, причем в два этапа? Один из них - кетамин - истощает сердечную мышцу, дает нарушение зрения до нескольких дней. Наконец, почему застрявшая в дороге "скорая" не переадресовала свой вызов другой, почему потом не вызвала специализированную кардиологическую бригаду?

Не получив ответа ни на один из своих вопросов, Тамара Тимофеевна Колесова обратилась в прокуратуру Металлургического района с заявлением о возбуждении уголовного дела. Через неделю матери отказали, даже не потрудившись сообщить об этом. Она отправляет жалобу на это решение - дело передается заместителю прокурора района. За год у этого медицинского дела сменилось пять следователей. А затем его вновь прекратили. Тогда Тамара Тимофеевна обращается с жалобой к прокурору Челябинска.

Дело в том, что в уголовном деле есть две судебно-медицинские экспертизы, их проводили очень уважаемые специалисты Челябинска с солидным стажем работы. Только вот выводы двух комиссий о причинах остановки сердца разные.

Не дело газеты вмешиваться в сугубо медицинские расследования. Но кто из нас с вами не лечил зубов и не пойдет лечить их завтра? Вот почему я все-таки попросила главного стоматолога Челябинска ответить на вопросы матери погибшей молодой женщины. Хотя бы на те, которые касаются нас с вами.

Комментарий Михаила Тетерина, главного стоматолога Челябинска:

-- Я считаю: нет никаких оснований раздувать именно этот непредсказуемый случай. У нас практически нет ни одной стоматологии, где бы не было случаев гибели пациентов. От осложнений после наркоза в пятой стоматологии погиб мужчина. Девушке ввели обезболивающее средство - у нее анафилактический шок. Вызвали "скорую", увезли в стационар, через два месяца она умерла. Кого тут обвинять? Было, естественно, служебное расследование - к стоматологам претензий нет.

Я сам анестезиолог, занимался наркозом. И потому уверяю вас, лучше вылечить 10-15-20 зубов за один раз, чем давать повторный наркоз. Мне самому приходилось и лечить, и удалять по 25-30 зубов одновременно. Это зависит от навыков, опыта врача, никаких нормативов здесь нет и быть не может.

Другое дело, что любой наркоз - это риск: в 99 случаях все прошло хорошо. Но 1 страшный процент у нас всегда остается. Такова жизнь. Добавьте к этому амбулаторные условия поликлиники, недообследованность, а подчас и неискренность пациентов.

После этой смерти больше никто не берется лечить зубы под общим наркозом, по-видимому, такую помощь мы будем оказывать теперь только в стационарах. Может, это и к лучшему. Поэтому обращаюсь к нашим пациентам: не ищите проблем на свою голову. Мы сегодня располагаем прекрасными анестетиками, снимающими любую боль. Обойдитесь без наркоза!

Михаил Алексеевич 25 лет работает главным специалистом города, а в стоматологии и вовсе с 1969 года. Так что информацию дает исчерпывающую и, как видите, вполне доброжелательную. Умер пациент - значит, сам дурак или в лучшем случае - не повезло человеку. Не правда ли, мы с вами к такой позиции нашей медицины уже вполне привыкли. Михаил Алексеевич и не скрывает: сегодня работать ох как сложно, в судебных разбирательствах ему приходится участвовать чуть не каждую неделю. Чаще всего они касаются возвращения пациенту денег за услуги. Только на его памяти ни один больной не оказался в выигрыше. Вот и Тамара Тимофеевна Колесова уже полтора года обращается во все инстанции.

-- Я прекрасно понимаю, что никого из врачей у нас еще не посадили и не посадят, - жестко говорит эта женщина. - Но неужели я не имею права на независимую экспертизу? Я должна знать истинную причину смерти моей дочери.

Муж Тамары Тимофеевны умер в 41 год. Только после смерти ей сказали, что на заводе у него была электротравма. Потом инсульт (а она все гадала: откуда у молодого мужика на ровном месте?), затем рак и смерть. Она одна 20 лет тащила дочерей, нагружая себя двумя работами. А сердце не выдержало у Наташи, она лежит теперь рядом с отцом на Градском кладбище. Почему? n

Комментарии
Комментариев пока нет