Новости

Спасатели ведут активный поиск любителей подледного лова, которых замело на водоеме.

Идет работа по присвоению статуса «Памятник науки и техники» уникальному экспонату.

Двусмысленные плюшевые игрушки могут навредить психике детей, считают пользователи соцсетей.

Извращенцы более семи лет совершали преступления в отношении девочки.

Праздничную акцию проводит МУП «Челябавтотранс» 20 февраля.

На ул. Гагарина столкнулись иномарка и «скорая помощь».

Бабушки и дедушки создают анимационные открытки.

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

"Женитьба" на "Чайке"

03.04.2002
Анатолий Морозов - неисправимый романтик

На сцене Челябинской академической драмы гоголевская "Женитьба" в постановке Анатолия Морозова начинается с пролога. Дымчатый, полупрозрачный занавес мерцает смутными очертаниями петербургских зданий. Молодой человек, судя по всему, наш современник, стирает пыль времен с книги, лежащей на столе. Читает. И сразу, по мановению звучащего слова, по всей глубине сцены начинают двигаться, оживают персонажи.

Анатолий Морозов - неисправимый романтик

На сцене Челябинской академической драмы гоголевская "Женитьба" в постановке Анатолия Морозова начинается с пролога. Дымчатый, полупрозрачный занавес мерцает смутными очертаниями петербургских зданий. Молодой человек, судя по всему, наш современник, стирает пыль времен с книги, лежащей на столе. Читает. И сразу, по мановению звучащего слова, по всей глубине сцены начинают двигаться, оживают персонажи. Этих выходцев из далекого далека, этот плод фантазии автора теперь уже позапрошлого века, театр намеревается приблизить, породнить с нами. Удается ли это ему?

Во многом - да. Гоголевское слово звучит со сцены свежо, выпукло и колоритно, события заинтриговывают своей близостью нашему каждодневному, повседневному опыту.

Однако Гоголь не был бы Гоголем, расскажи он в пьесе всего лишь обыденную житейскую историю неудачного сватовства. О чем написана "Женитьба"? - вопрос звучит актуально и поныне. Морозов не был бы Морозовым, не предложи на него собственный ответ. Так о чем же написана "Женитьба"? О том, что "живешь-живешь, да такая наконец скверность становится". А вокруг нависает город-махина, смыкая блоки площадей и улиц подобно сводам гигантской пещеры (художник Николай Шаронов). И начинает грезить человек о тихом семейном счастье как о спасении, судорожно прорываться сквозь пелену постылого и неказистого существования к свету. Однако мечты и надежды не осуществляются. Поманив обманчивой близостью, счастье ускользает. Не судьба.

Своеобразным агентом судьбы в спектакле оказывается Кочкарев в превосходном исполнении народного артиста России Евгений Поплавского. Всмотримся. Отрывистые, почти лающие интонации, импульсивные движения. Чуть что - под стол. А то и на четвереньки, уж совсем как собачонка. Впрочем, в этом звероподобном облике и является людям, как известно, черт. А Гоголь, что тоже известно, как раз его проделками объяснял всевозможные искривления человеческого поведения. Не вмешайся данный субъект, глядишь, кто-нибудь из женихов Агафьи Тихоновны и обрел бы рядом с ней семейное счастье. Подколесин, например. В исполнении Олега Плаксина он совсем не похож на "предтечу Обломова и обломовщины", на воплощение "безвольности и духовной апатии". Он моложав и франтоват, способен на пылкость и восторженность, доходя в них до самозабвения. Чего уж больше - в порыве чувств является к Агафье Тихоновне, держа в руках любимый домашний халат как подтверждение серьезности намерений. Только - не судьба.

Но: Ох уж это коварное "но"! Постепенно, во время и после спектакля, нарастает желание спора, полемики с режиссером.

Романтической стихии Морозов верен многие годы. И сегодня в "Женитьбе" молодые герои кружатся в вальсе Григория Гоберника с тем же упоением, как когда-то в "Чайке" кружились герои Бориса Петрова и Натальи Кутасовой. Все новые и новые всплески мелодии вальса, все мечется по сцене в такт этой мелодии Агафья Тихоновна, все пристальнее и пристальнее взоры героев, устремленные вдаль. Явлен дежурный набор романтических приемов - до прямолинейности, приторности. До наивности.

Столь же напориста и агрессивна комическая стихия спектакля. Множатся, наслаиваются друг на друга комические преувеличения и трюки, приобретая самоценность и самодостаточность. Правда и логика человеческих характеров без сожаления приносятся в жертву.

Инфернальные мотивы не так уж обязательны (что не снижает достоинства работы Поплавского). Раз Гоголь - значит чертовщина. Значит, нужно периодически расцвечивать сцену красными и фиолетовыми сполохами. Настолько ли глубоко укоренены эти мотивы в собственном мироощущении режиссера? Стоит ли поминать черта всуе?

Нет полной согласованности в актерской игре. Безусловное лидерство принадлежит заслуженному артисту России Сергею Акимову в роли Жевакина. Давно артист не представал на сцене столь всесторонне профессионально оснащенным, не работал с таким видимым удовольствием, отпустив фантазию в вольный, свободный полет. Найденный внешний рисунок образа точен и филигранен. Внутренняя наполненность абсолютна. Его Жевакин - "как живой", во всей своей неказистости, прижимистости и хитринке, одиночестве и неустроенности. Ярка, рельефна и обаятельна заслуженная артистка России Марина Аничкова, наделившая сваху трогательным простодушием и незадачливостью (вторую исполнительницу этой роли - народную артистку России Валентину Качурину увидеть пока не пришлось). Убеждает работа Михаила Гребня в роли Анучкина, растерянного и беспомощного, сосредоточенного на своей идефикс. А вот заслуженные артисты России Ольга Сафронова (Арина Пантелеймоновна) и Александр Гусенков (Яичница) используют краски лишь внешнего комизма. У Рамили Искандер (Агафья Тихоновна) трепетная и возвышенная поэтичность порою усреднена и абстрактна. А Станислав Жаров (Анучкин) привносит в спектакль собственную, диссонирующую интонацию - желчную, взвинченную и истерическую.

Но: Снова звучит вальс Гоберника, снова с белым прозрачным шарфом пробегает по сцене Агафья Тихоновна, являясь Подколесину в его мечтаниях. И меряет сцену семимильными шагами Арина Пантелеймоновна. И невозможно не поддаться их обаянию.

Ирина КАМОЦКАЯ

Комментарии
Комментариев пока нет