Новости

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Профессия на все времена

30.07.2009
Ветеран здравоохранения Зинаида Жильцова считает, что жить нужно в радость

О том, что ее настоящий отец погиб на фронте, а мама умерла от тяжелой болезни, девочка Зина узнала только в школе в 1947 году. Узнав, заплакала, а учительница стала ее утешать: "Да ты же в рубашке родилась! Живешь в семье, а не в интернате, приемные родители к тебе хорошо относятся, одета-обута. Радоваться надо!"

И Зина стала учиться принимать жизнь такой, какая она есть, быть благодарной, но при этом уметь отстаивать то, что ей по-настоящему дорого. Мамину сестру Анну Ивановну и ее мужа Владимира Федоровича, давших ей свою фамилию Макаровых, она называла мамой и папой. Никогда никому не плакалась в жилетку, а старалась жить так, чтобы навсегда изгнать из своего сердца дух уныния и сиротства.

Ветеран здравоохранения Зинаида Жильцова считает, что жить нужно в радость

О том, что ее настоящий отец погиб на фронте, а мама умерла от тяжелой болезни, девочка Зина узнала только в школе в 1947 году. Узнав, заплакала, а учительница стала ее утешать: "Да ты же в рубашке родилась! Живешь в семье, а не в интернате, приемные родители к тебе хорошо относятся, одета-обута. Радоваться надо!"

И Зина стала учиться принимать жизнь такой, какая она есть, быть благодарной, но при этом уметь отстаивать то, что ей по-настоящему дорого. Мамину сестру Анну Ивановну и ее мужа Владимира Федоровича, давших ей свою фамилию Макаровых, она называла мамой и папой. Никогда никому не плакалась в жилетку, а старалась жить так, чтобы навсегда изгнать из своего сердца дух уныния и сиротства. Сегодня у Зинаиды Владимировны собственная большая семья, в которую входят не только муж, дети и внуки, но и друзья, близкие и, конечно, пациенты, многие из которых обязаны ей здоровьем и жизнью.

Накануне 50-летия трудовой деятельности ветерана челябинского здравоохранения, заслуженного врача России Зинаиды ЖИЛЬЦОВОЙ я пришла в ее уютную квартиру в большом старом доме в центре Челябинска, чтобы поговорить о памятных для нее событиях, встречах, дорогих сердцу датах. Зинаида Владимировна заварила отличный кофе и развернула плитку шоколада:

-- Вы знаете о том, что шоколад способствует выработке серотонина - гормона радости? Обязательно ешьте шоколад, и у вас всегда будет хорошее настроение.

У самой Жильцовой настроение всегда бодрое. Несмотря на возраст, она продолжает работать в горбольнице N 8 в родном Тракторозаводском районе. Об этом отрезке своей жизни она готова рассказывать часами, но я прошу ее перелистнуть книгу жизни на самую первую страницу, чтобы узнать, с чего все начиналось...

Боевое крещение

-- Зинаида Владимировна, как получилось, что вы стали врачом?

-- В детстве у меня была только одна игра - в больницу, поэтому в 1957 году после окончания школы в Тогузаке папа отвез меня в Кустанай в фельдшерско-акушерскую школу. Распределилась на маленькую станцию в Курганской области, где вскоре вышла замуж за вернувшегося из армии паренька, с которым когда-то вместе училась, - Алексея Жильцова. Семья Алексея жила трудно: отец без вести пропал под Сталинградом, для того чтобы купить одежду, старшие дети разгружали на станции мешки с зерном.

После свадьбы мы переехали в Копейск, Алексей устроился на шахту, я фельдшером в здравпункт. Однажды ночью случилось ЧП: прибежал начальник смены, закричал, что в шахте авария, и бросил мне робу, чтобы я одевалась и спускалась в забой. А я и не знаю, как робу надевать, никто мне никогда не показывал. Стою со слезами на глазах. Начальник смены, видя, что перед ним неопытная девчонка, обложил меня по матушке и побежал за раненым. Когда его внесли, я уже взяла себя в руки, наложила ему шину, сделала обезболивающий укол, вызвала "скорую". Наутро на селекторном совещании у начальника шахты мои действия признали грамотным, а неумение обращаться с робой простили:

-- Это было боевое крещение?

-- Вроде того. Вскоре после этого меня взяли в поликлинику медсанчасти треста "Копейскуголь". Отнеслась я к этому тоже ответственно. Увижу в окне огни "скорой" и уж не знаю, какой учебник листать. Месяца через два почувствовала себя увереннее, перестала бояться ран, крови. Потом и в мединститут вместе с мужем поступили. Мне дали комнату на втором этаже общежития на улице Воровского, а Алексею - на четвертом. Стипендия была 22 рубля, поэтому все студенческие годы мы работали, даже на катке ЧИМЭСХ за 50 копеек дежурили, смотрели, чтобы не было травм. И вообще не ждали от жизни царских подарков, а полагались только на собственные силы и возможности. Поэтому и в Сатку после окончания института без сожалений поехали: знали, что у нас здесь будет хорошая школа.

На приеме у министра

-- В Сатке Алексей сразу стал работать хирургом, я - неврологом, - продолжает свой рассказ Зинаида Владимировна. - Через три года мне предложили стать начмедом медсанчасти "Магнезит" на 700 коек, потом доверили гор-здравотдел. Хотя, признаюсь, для меня, практического врача, это было непросто. Смешно сказать, но я не знала, как писать приказы, стеснялась в этом признаться и стала изучать архивы. Благо тогдашний заведующий горздравотделом В. Аверьянов был редким педантом, требовавшим, чтобы все документы содержались в идеальном порядке. И, конечно, у меня были прекрасные учителя. Я благодарна А. Шлыкову, М. Якибюк, Л. Утковой, кандидату меднаук И. Катачковой и многим другим специалистам, которые помогли мне состояться как организатору здравоохранения.

-- Что запомнилось больше всего?

-- В Сатке не было роддома, и тогдашний зампредоблисполкома Р. Алексеева предлагает мне поехать в Москву к министру черной металлургии И. Казанцу "пробивать" строительство роддома. "Не струсишь?" - спрашивает меня Римма Сергеевна. Я обещаю, но страшно волнуюсь. У моей спутницы, кавалера ордена Ленина и депутата Верховного Совета СССР Анны Валовой четыре класса образования, и она тоже волнуется: "Только, Зин, говорить ты будешь:"

Иван Казанец оказывается огромным человеком, настоящим богатырем, рядом с которым невольно чувствуешь робость. Я кратко излагаю суть дела, говорю, что у нас женщины из поселка Межевой прямо в "УАЗах" рожают. Он смотрит на меня с недоверчивым прищуром: "Прямо-таки в "УАЗах"?" После нескольких уточняющих звонков обращается ко мне: "Ладно, будем помогать!" Домой мы возвращались победителями.

"У Жильцовой если не самолеты, то танки:"

-- Тем не менее наиболее интересным периодом своей жизни вы считаете заведование Тракторозаводским райздравотделом, куда вас пригасили в 1978 году:

-- По сравнению с Саткой это был другой, более высокий уровень, традиции, масштаб. Только одна медсанчасть ЧТЗ насчитывала свыше 1200 коек, 2500 сотрудников - вдвое больше, чем на заводе Строммашина. В Тракторозаводском районе было три детские больницы, стоматологическая поликлиника, кожный и детский противотуберкулезный диспансеры, 18 яслей. Чтобы содержать в порядке это огромное хозяйство, мы вместе с руководством ЧТЗ во главе с Н. Ложченко решили вопрос о шефстве конкретных производственных подразделений над лечебными учреждениями района. Например, прессо-сварочное производство шефствовало над роддомом, завод мощных тракторов - над хирургией и т.д. И если у лечебного учреждения возникали проблемы вроде протекающей кровли или размороженных батарей, главврачи совместно с производственниками могли оперативно решать все вопросы. Да и партийные, советские органы хорошо нам помогали. С теплотой вспоминаю имена Л. Кудрявцева, Б. Власова, И. Романова, А. Гордеева. Благодаря их поддержке нам удалось выделить дополнительные помещения под дневной терапевтический стационар, скорую помощь, травмпункт, акушерский дневной стационар, построить новое двухэтажное здание больничной аптеки, жилой дом для сотрудников, обновить материальную базу.

Особой темой были дни здоровья, за проведение которых мы неизменно занимали первые места по городу. Про них говорили: "У Жильцовой если самолеты не летают, то уж точно танки идут!". Это была шутка, но в ней была доля истины. К проведению праздников мы подключали артистов Дворца культуры ЧТЗ, общепит, спортсменов, фабрику "Одежда" и другие подразделения завода-гиганта. Получалось грандиозное действо, пропагандирующее здоровый образ жизни...

-- Как вам удавалось всегда добиваться своего, заручаться поддержкой высоких чиновников?

-- Потребность защищать своих у меня с военного детства. Я костьми ложилась, чтобы, говоря современным языком, пролоббировать интересы своего профессионального сообщества. Многие руководители от меня отмахивались: "Опять она со своей медициной". А я не отставала. К примеру, приходила на прием к секретарю райкома партии Б. Власову и говорила, что кардиологические больные лежат в коридоре и дальше так продолжаться не может. Он не верил, я предлагала съездить и посмотреть. Садились в машину, ехали в отделение. Борис Власов сдавался, подключал другие структуры и совместными усилиями мы сдвигали дело с мертвой точки. И таких примеров много. Наверное, поэтому тракторозаводские медики да и руководители района до сих пор считают меня своей, приглашают на все мероприятия.

В 1989 году меня перевели в горздравотдел замом по лечебным вопросам, это было еще одной ступенькой профессионального роста. Все вопросы мы решали совместно с кафедрами мединститута, это было начало формирования высокоспециализированной помощи, развитию которой уделяют так много внимания нынешние руководители здравоохранения. В эти же годы начала развиваться служба городской скорой помощи, создавались специализированные бригады: кардиологические, нейрососудистые, а общение с такими специалистами, как Г. Редькин, Р. Манькова, дали мне новое, более глубокое понимание организации медицинской помощи.

В 1995 году я ушла на пенсию и вернулась в легендарную ордена "Знак Почета" городскую клиническую больницу N 8, где и работаю по сей день.

Администратор, он же практикующий врач

-- Будучи известным в городе организатором здравоохранения, вы стали одним из первых на Южном Урале иглорефлексотерапевтов. Как это случилось?

-- Я услышала о том, что на базе Центрального института повышения квалификации врачей в Москве открылись курсы иглорефлексотерапии, конкурс огромный. А директором института была в прошлом министр здравоохранения наша землячка Мария Ковригина. Я написала ей письмо, особо, впрочем, не рассчитывая на успех. Но Мария Дмитриевна пошла мне навстречу. Она долго расспрашивала меня о Челябинске, о нашей системе здравоохранения, а я смотрела на ее аккуратно уложенные седые волосы, прямую осанку и думала, что ведь ей уже, наверное, за 70: Сейчас понимаю, что решающую роль в моем зачислении сыграла не столько моя челябинская прописка, сколько неврологические знания - обязательное условие для изучения иглорефлексотерапии. Обучение шло на китайском, и только в последний месяц мы перешли на европейскую терминологию. Но я до сих пор помню название всех физиологических точек на языке Поднебесной, чем, кстати, несказанно удивила китайцев, когда мы с делегацией южноуральских медиков посетили центр иглоукалывания в Пекине.

-- Обычно, став администраторами, врачи уже не возвращаются к практической деятельности. Вы - счастливое исключение?

-- Век администратора может быть коротким, зависеть от воли случая, политической конъюнктуры. Практический врач - профессия на все времена. Я это всегда понимала и, на каких бы руководящих должностях ни работала, всегда вела прием или ординаторские палаты, брала дежурства, занималась иглорефлексотерапией. Меня сама судьба к этому подталкивала. Помнится, когда я еще работала фельдшером в Копейской поликлинике, врачам запрещалось брать больше полутора дежурств, и эти обязанности исполняли фельдшеры. Многие ворчали, а я относилась к этому как к дополнительному опыту.

-- Какие, по-вашему, главные преимущества современной медицины и медицины советского периода?

-- При социализме была идеально разработана идея шефства предприятий над лечебными учреждениями. Преимущества сегодняшнего дня - высококлассное оборудование и технологии, о которых мы не могли даже мечтать. Хотя, с другой стороны, дефицит медтехники компенсировался врачебным вниманием и интуицией. Сегодня врач больше полагается на технику и дистанцируется от больного. Честно говоря, не знаю, что лучше.

Бабушка рядышком с дедушкой

-- Вы - невролог, ваш супруг - врач-уролог высшей категории, полвека вы вместе, по вашим стопам пошли дети и внуки. Принято ли во врачебной семье говорить на медицинские темы или это табу?

-- Мы с мужем об этом постоянно и говорим, и спорим, порой очень горячо. Но обид друг на друга не бывает никогда. За годы совместной жизни мы научились понимать и беречь друг друга.

-- Ваш секрет долголетия?

-- Любить и хорошо делать свое дело. А еще - не унывать и быть благодарной судьбе и людям за все, что тебе выпало почувствовать, испытать и пережить.

Лидия ПАНФИЛОВА

Комментарии
Комментариев пока нет