Новости

На Бродокалмакском тракте горела подсобка, а на улице Абразивной – жилой дом.

Хозяин агрессивной собаки невозмутимо заявил пострадавшему пенсионеру, что он сам виноват и покинул место происшествия.

13-летняя девочка погибла, ударившись о козырек подъезда.

Утром в субботу жители дома 13а по Краснопольскому проспекту пришли в ужас от окровавленных стен и выбитых дверей в подъезде.

Казах выпытывал у пермячки пин-код от отобранной банковской карты.

Страшное ДТП произошло накануне утром около поселка Усовский на заснеженной трассе.

Сообщается, что пожилую женщину будут судить.

Грабитель зарезал 30-летнюю женщину прямо на улице, после чего она скончалась в больнице.

В столице Южного Урала ощущается кризис мест «последнего упокоения».

На радость детям установят весной.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Заслужил ли глава "Почты России" премию в 95 млн рублей?






Результаты опроса

Фестиваль переходного периода

14.09.2009
В Екатеринбурге завершился X «Реальный театр» - главный фестиваль российской театральной провинции.

В Екатеринбурге завершился X «Реальный театр» - главный фестиваль российской театральной провинции.

«Реальный театр» собирается в Екатеринбурге раз в два года. Между фестивалями создатель, директор и абсолютный автор (афишу он формирует единолично) «Реального театра» Олег Лоевский несколько раз пересекает театральную Россию от Владивостока до Калининграда, смотрит до трехсот спектаклей за год и в Екатеринбург приглашает самое-самое. Все уже привыкли, что именно здесь создаются (или подтверждаются) театральные репутации, наиболее звонко прозвучавшие спектакли попадают в афишу «Золотой маски», здесь гостеприимные хозяева (главный - Екатеринбургский ТЮЗ) и замечательная публика, яростные критические обсуждения и задушевные беседы в буфетах, гримерках и гостиничных номерах. В общем, это такой главный «чемпионат» российских провинциальных театров (столичные все-таки играют в другой лиге). На «Реальном театре» номер десять все было так, но и не так.

Удвоение и вычитание

X «Реальный театр» начался все же столичным спектаклем. Как своеобразный подарок фестивалю на открытии был сыгран уже довольно старый спектакль Московского ТЮЗа «Нелепая поэмка» - душевыматывающая и высокохудожественная постановка Камы Гинкаса по двум главам («Бунт» и «Великий инквизитор») из «Братьев Карамазовых» Достоевского с большим актером Игорем Ясуловичем в главной роли. Ровно через неделю Пермский академический Театр-Театр (так теперь, прости Господи, называется Пермская драма) сыграл на закрытии свой спектакль «Честный авантюрист» (петербургский режиссер Геннадий Тростянецкий уверенной и очень мастеровитой рукой сделал из солнечной пьесы Карло Гольдони затянутое и чрезвычайно скучное зрелище).

Между закрытием и открытием было еще 14 спектаклей. Планировалось 15, но не приехал «Король Лир» Нижегородского ТЮЗа, актеры которого вместе с главным режиссером и постановщиком «Лира» Владимиром Золотарем объявили голодовку, протестуя против политики культурных властей, навязывающих театру несостоятельного (с точки зрения голодающих) художественного руководителя. Эта голодовка (сейчас она прекращена, но достигнутое перемирие зыбко) была одной из двух главных тем для кулуарных разговоров. Тема номер два - ситуация с «оптимизацией» челябинского «Манекена».

Многие из оставшихся 14 спектаклей складывались в своеобразные дуэты. Были две постановки режиссера Олега Рыбкина («Дядюшкин сон» по Ф. Достоевскому в Омской драме и «Трамвай «Желание» Т. Уильямса в Красноярской драме). Обе нельзя отнести к числу удач, фантазия Рыбкина, как всегда, затейлива, но смысл этой фантазии ускользает, а бессмысленные Достоевский и Уильямс - небольшая радость, то есть вовсе не радость. Две режиссерские работы Николая Коляды («Башмачкин» О. Богаева в Екатеринбургском театре кукол, челябинцы увидят этот спектакль в конце сентября на Гоголевском фестивале, и опять же «Трамвай «Желание» в «Коляда-театре» с грандиозным актерским дуэтом Олега Ягодина и Ирины Ермоловой. Башмачкина, кстати, тоже играет Ягодин). Было два очень разных прочтения пьес модного ирландца Мартина МакДонаха. Пермский театр «У моста» (его главный режиссер Сергей Федотов - первооткрыватель русского МакДонаха, он уже поставил «Красавицу из Линэна», «Череп из Коннемары» и «Сиротливый Запад» (так называемая «линэнская трилогия»), а сейчас взялся за «аранскую трилогию») привез спектакль «Калека с Инишмана», вызвавший восторг публики и некий скепсис критики: сколько можно повторять одни и те же режиссерские приемы, пусть и талантливо найденные когда-то? Другого МакДонаха («Человек-подушка», самая невнятная из его пьес) сыграл екатеринбургский театр «Волхонка». Это постановка Алексея Янковского, хорошего известного челябинцам спектаклями по Достоевскому и Чехову в нашем Камерном театре (его «Чайкой» послезавтра там открывают сезон). Янковский все ставит одинаково, кому-то это нравится, но не всем.

Было две работы нового творческого образования Санкт-Петербурга - молодежного центра театрального и киноискусства «МИГ». Его задачи вполне благородны - открывать новые драматургические, режиссерские и актерские имена, в конце концов, просто давать работу выпускникам театральных вузов. И надо полагать, в рамках какой-нибудь творческой лаборатории домашняя радость этих театральных экзерсисов («Записки провинциального врача» Е. Исаевой и «Галка Моталко» Н. Ворожбит) была бы уместна и мила. Но «Реальный театр» все же привык к иному уровню владения профессией, здесь маловато одного юношеского энтузиазма. «Давно я не смотрел самодеятельности», - ворчал после питерских спектаклей один маститый столичный критик. И не зря ворчал.

Были две постановки по пьесам Володина. Одну из них («С любимыми не расставайтесь») привез Ярославский театр драмы имени Федора Волкова. Этот старейший театр России с недавних пор возглавляет Сергей Пускепалис (еще недавно он был главным режиссером Магнитогорской драмы). У легендарного театра довольно слабая труппа, и чуда Пускепалис не совершил (по-моему, и не попытался, видно, спешил на очередные съемки, он ведь еще и кинозвезда), спектакль получился вялый. За исключением яростной финальной сцены двух разлученных влюбленных Мити и Кати (их играют Илья Коврижных и Александра Чилин-Гири).

Так что все эти сценические «удвоения», казавшиеся столь интересными в теории, на практике не обернулись прибавлением театрального смысла. Скорее, вычитанием.

Юродивые и скоморохи

С режиссурой - проблема, на десятом «Реальном театре» это было совершенно очевидно. С чем нет проблем или хотя бы меньше? В интервью фестивальной «Реальной газете» Олег Лоевский сказал: «Главное, что есть в театральной России, - это огромное количество блистательных артистов. Наша страна - страна, где в людях это живет. Я это называю совмещением юродства и скоморошества».

Мне думается, он говорил это, помня прежде всего о Розе Хайруллиной - актрисе уникального дарования, настоящей театральной клоунессе, смешной и нежной. Когда-то (недолго) она играла в Челябинском ТЮЗе (пришла сюда из Казани вслед за режиссером Борисом Цейтлиным), потом много лет была ведущей актрисой Самарского ТЮЗа (он называется «Самарт»), с недавних пор служит в столичной Табакерке. Спектакль-дуэт «Я скучаю по тебе» (у партнера Хайруллиной Сергея Бызгу нет ни одного слова, но молчит он замечательно) - проект петербургского театрального фестиваля «Пять вечеров» имени А.М. Володина. Полтора часа сценического действия, состоящего из нескольких «женских» монологов володинских пьес, в битком забитом малом зале Екатеринбургского ТЮЗа творилось настоящее актерское чудо. Героиня Розы Хайруллиной - коротко стриженый «воробышек» в длинном пальто и с обшарпаным чемоданом - говорила о чем-то сокровенном и самом важном. И вызывала в памяти великие тени, к примеру, тень Джульетты Мазины. Жаль только, что режиссер спектакля (Галина Бызгу) почти ничем не помогла актрисе.

Настоящие мастера умеют работать и в безрежиссерском театре. Вот выходит в спектакле по пьесе Н. Коляды «Носферату» тюменского театра «Ангажемент» имени В.С. Загоруйко дуэт Леонида Окунева и Игоря Кудрявцева, и глаз не оторвать от обоих. Солирует, конечно, Окунев, играющий женскую роль, ту самую Носферату (это фамилия такая), что перебирает старое барахло и вспоминает всю прожитую жизнь (праздник театральной эксцентрики, но ведь и сердце щемит). Но и Игорь Кудрявцев (много лет он был главным комиком Озерской драмы) замечателен сразу в целой россыпи ролей второго плана: от домашней вороны до крикливой соседки.

И омский «Дядюшкин сон» спасло только то, что играла его лучшая труппа провинциальной России. Князем К. был Валерий Алексеев (предсмертный монолог его героя, сыгранный как прощание с суетой, но и прелестью истончающейся жизни, - одно из сильнейших впечатлений фестиваля), Москалевой - Наталья Василиади, Зинаидой - Екатерина Потапова.

В Екатеринбургском ТЮЗе труппа тоже одна из лучших. Хозяева сыграли на фестивале премьеру - спектакль по пьесе французского драматурга Жан-Люка Лагарса «Мы, герои» (перевод Натальи Санниковой) в постановке французского же режиссера Франсуа Рансийака. Внятный, хорошо сделанный и хорошо сыгранный спектакль о труппе бродячих комедиантов, замершей в ожидании катаклизмов, которые вот-вот должны потрясти европейский мир. В дни фестиваля пьеса эта вышла отдельной книжкой (издатель - «Коляда-театр», где сейчас создается Центр современной драматургии), а знаменитый французский театровед Жан-Пьер Тибода, прилетевший на премьеру, прочел лекцию о Лагарсе.

Бегство от «Реального театра» в вечный: саммит УНИМА

УНИМА (Union Internationale de la Marionnette) - международный союз, уже 80 лет объединяющий в своих рядах деятелей театра кукол всего мира. Так получилось, что он проводил свой саммит (встречу лидеров) в гостеприимных стенах Екатеринбургского театра кукол в те же дни, что шел «Реальный театр». И была возможность убежать от театра реального (разочаровывающего) в театр вечный: для гостей саммита сыграли несколько лучших спектаклей уральских театров кукол. Хозяева-екатеринбуржцы показали «Иллюзион» - нестареющий шедевр своего художника Андрея Ефимова, создание прихотливое и виртуозное. Курганский театр кукол «Гулливер» привез свое «Каприччио», столь родственное «Иллюзиону» (автор его - челябинский художник Виктор Плотников). И «Иллюзион», и «Каприччио» тут же позвали во множество стран. А Челябинский театр кукол привез на саммит детскую радость - «Винни Пуха» в постановке своего главного режиссера Александра Борока.

В сентябре будущего года екатеринбургский театр (здесь сейчас бьется кукольное сердце России) соберет очередной фестиваль «Петрушка великий».

Разночтения и ожидания

Но вернемся к «Реальному театру» номер десять. На нем собрался весь цвет российской театральной критики. Поделились на говорящих (обсуждающих спектакли публично) и молчащих (то есть тоже говорящих, но в кулуарах). Публично молчали эксперты «Золотой маски» (экспертный совет национального фестиваля прибыл в Екатеринбург почти в полном составе во главе со своим председателем - профессором Щепкинского училища Ириной Холмогоровой). В кулуарах эксперты вздыхали: «Восемь потерянных дней, брать нечего». Команда обсуждальщиков во главе с главным редактором «Петербургского театрального журнала» Мариной Дмитревской, как обычно, поражала энтузиазмом и субъективностью оценок. Дмитревская презентовала в Доме актера мультимедийную программу «Приглашение в театр» (проект ее журнала и некой «ЕСНгруппы»). «Это не учебник, не справочник, не энциклопедия», - пишут создатели диска в пояснительной брошюре. И действительно: не учебник, не справочник, не энциклопедия. А что именно, как кажется, не очень понимают и сами авторы. Но все же - 1500 театральных видеофрагментов общей протяженностью в 24 часа.

Я догадываюсь, что может ответить Олег Лоевский на сетования по поводу качества большинства спектаклей, сыгранных на нынешнем фестивале. «А это и есть реальный театр, его отражение». Но, быть может, это еще и реальный отбор, как никогда, предсказуемый, куда больше, чем обычно, завязанный на старых привязанностях и интересах, спектаклях друзей и партнеров. Масса фестивалей собирается именно так, но «Реальный театр» всегда был отличным от других. В этот раз стал таким, как все.

Но природа (в том числе и театральная) не терпит пустоты. Возникнет другой фестиваль. Какой-нибудь «Нереальный театр».

Комментарии
Комментариев пока нет