Новости

По словам сына актера, Караченцов попал в аварию в Щелковском районе Подмосковья.

По предварительной информации, причиной ЧП стало короткое замыкание электропроводки.

Инцидент произошел около 14:30 около пешеходного перехода на перекрестке Комсомольского проспекта и улицы Пушкина.

42-летний Аркадий вышел с работы вечером 22 февраля, сел в автобус и пропал без вести.

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Отсидела за брата Адольфа

22.09.2009
В Верхнеуральской тюрьме мало что изменилось со времени пребывания в ней самой известной заключенной

Виктор РИСКИН

Кыштым

59-летнему кыштымцу, полковнику в отставке, в прошлом начальнику Верхнеуральской тюрьмы Владимиру Седых про Марию Копенштайнер рассказал немолодой контролер. Он непосредственно контактировал с этой больной, полуслепой, вечно мерзнувшей женщиной. Вся ее вина заключалась в том, что она приходилась родственницей Адольфу Гитлеру - самому кровавому диктатору ХХ века. Хотя виделись они лишь однажды, когда Марии было всего восемь лет.

Она родилась в 1899 году в селе Шпиталь, в 15 километрах от австрийского города Гмюль.

В Верхнеуральской тюрьме мало что изменилось со времени пребывания в ней самой известной заключенной

Виктор РИСКИН

Кыштым

59-летнему кыштымцу, полковнику в отставке, в прошлом начальнику Верхнеуральской тюрьмы Владимиру Седых про Марию Копенштайнер рассказал немолодой контролер. Он непосредственно контактировал с этой больной, полуслепой, вечно мерзнувшей женщиной. Вся ее вина заключалась в том, что она приходилась родственницей Адольфу Гитлеру - самому кровавому диктатору ХХ века. Хотя виделись они лишь однажды, когда Марии было всего восемь лет.

Она родилась в 1899 году в селе Шпиталь, в 15 километрах от австрийского города Гмюль. Мать Марии Терезия Шмидт - родная сестра матери Адольфа Клары Пельцеп.

В Верхнеуральск, где отбывали наказание особо опасные преступники, австрийская крестьянка Мария Копенштайнер попала 18 мая 1945 года. Ее дело велось несколько лет. Каждые два месяца в тюрьму приходили постановления с резолюцией: "Продолжить следствие". Закончилось оно в начале 50-х. Марию приговорили к 25 годам заключения. В тюрьме она теряла зрение, но в очках ей отказывали. Когда почти ослепла, наконец, разрешили ими пользоваться, но только в: ночное время. Потеряв зрение, двою-родная сестра Гитлера передвигалась по стеночке. Часто падала, ломала руки и ноги. Кости у пожилой женщины срастались плохо. Умирала Копенштайнер тяжело: ее мучили удушье и жажда. Последние три часа к ней никто не подходил. Когда фельдшер собралась напоить больную водой, Мария была уже мертва. Случилось это 18 декабря 1954 года. Похоронили родственницу фюрера в окрестностях Верхнеуральска, в яме между мусульманским и православным кладбищами.

Контролер, рассказавший об этом Владимиру Седых, сообщил также, что над Марией постоянно издевались как охранники, так и сокамерницы. За то, что она, особенно в первый год заключения, "качала права" - требовала выдать валенки. Ей постоянно отказывали. Так она и проходила все семь отпущенных ей до конца жизни зим в тапочках на тонкой подошве.

Хотелось вымыть руки

Про знаменитую пленницу Верхнеуральской тюрьмы Седых знал понаслышке, и ее судьба не вызывала у него особых эмоций, кроме нормального человеческого сострадания (не за свое преступление сидела). А вот другого известного сидельца он знал лично.

-- Да, при мне сидел подельник угонщика самолета Павла Яшкиянца - Геннадий Вишняков, - подтвердил Владимир Семенович. - Но поверьте: если я с ним и встречался, то только по необходимости. Этот индивид (человеком не могу его назвать!) внушал мне такую неприязнь, что после того, как я листал его дело, тут же спешил вымыть руки.

Напомним: Павел Яшкиянц с группой сообщников 1 декабря 1988 года захватил во Владикавказе автобус с детьми и учительницей (тогда этот город назывался Орджоникидзе). Террористы потребовали предоставить им валюту, самолет и обеспечить вылет в Израиль. Там Яшкиянц прямо на трапе самолета предложил министру внутренних дел Израиля наличные - миллион долларов. Вместо благодарности на бандитов надели наручники и выдали СССР. Судили их в марте 1989 года. Рецидивиста Павла Яшкиянца приговорили к 15 годам лишения свободы. Его подельников В. Муравлева, Г. Вишнякова и В. Анастасова - к 14 годам заключения.

График от старшины

В Верхнеуральскую тюрьму Владимир Семенович попал по направлению. Начальство из областного управления исполнения наказаний посулило: "Пару лет поработаешь, а потом мы тебя заберем!" До этого Владимир Седых занимал должность заместителя начальника по режиму первой колонии, расположенной в поселке Калачевка Еткульского района. В ней находился филиал Челябинского тракторного завода, занимавшийся производством гусениц. Дефицит кадров ощущался уже тогда, в середине 70-х, к производительному труду наряду с вольнонаемными привлекали и спецконтингент.

-- В 1985 году, - вспоминает Владимир Семенович, - меня вызвали к начальнику управления. Он мне заявил: "Слышал, ты желаешь ехать в Верхнеуральск?" Я ответил честно: "Нет, не желаю!" На что мне было сказано: "Не желаешь в Верхнеуральск, поедешь на Север... лес валить!" Вот такой у него был юмор. Тем не менее, это был приказ.

Разницу между колонией и тюрьмой он почувствовал сразу. Во-первых, контингент. Если в колонии народ разный - от отпетых уголовников до попавших туда по глупости, то в тюрьме, как предполагается, сплошь рецидивисты и убийцы. И условия содержания, естественно, у них разные.

-- В колонии относительная свобода, - рассказывает Владимир Семенович. - То есть человек из помещения отряда может выйти подышать на улицу. В тюрьме же люди живут и работают в закрытых камерах. Полагается одна получасовая прогулка в закрытом дворике. И то сверху - небо в клетку: железная сетка и часовой, шагающий по периметру. Если отследить качественный состав осужденных, то их можно разделить на две категории: на тех, кто попал сюда из зала суда, и тех, кого направили из колонии за нарушения режима. С первыми все понятно: получил тюремный срок - будь добр, отбывай его. А вот кто определяет, что колонисту надо идти в "крытку"? Администрация колонии? Да, делается руками администрации. Но вот определяется самими осужденными. Если заключенный оказался физически, морально или материально неподготовленным, его начинают ломать.

Каким образом? Возьмем отряд, где сто человек. Они живут в помещении - спальня, туалет, раздевалка, где периодически надо наводить порядок. Для этого составляется график уборки. Это делает старший дневальный или старшина, который назначается администрацией из авторитетных уголовников. Итак, если сто человек разделить на тридцать дней месяца, то одному человеку достанется роль уборщика раз в квартал. Но на самом деле это не так. Если внимательно просмотреть список, то можно легко увидеть одни и те же фамилии: человек десять выполняют все грязные работы.

Почему? Либо этот постоянный уборщик не смог откупиться от старшины, либо не сумел дать ему отпор по слабости характера или по физическим данным. А если вдруг попытается протестовать, то старшина составит на имя начальника отряда докладную: не хочет участвовать в общественно-полезном труде! Отчего не хочет, выяснить можно, но сложно. Затравленный зек не рискует сказать правду: боится старшину. Поэтому в объяснительной он придумывает зачастую то, что ему дневальный скажет. А начальнику отряда, особенно если он не отличается профессионализмом, не до истины: ему важно, чтобы у него в отряде был порядок и чтобы сам он себя наведением порядка не утруждал. Пусть за него это делают другие. В результате на "отказника" составляется бумага за бумагой. Его то и дело наказывают: сажают в изолятор, переводят в помещение камерного типа. Затем следует суд, и его как "неисправимого" отправляют в тюрьму.

Ниточный телеграф

-- Зато в тюрьме все под контролем администрации! - подхватил я тему.

Владимир Семенович испытующе посмотрел на меня. Словно хотел удостовериться, не смеюсь ли я над ним. Убедился в обратном и вздохнул.

-- Вы никогда не были около любой тюрьмы? Если были, то увидели бы болтающиеся по стенам нитки. Это "телеграф". С помощью скрученных ниток, к которым привязывают "малявы", заключенные обмениваются информацией, передают распоряжения от воров в законе или смотрящих. Точно так же узнают об истинном статусе очередного заключенного. В камере он должен назваться тем, кто есть на самом деле: "пацаном", "мужиком", "фраером" и т.д. Если слукавит, "телеграф" выведет его на чистую воду.

И тогда самозванцу может не поздоровиться. Приговор вынесет "авторитет", а исполнят "шестерки". Приговор может "прилететь" и с воли. Передадут черную метку через контролера или по тому же "телеграфу". Но и без "авторитетов" и без суда по понятиям бывает всякое.

-- Люди годами сидят в камерах, - объясняет Владимир Семенович. - Как ни подбирай по психологической совместимости, все предусмотреть невозможно. Помню, такой был случай: двое сокамерников задушили третьего. Когда их спросили, что подтолкнуло к злодеянию, честно ответили: "А чего он сидел и все время на нас смотрел?!" Убийцам ужесточили режим (срок у них и так был на то время предельный - 15 лет), а мне объявили выговор.

Земляника для зеков

А вообще заключенные могут смотреть телевизор, заниматься в тренажерном зале, принимать ежедневно душ, посещать баню-сауну, питаться из одного котла со своими тюремщиками, заказывать (в мае!) лесную ягоду - землянику... Скажете, что за бред? Или мы не знаем, как живут и что едят в тюрьмах? Со всей ответственностью заявляем: не знаете! Или вы будете спорить с Владимиром Семеновичем? Все это он видел своими глазами. В тюрьме. Правда, в шведской, когда находился в стране победившего социализма две недели в рамках ознакомительной поездки.

-- В Швецию меня направили в 1993 году, - рассказывает Седых. - Сразу заметил разницу. У них тюрьмы находятся в федеральном управлении, а колонии - в муниципальном. Так вот, в муниципальном управлении работают два человека, тогда как в Челябинской области аппарат управления - около 2000. И это при том, что в то время количество заключенных в Швеции и нашей области было примерно одинаковым - порядка 40 тысяч... На содержание одного заключенного у них расходуется 340 крон. Деньги выделятся из местного казначейства, а не гуляют, как у нас, из области в Москву и обратно. Что касается жизни шведских заключенных, то она отличается высоким уровнем комфорта и социальной защищенности. Камеры в основном одноместные. Ночью они там спят, а в восемь утра выходят в единый блок, где есть комната приема пищи с холодильниками. (Вот где я впервые увидел фрукт киви и землянику в начале мая!) Четыре часа они обязаны работать, еще четыре - изучать историю страны, ее право. Два раза в неделю у них - баня-сауна, два раза в неделю - занятия на тренажерах. Для осужденных и тех, кто их охраняет, - один камбуз. Если еда остается на столах, то повару делается предупреждение. Три замечания - и повара меняют.

Сравнивать наше и шведское тюремное меню некорректно. Поэтому подробности нашего рациона, о которых поведал Владимир Семенович, я сознательно упускаю, чтобы не травмировать психику читателей. Как и рассуждения насчет того, способна ли та же Верхнеуральская тюрьма перевоспитывать? Напрашивается вывод: тюрьма, как и вся пенитенциарная система в целом, нуждается в реорганизации. Если уж не земляникой в мае, то нормальным бытом заключенных надо обеспечить. Чтобы они вышли на свободу не такими зверьми, какими сюда попали или, по независящим от них обстоятельствам, стали. Это надо в первую очередь не для них, а для нас. Для нашей спокойной жизни.

Комментарии
Комментариев пока нет