Новости

Об этом сообщает информагентство "Интерфакс".

Из-за снегопада лайнеру пришлось более 60 минут кружить над аэропортом, ожидая улучшения погоды.

В южноуральской столице выбрали лучшие студотрядовские песни.

Челябинская область подправила свой финансовый имидж.

Приказ за подписью нового министра образования и науки был обнародован 21 марта.

По словам местных жителей, на Вторчермете всю округу заволокло едким черным дымом.

Заплатив за отдых, пермяки не увидели ни путевок, ни своих денег.

Жителя Бердска обвиняют в возбуждении ненависти и вражды, а также в унижении человеческого достоинства.

Число подростков, добровольно сводящих счеты с жизнью, в Иркутской области резко выросло.

Раненного автомобилиста и его пассажира увезли на "скорой".

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Кто загрязняет воздух в Челябинске?






Результаты опроса

Ты погляди без отчаяния

28.10.2009
В лаборатории глазного протезирования пациентам возвращают уверенность и надежду.

В лаборатории глазного протезирования пациентам возвращают уверенность и надежду.

Глаза на ладони

Кабинет врача Ирины Сироткиной - маленькая светлая комнатка на девятом этаже горбольницы №3. Одно окно, два стола, книжные полки, на которых штабелями уложены коробки.

- Из-под конфет, - сразу решаю я, нисколько не удивляясь.

Ирина Анатольевна - очень красивая женщина. Блондинка с большими глазами, она, скорее, похожа на актрису, играющую роль врача в фильме «про больницу».

Понедельник. Час дня. Идет прием. Андрей, здоровенный, стриженный «ежиком» мужик, сидит на стуле в позе, в какой сидят в углу ринга боксеры после очередного раунда. Он и впрямь боксер. Спорт не бросил даже после травмы.

- Андрей, вы не боитесь продолжать заниматься спортом?

- Конечно, боюсь, на ринге неудачно врежут - и протез вылетит. Вот стыдоба.

- Не вылетит. Мы хороший сделаем, - отзывается Ирина Анатольевна, снимая с полки одну из «конфетных» коробок. Поднимает крышку. Внутри ровными рядами лежат… глаза.

Наверное, полсотни карих глаз.

Глазные протезы отличаются друг от друга по размеру зрачка, по цвету и размеру радужки, по расположению сосудов и еще по куче признаков. Цвет склеры (глазного белка) варьируется от голубоватого до желтого, чем старше человек, тем желтее склера и тем извилистее сосуды.

Современные протезы - это никакие не камешки. Они не оттягивают веко, «умеют» двигаться, их почти невозможно отличить от настоящего глаза. К услугам лаборатории индивидуального глазного протезирования прибегают чиновники, адвокаты, менеджеры крупных компаний и даже актеры. Протезы с маленьким зрачком они носят днем, с большим - вечером.

Ирина Анатольевна прикладывает стеклянную лопаточку ко внутренней стороне искусственного глаза пациента. Большой Андрей и маленькая женщина в белом халате. Ржанка - возникает мгновенная ассоциация. Правда, своим клювиком птичка проверяет не глаза, а зубы опасных хищников.

- Андрюша, посмотри вверх. Так, а теперь вниз, - стеклянная палочка-клювик ныряет глубже, движется так, как кончик ножа, вырезающий глазок из картофельного клубня.

Я отворачиваюсь.

Полосатый глаз и подсказка Бога

- Когда я пришла сюда работать, поначалу тоже отворачивалась, а сейчас ничего, привыкла, - под мерное «жужужу» Людмила Суханова разминает в руках желтый комок пластилина.

«Жужужу» - это шумит шлифовальной машинкой Елена Юнусова, полируя почти готовый протез: серый глаз с нанесенными на него красными сосудиками.

Мы в мастерской, комнатушке через стенку от приемного кабинета, где работают художницы Люда и Елена.

Люда - серьезная, сосредоточенная. До того как стать мастером по глазам, расписывала батик. Елена - искусствовед, заводная хохотушка. «Отличный колорист» - характеризует ее начальство.

- Чаще всего делаем серые глаза, - рассказывает Елена, - они самые распространенные. Необычные расцветки тоже встречаются. Один парень был, так у него глаза полосатые, будто флаг. Но это что, у нас канадец заказал протез в виде мишени!

- Чтобы друзей пугать на Хэллоуин!

В год девчонки изготавливают до 300 искусственных глаз. Очередь расписана на шесть месяцев вперед. Здесь заказывают протезы не только челябинские пациенты, но и жители Казахстана, Киргизии и даже представители европейских стран. Оно понятно. За рубежом стоимость искусственного глаза составляет 1200 евро, здесь - от четырех до семи тысяч рублей.

- Какой цвет самый сложный? - Людмила на секундочку задумывается. - Мне карие трудно рисовать, когда бывает сочный коричневый - нашими красками не получается. Мы ведь маслом обычным работаем. А вот у Лены карие очень хорошо получаются.

- Потому что я фиолетовый добавляю, а ты - нет.

- Ну, конечно, я тоже добавляю…

- Мало, значит, - резюмирует «отличный колорист».

Жужжание прекращается. Несколько секунд Лена пристально смотрит на меня. Воцарившуюся тишину нарушает лишь бряцание крышки от кастрюльки, где, будто куриные яйца, «варятся» пластмассовые глаза.

- Вот вам бы я тоже фиолетового положила, - деловито сообщает Лена, - вокруг радужки - зеленого, а с краю можно голубого. За пятнадцать минут раскрашу, если, не дай бог, что…

- И если вы не вредная, - вставляет Людмила.

Подготовленным пластилином она облепливает протез. Доводит до нужного объема, повторяет выпуклости и вогнутости глазной полости клиента, чтобы глаз потом удобно «сел».

Пластилин, причем, отечественный - лучший материал для изготовления формы. В его пользу отказались даже от дорогущего германского воска.

- Допустим, очень вредная, тогда что?

- Знаешь, есть пациенты, которым не дается протезирование. Как ты ни бьешься, идет такой брак, который даже представить нельзя. Случайностей нет, если ты потерял глаз, это подсказка Бога.

- Вы имеете в виду, что все болезни от характера?

- Ну да. Глаза - это отношение к другим людям. Женщины чаще теряют левый глаз, мужчины - правый. Думаешь, почему?

- Ой, не слушайте, не слушайте, - перебивает нас Лена, - с этой Людиной теорией я совершенно не согласна.

- Потеря глаза говорит об обиде, - продолжает Людмила как ни в чем не бывало, - когда обижаемся на мужчин - левый глаз страдает, когда на женщину - правый. А если я не могу сделать протез, это значит, что обида у человека не прошла и ему нельзя глаз иметь.

- И как быть?

- Нужно поговорить с пациентом. Попытаться сделать так, чтобы он начал по-другому относиться к жизни.

- Получается?

- Нас Ирина Анатольевна на семинары водила. У нее в Мулдашевском центре знакомые психологи. Они научили общаться.

Вылепленное изделие Людмила кладет в специальный стаканчик, заливает гипсом и ставит в сушилку. Когда высохнет - вытащит пластилин и заполнит полученную форму пластмассой.

Елена остервенело жужжит шлифмотором. Очистить «сваренный» протез от остатков гипса, сделать его гладким - самая муторная и кропотливая часть работы.

Не две комнатки, а настоящий центр

Наташа - юрист. Она не только сотрудник лаборатории, но и ее пациент. Мы беседуем на лестничной клетке: в двух тесных комнатушках места не нашлось. Свою историю Наташа рассказывает таким спокойным и ровным голосом, что кажется, будто не о себе вовсе говорит. Ни эмоций, ни переживаний, будто пересказывает заученный текст.

Пациенты клиники, те, кто потерял глаз недавно и еще не оправился от случившегося, тоже не верят.

- У вас глаз вставной? - недоверчиво переспрашивают они. - ну да-а-а-а. Не похоже.

Трагедия произошла в результате бытовой травмы, какая может случиться с каждым. Просто подрались с сестренкой... В 14 лет Наташа решила, что жизнь закончилась.

Индивидуальные протезы, похожие на настоящие глаза, делали в Москве. Ездить приходилось каждый год, потому что стекло - не пластик, оно царапается, полировке не подлежит, к тому же очень хрупкое: однажды протез разбился, когда Наташа была в ванной. Девушка собиралась на праздничный вечер. Это было перед самым Новым годом…

Люди, узнав, что Наташа носит протез, просят вынуть и показать. Впрочем, даже на такую бестактность девушка научилась не реагировать. По-настоящему с жаром и трепетом она говорит о другом:

- В Челябинске должен появиться настоящий центр глазного протезирования. Не две комнатки, а большое здание, в котором будет все для человека, столкнувшегося с бедой.

Люди ожесточаются, они думают, что их никто не понимает. В центре обязательно будут психологи, они объяснят, что жизнь не потеряна. Это раз. Должны быть специалисты, обучающие, как пользоваться протезом, как снимать, как мыть. Это два. Представляете, у нас даже окулисты в этом вопросе некомпетентны. Мне сколько раз говорили: нормальный глаз полечим, а что с полостью делать - не знаем… Потом школа по обмену опытом. Надо кадры готовить. Четвертое - гостиница. Она должна быть недорогая, при центре. Люди приезжают из разных городов, а протез делается 3-5 дней, попробуй, покатайся туда-сюда.

Рентабельность нулевая. Заработанных денег едва хватает на покупку материалов и зарплаты сотрудникам. Нет, Ирина Сироткина не считает свое дело бизнесом. Средств на осуществление нового начинания нет и в помине, а сотрудники говорят о центре как о чем-то решенном.

- Это не только моя мечта, но и Ирины Анатольевны, - говорит Наталья. - А раз Ирина Анатольевна хочет, значит, все будет. Она, знаете, какая! Хирург, единственный человек, кто офтальмолог и протезист одновременно. Она сама эту лабораторию создала и центр создаст. Она все сможет.

По словам коллег, Ирина Сироткина из тех людей, чьи мечты сбываются.

Я заглядываю в приемную, чтобы сказать «до свидания». Ирина Анатольевна только что установила протез пациентке - женщине средних лет - и теперь держит перед ней зеркало, чтобы показать работу.

- Ой, сколько морщин! - восклицает клиентка. Она совсем забыла, зачем пришла сюда.

Статистика

В России на 400 человек населения один не имеет глаза.

По данным Европейского общества, в мире каждый сотый гражданин нуждается в глазном протезировании.

Всего в России 11 процентам пациентов, перенесшим травму глаза, требуется протезирование.

Адрес лаборатории глазного протезирования:

Челябинск, проспект Победы, 287, телефон 8 (351) 749-97-43, звонить с 15 до 17; 8 (351) 776-12-26, звонить с 11 до 17

Комментарии
Комментариев пока нет