Новости

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

В ближайшее время жестокий убийца предстанет перед судом.

Отца двоих детей искали двое суток.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

"Иду на Вы!"

29.08.2000
Размышления известного русского писателя о спектакле озерского театра драмы  и комедии "Наш дом" "Георгий Победоносец"

Михаил АЛЕКСЕЕВ
Переделкино

Слова эти произнесены много-много веков назад одним из отважнейших русских князей. Но я не князь, всего лишь рядовой зритель. Иду я отнюдь не на сражение с византийским владыкой, а всего лишь на спектакль, поставленный по исторической драме моего друга - замечательного поэта Константина Скворцова. Вхожу в театр, в коий хаживал в доперестроечные (чуть было не сказал: в доисторические) времена не только как зритель, но и как автор: здесь, на этих великих подмостках великого Малого, страдала и радовалась, была счастливой, но более того несчастной, моя Ивушка Неплакучая, героиня одноименного романа. Тогда я, понятно, волновался.

Размышления известного русского писателя о спектакле озерского театра драмы и комедии "Наш дом" "Георгий Победоносец"

Михаил АЛЕКСЕЕВ

Переделкино

Слова эти произнесены много-много веков назад одним из отважнейших русских князей. Но я не князь, всего лишь рядовой зритель. Иду я отнюдь не на сражение с византийским владыкой, а всего лишь на спектакль, поставленный по исторической драме моего друга - замечательного поэта Константина Скворцова. Вхожу в театр, в коий хаживал в доперестроечные (чуть было не сказал: в доисторические) времена не только как зритель, но и как автор: здесь, на этих великих подмостках великого Малого, страдала и радовалась, была счастливой, но более того несчастной, моя Ивушка Неплакучая, героиня одноименного романа. Тогда я, понятно, волновался. И очень. Хотя бы, кажется, мог бы этого и не делать: на афише - имена известнейших актеров, громкие имена, которые были на слуху не только москвичей, но и людей всея Руси великой, да и далеко за ее пределами. Что ни имя, то и знаменитость. По большей части - народные артисты СССР и РСФСР, реже - заслуженные и совсем уж единицы - рядовые, так сказать, актеры и актрисы. Но я-то знал, что рядовых в Малом не бывает.

А сейчас в моих руках другая афиша. На первой странице, в проеме не то замка средневекового, не то храмины византийской - Георгий Победоносец. Его именем названы и пьеса, и спектакль, привезенный в Москву из далекого южноуральского городка, до известных времен мало кому известного, а для большинства из нас и вовсе неизвестного. Теперь узнали: это Озерск. Признаюсь, что до спектакля, во все почти время моего долгого пребывания на этой грешной земле, Георгий Победоносец жил во мне как легенда, но в основном как некое божество, как святой: его изображение виделось нами лишь на иконах. Не потому ли театр счел для себя необходимым сделать пометку: "миф в 2 частях". Все-таки миф. А может, и не существовал он, Георгий, в жизни-то? Но был. Был, был, во плоти и во крови был! В этом несокрушимо убеждается и верует в это зритель уже после нескольких первых картин. Очень, очень тяжких для видевших и слышавших все, что разворачивается перед ним, зрителем, на сцене. Тишина мертвая в зале. Лишь время от времени раздается короткий смешок, вызванный шутовскими проделками торговца Лампадия, великолепно представленного заслуженным артистом России И. Кудрявцевым. Их еще трое, заслуженных, и всего лишь один из занятых в постановке - народный. Остальные два десятка с лишним никаких, кроме актерского, званий не имеют.

Между тем в афише помещено короткое преуведомление, взятое из истории падения Римской империи: "Был на исходе третий век, и Рим еще великий, но уже больной, виня во всех несчастьях иноверцев, все бражничал и упивался кровью:" И в этот-то жуткий, кошмарный мир бражничанья и оргий, сопровождающихся потоками крови, решили погрузить нас, нынешних, живущих не в третьем веке, а накануне двадцать первого, и не где-то там, в угасающей Римской империи, а, как говорится, "здесь и сейчас", в нашей России, - погрузили и заставили наволноваться так, что хватило этого волнения на несколько дней и ночей после спектакля. Сделали это автор исторической трагедии Константин Скворцов и коллектив театра "Наш дом", скромно названного муниципальным театром драмы и комедии города Озерска. Откуда бы взяться такой ошеломляющей дерзости постановщику спектакля заслуженному деятелю искусств Казахстана Н. Воложанину для того, во-первых, чтобы осуществить такую постановку, одолеть сложнейший материал, предложенный автором драмы, и, во-вторых, для того, чтобы привезти ее, постановку эту, не куда-то там, в соседний, скажем, какой-то городок, а в саму аж Первопрестольную, да еще и испросить у бессмертного великого Малого сцену для показа своего детища москвичам? Однако после того, как ты посмотришь спектакль, как ты увидишь народного артиста России А. Исаченко в главной роли (это он дал нам, может быть, даже впервые образ Георгия Победоносца совершенно осязаемо живым и каким-то даже близким и родным для нас, совершенно непохожим ни на миф, ни на легенду), дерзость эта кажется оправданной. А Диоклетиан, римский император, или кесарь, как его еще называют, в исполнении заслуженного артиста России В. Лясецкого! Это же глубочайшее проникновение через этот образ в саму далекую от нас эпоху, сделавшуюся вдруг близкой и страшной для зрителей до озноба. Озноба, усиленного музыкой В. Брусса, столь органично вписанной в суровую сценографию С. Александрова, что, пронизывая весь спектакль, она остается гениально "незамеченной".

Я не ставил перед собой задачи разобрать в подробностях игру актеров. Ясно ведь, что спектакль, да еще такой чрезвычайной сложности, мог родиться лишь усилиями талантливого коллектива. Я не знаю, руководители знаменитого, драгоценнейшего для нас, русских людей, Малого театра просматривали ли спектакль из Озерска, прежде чем разрешить показать его в их святилище. Или рассудили так: "Ну, что ж. Приезжайте, показывайте: что там у вас получилось. Любопытно. Из этакой-то глубинки и в такую головокружительную глубину!.. Посмотрим, посмотрим:"

Привезли, показали. Да так, что москвичи, потрясенные, стоя, минут двадцать хлопали в ладоши без устали, с просветленными лицами. И на глазах у многих были слезы. Слезы радости от встречи, очень редкой по нынешним временам, радости от соприкосновения с великим искусством, которое сохранил "малюсенький уральский городок".

После этого я, например, и не называл бы этот приезд такой уж великой дерзостью ни со стороны главного режиссера театра Н. Воложанина, ни директора театра, организатора московских гастролей П. Случанко, ни артистов, занятых в спектакле. Дерзость их, отвага питались огромной верой в свои творческие силы. К тому же великий спектакль, посвященный и автором пьесы, и театром 2000-летию христианства, создавался огромной поддержкой всего города во главе с его мэром С. Чернышевым. Среди тех, кто принял близко к сердцу работу талантливейшего коллектива театра "Наш дом", надобно было бы назвать и председателя Совета депутатов Озерска А. Грибова, и директора производственного объединения "Маяк" В. Садовникова, которые вправе разделить радость одержанной победы.

Немногим руководителям дано сегодня понимание того, что нестабильность духовная куда опаснее нестабильности экономической. Планета по имени Земля есть не что иное как космический корабль, Ноев ковчег, на котором поместились миллиарды одних только человеческих существ, не говоря уж о неисчислимом множестве других обитателей. И что бы и где бы чего ни случилось и когда бы ни случилось, оно непременно касается или коснется рано или поздно и нас, нынешних "космических" путешественников. Что бы нам, сегодняшним жителям России, до того, что творилось в древнем Риме многие-многие столетия до нас? Но почему же мы приняли так близко к сердцу то, что увидели и услышали на представлении удивительного театрального действа о Георгии Победоносце? И что особенно важно заметить: такого рода исторические экскурсы в далекое прошлое нам особенно, прямо-таки жизненно необходимы, когда над нашим Отечеством сгущаются черные тучи, когда, как вот сейчас, Родина наша переживает тяжкие времена. В этом случае мы как бы инстинктивно обращаемся за помощью к Истории с надеждою на то, что она, мудрейший учитель, подскажет нам выход из самых трудных положений, как не раз подсказывала нам и другим народам во все смутные времена.

"Надо, - говорил в свое время Леонид Леонов, - пока не поздно, довести до сознания наших отроков и отроковиц, что сегодня есть лишь промежуточное звено между вчера и завтра, что все мы нынешние - лишь головной отряд бесчисленных поколений, пускай закопанных где-то далеко позади, однако отнюдь не исчезнувших вчистую, а посмертно взирающих нам вдогонку".

Взирающих и предостерегающих нас от многих бед, добавим мы от себя.

Не этими ли мыслями их авторов и родился великий спектакль в маленьком городке?! "Иду на Вы!" - как бы сказал он великой Москве и победил. n

Михаил Николаевич АЛЕКСЕЕВ - писатель. Родился в 1918 году. Фронтовик. Автор романов "Солдаты", "Вишневый омут", "Ивушка неплакучая", "Драчуны", повестей "Дивизионка", "Биография моего блокнота", "Наследники", "Хлеб - имя существительное". Герой Социалистического Труда, лауреат Государственных премий СССР и РСФСР. Живет в Москве.

Комментарии
Комментариев пока нет