Новости

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Часть ограждения и покрытия крыши были повреждены тающим снегом.

Пока центр функционирует в тестовом режиме.

На 26 февраля запланировано 50 развлекательных мероприятий.

Среди пострадавших – два несовершеннолетних мальчика.

Удар ножом он нанёс в ответ на попадание снежком в лицо.

Открытие автомобильного движения запланировано на 2018 год.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Что тверже пуантов?

10.03.2010
Сегодня в Челябинской опере праздник в честь юбилея прославленной балерины и педагога-репетитора Ирины Сараметовой.

Сегодня в Челябинской опере праздник в честь юбилея прославленной балерины и педагога-репетитора Ирины Сараметовой.

В балете век артиста недолог. Но есть немало примеров, когда давно не танцующая балерина выходит на сцену не для того, чтобы исполнить партию, но чтобы ее приветствовали многочисленные ученики. Это люди старой закалки и классической школы. Челябинску повезло, что в нашем оперном театре есть такая личность - заслуженная артистка России, в прежние годы балерина, а теперь педагог-репетитор нашего театра Ирина Сараметова. 8 марта ей исполнилось 70 лет. И в этом же году она отсчитает свой 50-й год в театре.

- Ирина Джамильевна, как вы стали балериной?

- Ни о чем таком я не мечтала. Мы с мамой приехали в Челябинск к родственникам из Средней Азии. Я училась в обыкновенной женской школе на КБС, ходила в кружок танцев. Маме в то время в финансовом отношении было очень трудно, и для нее было бы кстати, если бы удалось поместить меня на обучение в государственное учреждение. Тогда я была подвижной девочкой - любила турник, гимнастику, всякие «лягушки». Но шпагат у меня не получался, из-за чего я переживала. Видя мой интерес, мама задумалась о балетном училище. В Челябинск с гастролями приехал Пермский театр. Нам посоветовали сходить к педагогу-репетитору Софье Тулубьевой, чтобы она сказала, гожусь я для балета или нет. Мы с мамой пошли к ней в гостиницу. Мне было 9 или 10 лет. Я впервые прокатилась на лифте и прошла несколько тестов у Софьи Михайловны. И она сказала: «Годишься». Так я поехала поступать в Пермское училище. Конкурс был большим - у нас проверяли данные, ритм, слух. В первом классе нас было 30 человек, а в конце девятилетнего обучения осталось пятеро.

- Какие воспоминания у вас остались о том времени?

- Условия тогда были не такие, как сейчас. Училище располагалось в здании, которое было наполовину занято военным госпиталем. Мы часто выступали для больных и раненых, а они смотрели и плакали, часто угощали конфетами. Кормили нас небогато, но честно и добротно. Диет не было. На праздники давали какао и пирожки или сладкие пончики. Всегда на столе было много чеснока. Тогда было еще всего три комнаты для учеников - две женские и одна мужская. И только когда мы были уже в старших классах, напротив училища построили общежитие. А для нас позже уже училище на государственные деньги снимало квартиры. Я благодарна Советскому Союзу: он учил меня бесплатно и, поскольку я училась хорошо, добавлял приличную по тому времени стипендию - 70 рублей.

- Я слышала, в балете не существует оценки «пять»…

- Сейчас уже существует. А тогда в балете пятерка была экстраординарной оценкой, которая доставалась только за что-то особое. Если тебе поставили «пять» - ты популярная личность. «Тройка» считалась рядовой отметкой. За все годы учебы у меня было всего три пятерки, при этом считалось, что я одна из лучших учениц. Также, что было особой редкостью, я получила «пять» на итоговых испытаниях.

- Вы помните своих преподавателей?

- Конечно. Мне повезло: я попала в добрые руки. Добрые и строгие. Дисциплины у нас вели ленинградские педагоги. С тех пор и принято сравнивать Пермь с ленинградской школой балета по степени интеллектуальности подачи, отсутствию разнузданности. Настоящий классический балет. Мы ходили всегда в форме и со строгими прическами, нам не разрешали даже красить ногти. Это дисциплинировало. Педагоги у нас были прекрасные, известные в балетных кругах. Кстати, среди них был и Владимир Краснопольский - впоследствии известный российский режиссер, который снял фильмы «Вечный зов» и «Тени исчезают в полдень». После университета он по распределению попал к нам в училище. Мы были его первыми ученицами, он - нашим классным руководителем и преподавателем русского языка и литературы. Помню, он любил приходить в интернат и играл с нами в игру «Кто первый?» на ириски. Я всегда играла азартно и отчаянно мухлевала, зато все конфеты доставались нам.

- Есть ли костюм, который вы особенно любили?

- Да, был такой. Я танцевать партии начала рано, еще когда была студенткой училища, участвовала и в концертных номерах, и в «Щелкунчике». А потом - это был первый случай в истории училища - я танцевала партию Сванильды в «Коппелии». В этом спектакле в третьем акте есть проходка, символизирующая свадебную церемонию. Она совсем короткая, но я очень хотела, чтобы платье непременно было длинным - как настоящее. С этой идеей я замучила всех, но в итоге мое желание выполнили, и проходка состоялась именно в этом наряде.

- Кто был вашим любимым партнером по сцене?

- Дольше всего я танцевала с Нарским и Постниковым. Но как тут выбрать лучшего? Они все были прекрасны. А Миша Щукин! Он старше, и сразу взял надо мной шефство. Из него получался такой красавец Арбенин - с ним было особо приятно танцевать Нину в «Маскараде». Был в моей сценической жизни замечательный Юрочка Сидоров - тоже ученик Перми. Мы с ним танцевали Па-де-де из «Жизели». Он, по-моему, лучший Тибальт в истории челябинского театра. Также я благодарна судьбе, что она свела меня с замечательным человеком, народным артистом Сашей Мунтагировым

- Какой самый счастливый момент в вашей жизни?

- Наши гастроли на челябинской декаде в Москве, где мы танцевали «Ромео и Джульетту» с Володей Постниковым. До нас ни один провинциальный театр не решался привезти в столицу этот спектакль. Конечно, страшно было выходить на сцену исполнять ту партию, которую танцевала легендарная Уланова. Но Мариус Лиепа сказал, что с такой Джульеттой, как я, он и сам бы танцевал. Мы, конечно, тряслись все. Но когда после второго акта и смерти Тибальта нам аплодировали пять минут, мы поняли, что это успех. Тибальта на тех гастролях танцевал Сидоров. Безумно красивый артист - настоящий шекспировский герой.

У нас не было такого богатства, как в Большом, но тема любви и верности пронизывала весь спектакль. Нет, решительно, у нас тогда получился прекрасный балет!

- В чем была особенность вашей Джульетты?

- Идея была сделать своеобразную Джульетту. Художником этого спектакля был Альбин Морозов. Мы с ним много разговаривали и пришли к такой прическе: распущенные волосы и итальянская полоса, опоясывающая лоб. Тогда, как и всегда в создании образа, шла от собственного я, от интуиции. Станиславский не раз говорил, что интуиция актера имеет огромное значение, я с этим абсолютно согласна.

- Вы не только балерина, но еще и замечательный педагог. Скажите, кто из учеников - самый дорогой вашему сердцу?

- Они все мои любимые. К Тане Предеиной я привыкла, но люблю всех своих учениц. К примеру, Леночка Воробьева. Она сейчас не в Челябинске, но мы с ней регулярно созваниваемся. Светочка Дадонова - красавица, умница, настоящая работяга. Тимирбаева Элла - прекрасная балерина. Сейчас тоже уехала из Челябинска - жаль, что таких девочек теряем. А Галина Клековкина (в прошлом балерина челябинского театра, сегодня также педагог. - А.К.)! Сколько стихов мы с ней читали, чтобы добиться большей эмоциональности в танце. Она прекрасная лирическая балерина. Ольга Максимова, эмоциональная, выразительная, понимала меня с полуслова и от себя в партию что-то добавляла. У нее получалась такая необычная, любящая Хозяйка Медной горы. Да, они все прекрасны! Я сейчас преподаю в академии культуры - мне и там повезло со студентами.

- Где вы сегодня во время спектакля?

- Я всегда в зале. Так делает любой педагог. Я увижу, какие замечания сделать: ведь даже прекрасно исполненная партия не идеальна. А иногда хорошо бы и похвалить для вдохновения, хотя вообще-то я строгий педагог.

- Многие артисты старшего поколения любят говорить, что раньше все было лучше. Вы разделяете такой взгляд?

- Так обычно говорят, потому что «тогда» - это молодость, которую обычно видишь со светлой стороны. Пожалуй, единственное, что во время моей работы балериной было лучше, - это колоссальный репертуар. У нас были лучшие классические балеты и много современных, экспериментальных. У нас ставили «Альпийскую балладу», «Последний бал» - у меня там была партия второго плана, которая шла на ура, «Барышня и хулиган»… Их было действительно много. Я успела исполнить около 30 партий, а это весьма немало.

- Какой самый трудный момент в вашей балетной жизни?

- Особых сложностей не было. Бывала я недовольна собой. Я самоедка. Бывает, станцевала спектакль - вроде ничего, но собственные ощущения не обманут. Идешь на следующий день - будто кто-то тычет тебе в спину. Значит, спектакль не удался. Но вообще, мне повезло в жизни: я росла в тепле и любви - и в училище, и в театре.

- Меня как женщину не может не волновать вопрос: как в таком почтенном возрасте вам удается так хорошо выглядеть? В чем секрет?

- Нужно заниматься хотя бы зарядкой. Простой советской зарядкой, которую раньше делали в любой школе. Размять руки, ноги - и так каждое утро. Вот и все.

- Что в жизни тверже пуантов?

- Воля. Если есть у человека воля, он все преодолеет.

Ирина САРАМЕТОВА

Педагог-балетмейстер Челябинского театра оперы и балета имени Глинки, заслуженная артистка РФ. Окончила Пермское хореографическое училище, с 1960 по 1982 год. была ведущей балериной Челябинского театра оперы и балета. Перетанцевала весь классический балетный репертуар, в том числе балеты Чайковского «Щелкунчик» и «Спящая красавица» - Маша и Аврора, Жизель и Мирта в «Жизели», «Золушка» Прокофьева, Джульетта в «Ромео и Джульетте». Современные балетмейстеры, работавшие с челябинским балетом в разные годы, - А. Петров, Л. Воскресенская, М. Алексидзе и О. Дадишкилиани - называли Сараметову лучшей балериной в современном балете. Она танцевала почти во всех современных постановках театра в 60-70-е годы: Сольвейг в «Пер Гюнте», Барышня в «Барышне и Хулигане», Бонасье в «Трех мушкетерах», Эгина и Фригия в «Спартаке», Сюимбике в «Шурале», Надя в «Последнем бале», Марютка в «Альпийской балладе». Во время гастролей театра в 1966 году в Москве ее назвали одной из лучших Джульетт в истории русского балета. В 1977-м И. Сараметова поступает учиться в ГИТИС на педагогическое отделение и успешно оканчивает его, получая диплом педагога-балетмейстера.

Комментарии
Комментариев пока нет