Новости

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Памятники должны стоять, а не бегать

08.04.2010
Увидит ли знаменитый скульптор Эрнст Неизвестный челябинские "Маски скорби" при жизни?

Татьяна МАРЬИНА

Челябинск

Завтра Эрнсту Неизвестному исполняется 85 лет. Среди поздравлений, которые приходят в Нью-Йорк, есть телеграмма из Челябинска. Но в поздравительном тексте областного министерства культуры нет слов, которые скульптору с мировым именем были бы дороже всего. Слов о том, что в Челябинске вскоре появится мемориальный комплекс "Маски скорби".

Этой работе не повезло с самого начала.

Увидит ли знаменитый скульптор Эрнст Неизвестный челябинские "Маски скорби" при жизни?

Татьяна МАРЬИНА

Челябинск

Завтра Эрнсту Неизвестному исполняется 85 лет. Среди поздравлений, которые приходят в Нью-Йорк, есть телеграмма из Челябинска. Но в поздравительном тексте областного министерства культуры нет слов, которые скульптору с мировым именем были бы дороже всего. Слов о том, что в Челябинске вскоре появится мемориальный комплекс "Маски скорби".

Этой работе не повезло с самого начала. 20 лет назад Эрнст Неизвестный заключил договор о создании памятника жертвам сталинских репрессий в Свердловске. От гонорара в 700 тысяч долларов отказался - и через три месяца четырехметровая модель монумента, сделанная из гипса, была доставлена из Нью-Йорка на Урал. Следующие 15 лет она пролежала в сыром подвале Екатеринбургского худфонда. И никакие доводы не помогали: отдавать "Маски" Челябинску, как того потребовал автор, никто не собирался, работу распилили на шесть частей. Только в 2007 году гипсовую модель изъяли в присутствии судебного пристава и перевезли в Челябинск. Так "Маски скорби" Эрнста Неизвестного снова оказались в подвале - на складе областного краеведческого музея.

Говорили - временно: надо подыскать место для мемориала в память о погибших, изготовить монумент, установить. Получилось - навсегда. Договор "ответственного хранения" давно истек, о "Масках" никто не вспоминает. А хрупкий гипс потихоньку разрушается.

Кажется, музейный склад в цокольном этаже здания - не самое плохое место. Но это не так. Здесь повышенная влажность, доступа свежего воздуха нет, а принудительная вентиляция не спасает. Зимой - холодно, летом - "дождливо", потому что во время затяжных дождей подвал заливает водой.

-- Все, что могли, мы сделали, - говорит заместитель директора краеведческого музея по хозяйственной части Светлана Бабина. - "Маски" везли из Екатеринбурга осенью в сырую погоду, в открытом состоянии, поэтому гипс впитал влагу. Пришлось сушить около года: меняли ткань, проветривали. Каждый фрагмент весит почти шестьсот килограммов! И каждый мы приподняли: нижние части модели имеют свои подиумы, остальные поставили на высокие поддоны. Но для сохранности работы этого недостаточно.

А что дальше? Может, "Маски скорби" Эрнста Неизвестного Челябинску не нужны?

Памятник организует память

Михаил Петров, доверенное лицо Эрнста Неизвестного в России:

-- С 2006 года в администрации Челябинской области лежит договор о реализации проекта, подписанный Неизвестным. Были договоренности с предприятиями о минимизации расходов. Например, в Нижнем Тагиле готовы были отлить формы, часть работ выполнить по себестоимости, предприятие "Челябинск-Мрамор" обещало бесплатно доставить черный мрамор. Но все затормозилось. Говорят, денег нет. Но это неправда. Нашлись ведь деньги на конноспортивный комплекс.

Жизнь Эрнста Неизвестного не замкнулась на этой скульптуре. Он уважаем и востребован во всем мире. Сейчас ему 85 лет. В таком возрасте человеку все равно, поставим мы "Маски" или нет. Когда мы встречались в Нью-Йорке, он сказал: "Я же не могу навязывать. Я понимаю, что в связи с кризисом ситуация изменилась, поэтому согласился с тем, что будет бронзовый монумент в масштабе модели. Мне было приятно узнать, что Южный Урал - это моя родина, что огромную работу провели в Верхнеуральске. Поэтому я передал право Челябинску".

Я считаю, мы должны построить памятник тем, кто пострадал в годы войны, репрессий. Поставить именно сейчас, пока они живы. Через 50 лет новое поколение не будет понимать, что происходило, за что люди отдавали свои жизни. Но если дедушки и бабушки приведут их к этому памятнику и скажут: эти слезы потому и потому... У нас нет памяти поколений. Памятники должны стоять, а не бегать.

Владимир Боже, историк и краевед:

-- Город должен быть заинтересован в том, чтобы с Челябинском ассоциировались имена культурно значимых людей. Особенно тех, кто какими-то корнями связан с регионом. У Эрнста Неизвестного в Верхнеуральске жил дед, здесь родился его отец. Если бы "Маски скорби" стояли, люди специально приезжали бы в Челябинск, чтобы на них поглядеть. Конечно, было бы здорово. Еще одно памятное место добавило бы городу привлекательности.

Надо место только искать подходящее. Я считаю, что монумент не должен стоять на Золотой горе. Сейчас это удаленная окраина. Место пустынное, полукриминальное, никем не контролируется, не охраняется. Там до сих пор есть шахты и свежие лестницы. Видимо, люди золото ищут. С мемориалом могут сделать что угодно. А не хотелось бы.

Надежда Зуева, заместитель министра культуры области:

-- Предлагалось несколько вариантов размещения мемориального комплекса, в том числе на Аллее Славы. Пока остановились на Золотой горе. Место хорошее. Тополиная аллея начала застраиваться. Я видела памятник в эскизах. Это действительно маски скорби, очень жесткий эмоциональный посыл. С учетом темы лучше не придумаешь - поставить монумент на горе, где найдены останки людей. Город как будто обнимает это сакральное место со всех сторон. Я считаю, в центре города такой комплекс - это слишком.

Николай Антипин, студент 5-го курса ЧелГУ:

-- Еще в школе я слышал про гипсовые "Маски", которые связаны с репрессиями 1937 года. У нас много людей, которые пострадали, были арестованы и отправлены в лагеря. Многие предприятия в области строили заключенные. Если бы появился памятник, это очень активизировало бы память. Тогда и споры бы в обществе прекратились, виноват Сталин или нет. У Пьера Нора есть по этому поводу целая теория: факт установления памятника, формирование мемориального места организует память - историческую и коллективную. Это очень важно для общества. Поэтому мне показалось, это хорошая идея - поставить монумент памяти погибших. Тем более, по проекту Эрнста Неизвестного.

Владимир Макаров, министр культуры области:

-- Какие "Маски"?! Об этом никто сейчас не думает. Чтобы отлить памятник в бронзе, нужно 30 миллионов! В бюджете денег нет, экономическая ситуация сами знаете какая... Конечно, мемориал нужен. Но говорить об этом сейчас нет смысла.

Комментарии
Комментариев пока нет