Новости

По словам свидетелей задержания, активиста посадили в полицейскую машину и увезли в ОВД Дзержинского района.

По предварительной информации, площадь пожара превысила 400 квадратных метров.

Плакат у участников марша изъяли сотрудники полиции.

Несмотря на случившееся, Касьянов продолжил участие в памятном мероприятии.

Сообщение о возгорании автомобиля поступило на пульт экстренных служб в 05:53 с улицы Буксирной.

Чп произошло минувшей ночью в доме по улице Голованова.

Из-за аварии на энергосетях электричество в домах пропало в ночь на 26 февраля.

С 27 февраля за проезд придется платить 25 рублей.

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

«Восхождение» случилось с седьмой попытки

15.04.2010
Актеру Борису Плотникову подвластны кино, драматическая сцена и даже опера

Народный артист России Борис Плотников не мелькает на телеэкране, не перебегает из сериала в сериал. Но достаточно назвать два фильма с его участием - «Восхождение» и «Собачье сердце» - сразу ясно, о ком речь.

Борис Григорьевич более 30 лет живет Москве, играет в столичных театрах, но не забывает о своих корнях - родился он в Невьянске Свердловской области, был звездой Свердловского ТЮЗа. Недавно Борис Плотников побывал в Екатеринбурге с Театром-студией Олега Табакова.

Кино: до и после Сотникова

- Борис Григорьевич, мы гордимся вами, своим земляком, следим за вашими успехами. А вы часто вспоминаете о начале своего творческого пути?

- Многие выходцы из провинции пытаются смикшировать тему своего происхождения: я появился, я перед вами - и все. А я всегда с гордостью говорю, что начинал в Свердловске, учился тут в театральном, служил в ТЮЗе. Правда, сначала поступал в школу-студию МХАТ, где мне сказали: «Вы абсолютно непригодны, вам не надо этим заниматься». Олег Табаков меня пытает все время: «Скажи, кто это был?»

- А вы помните, кто вам такое сказал?

- Как же - это такой рубец! Но, кстати, я и тогда уже понимал, что я не очень актер, и жизнь показала, что это так. Я всегда где-то сбоку. Даже когда в середину на сцену вытягивают, стараюсь сместиться к краю. Может, это моя индивидуальность? Я не коренник, я пристяжной.

- Впервые вы снялись в кино у режиссера Ларисы Шепитько в «Восхождении».

- Это не совсем так. На экран впервые попал в Свердловске, на телевидении, в экранизации повести Льва Толстого «Альберт». Был резонанс, фильм, как мне кажется, получился. А через некоторое время режиссер Ирина Ширяева звонит мне: «Пойдем смотреть, нашего «Альберта» будут стирать». Видеопленка тогда была дефицитом, и одни передачи стирали, чтобы записать другие. А техника была такая: показывали, что стирается. И мы прощались с «Альбертом», прямо с экрана оператор делал снимки на память… Спустя годы из Ясной Поляны мне пришла депеша: «Мы узнали, что вы снимались в экранизации «Альберта», нельзя ли нам получить эту запись». Я ответил: «Это теперь «Сельский час»…»

- Но знаменитым вы все-таки стали благодаря «Восхождению». Как вы попали на эту роль - просто вытянули счастливый билет?

- Утверждение меня на роль Сотникова в «Восхождении» шло очень сложно. Я тайно по понедельникам (когда у нас в ТЮЗе был выходной) летал в Москву, семь раз были пробы, и семь раз меня отвергали. И только одна Лариса Шепитько, которую Василь Быков называл «Достоевский в юбке», упрямо хотела снимать меня. После пятой пробы я сказал: «Все, больше не поеду, остаюсь в Свердловске, не трогайте меня!» И вдруг ко мне в общежитие входят мои друзья, до которых каким-то образом дозвонилась Лариса Ефимовна, и убеждают меня ехать в Москву. Убедили - я поехал.

Когда закончилась работа над «Восхождением», я растерялся - что дальше делать? Пришел к Ларисе Ефимовне, которая собиралась снимать следующий фильм, «Прощание с Матерой» по Распутину. А она мне говорит: «Боря, я не могу тебя взять, ты еще не набрал нового содержания. Нам лет пять надо побыть вдали друг от друга». «А что же мне делать?» «Может, тебе пойти учиться?» И хотя возраст у меня был не студенческий, я поступил в Уральский госуниверситет на филфак. Думал, года на три меня хватит, к тому же переехал в Москву, служил в Театре сатиры, непросто было учиться. Но закончил университет и очень благодарен Ларисе Шепитько, что она заставила меня заняться собой, своим развитием.

Театр вообще не должен жить изолированно, и раньше умные режиссеры привлекали к работе над спектаклем историков, филологов, философов. Вот в ТЮЗе, когда ставили «Трех мушкетеров» и немножко запутались, к нам пришел из университета философ Лев Коган, прочитал нам целую лекцию и очень помог, мы поняли, что у нас шло не так. А когда Леонид Хейфец ставил «Павла Первого» в Театре армии, было сложно, много непонятного - Мережковский, история… И тогда Хейфец пригласил Натана Эйдельмана, который нам прочистил мозги, все стало понятно. Сейчас же театр этим не занимается: чего не знаем - сами придумаем.

Театр: ожидание обещанного

- В Театре армии вы сыграли князя Мышкина в «Идиоте», но были не первым исполнителем в этом спектакле. Как вам досталась эта роль?

- Некоторые роли приходят неожиданно. Леонид Хейфец сказал: «Борис Григорьевич, у нас из Театра Советской армии ушли артисты, игравшие князя Мышкина. Может, вы сыграете три спектакля во Владивостоке? Просто уже заделаны гастроли, надо ехать…» Я об этой роли давно мечтал, но мне к тому времени было к 40 годам, а Мышкину лет 25-26, и я сомневался, получится ли. Однако Юрий Еремин так поставил спектакль, что там не про возраст. Гастроли были громадные, театр сначала поехал в Хабаровск, и пока они там играли, меня вводили в роль. Я выходил на сцену и спрашивал: «А кто будет играть Епанчину - Солдатова или Сазонова?» - «Ну, кто-то из них…» И эта ситуация сработала в мою пользу: когда я прилетел во Владивосток и вышел в «Идиоте» на сцену, знакомился с Сазоновой, Зельдиным и другими своими партнерами в ходе спектакля, как князь Мышкин, только что приехавший из Швейцарии. Прошли три спектакля, и Леонид Ефимович предложил: «Может, вы еще поиграете?» В итоге я сыграл князя Мышкина 189 раз.

- Но сейчас вы в труппе МХАТ?

- Когда Олег Табаков позвал меня во МХАТ, я поначалу отказался: «Ну что у вас буду делать? У вас такая труппа мощная…» Он мне в ответ сразу назвал пять ролей экстра-класса, ради которых любой актер пойдет хоть куда. И я перешел в Художественный театр, где служу уже девятый год. Ни одной из обещанных пяти ролей нет даже в планах! Время от времени интересуюсь: когда же сыграю то, на что зазывали? Олег Павлович отвечает: «Боря, не хотят режиссеры этим заниматься, говорят, что классика - это такие руины». Может, говорю, и я - тоже руина, пора списывать? Нет, говорит, пока держись.

Последний режиссер, с которым я работал, - Костя Богомолов. Он из нынешнего поколения, которое я не очень понимаю. Они берут пьесу и начинают ее переделывать. В их понимании пьеса - это руина, от которой они оставляют одно название.

Когда я получил роль Базиля в «Женитьбе Фигаро», так радовался - лучше роли не может быть, это целый космос, там много чего играть! А Костя говорит: «Борис Григорьевич, вот этого не будет, этого не будет и этого не будет, вот тут вы споете, а это будет не так, а так…» Я говорю: «А как же отношения, характер?» Нет, это все в сторону. Я пытался обижаться за Бомарше, говорил, что вроде бы великий драматург зачем-то это писал. Не помогло.

- Что вам в театре не по нутру - понятно. А что радует?

- За последнее время меня поразила одна постановка - «Три сестры» Петера Штайна. Это чудо! Мы с ним хорошо общались, и он объяснил, как это чудо родилось - он просто выполнил все чеховские мизансцены, все ремарки, и ничего не выбросил.

Мне доводится играть Дорна в чеховской «Чайке», поставленной еще Олегом Ефремовым. Когда меня ввели, спектакль игрался в 395-й раз, но если режиссура крепкая, все живо, все замечательно! Сейчас, впрочем, его тоже признали «руиной» и хотят снимать с репертуара. Он и так уже идет раз в четыре месяца, но все равно жалко, если его не будет.

Музыка: от оперы до военной песни

- Вы музыкальный артист, и петь вам доводится не только в драматических спектаклях. Но все равно неожиданностью стало ваше участие в опере Алексея Рыбникова «Литургия оглашенных». Не страшно было петь в опере?

- Рыбников написал «Литургию оглашенных», взяв за основу «Розу мира» Даниила Андреева, плюс что-то из шумеров, что-то из воспоминаний Сальвадора Дали. И тексты сложнейшие, и музыка. В моей роли есть скачки через две октавы! Пришлось глубже заняться пением, пригласил педагога Нину Харичеву. Она закончила консерваторию вместе с Тамарой Милашкиной. Но, как часто бывает, вышла в дипломном спектакле - и у нее спазм. Она на публике не может петь! Дома - заливается, показать может все, а публично - не может. Ставила мне дыхание, помогала справляться с этим сложнейшим материалом.

С «Литургией оглашенных» мы и в Америке были. Приехали в Санкт-Петербург, штат Флорида, сыграли три спектакля на русском, и вдруг принимающая сторона говорит: «Знаете, придется все-таки перейти на английский». Эти сложнейшие философские тексты дай бог по-русски освоить за месяц, а тут - в переводе на язык, который я совершенно не знаю. Но что делать - освоили за две недели. Конечно, нервов за это время ушло много, и даже во сне слушали фонограмму, но все вызубрили.

Играли в замечательном зале тысячи на три мест в Майами-бич. Американцы смотрели очень интересно! Когда начинались сцены мрачные, где человека уничтожают, пытают, народ валил к выходу. Но не уходили, а где-то поблизости оставались, заглядывали в зал, и когда начиналось светлое - возвращались. Это, видимо, протестантский взгляд на жизнь - отсекать весь негатив, стараться видеть только светлую сторону.

Мне на эту тему рассказывала историю академик-пушкинист Наталья Михайлова. Она как-то гостила в Америке у подруги, тоже филолога, специалиста по Пушкину. Однажды они завтракали, хозяйка дома просматривала почту и вдруг возмущенно воскликнула: «Какое право она имеет мне это писать! Возмутительно! Это ее проблемы, почему я должна о них знать?!» Оказалось, ей подруга сообщила в письме, что умирает от рака. Наталья Ивановна оставшиеся дни общалась с хозяйкой через силу, у нее в голове не укладывалось, как можно заниматься русской литературой, исследовать творчество Пушкина и при этом быть такой бессердечной. Такой вот у них подход к жизни.

- А диски вы записываете?

- Записал один. Несколько раз с концертами выходил на сцену Большого зала консерватории и с оркестром Федосеева, и с оркестром Рудина, и с оркестром Темирканова в Петербурге выступал. Исполнял мелодекламации, которые в 1903 году Аренский написал для Комиссаржевской по «Стихотворениям в прозе» Тургенева.

5 мая к юбилею Победы приглашают в одном концерте с другими драматическими артистами исполнить для ветеранов песни с оркестром Скрипки. Правда, устроители - люди современные, им хочется как бы про войну, но что-нибудь из нынешнего. А я спорю: раз в зале будут ветераны, давайте исполнять те песни, которые пели во время войны. Великие же песни! Не знаю, чем все закончится, возьмут меня в этот концерт или нет.

Андрей КУЛИК

Комментарии
Комментариев пока нет