Новости

По предварительной информации, причиной ЧП стало короткое замыкание электропроводки.

Инцидент произошел около 14:30 около пешеходного перехода на перекрестке Комсомольского проспекта и улицы Пушкина.

42-летний Аркадий вышел с работы вечером 22 февраля, сел в автобус и пропал без вести.

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

В ночь на понедельник в Свердловском районе города загорелся двухэтажный жилой дом.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Самосуд по-азиатски

18.10.2002
Только бегство спасло киргизского коммивояжера от расправы соплеменников

Виктор РИСКИН
Кыштым
Казнить, нельзя помиловать
...Эркинбека били все. По очереди и скопом.

Только бегство спасло киргизского коммивояжера от расправы соплеменников

Виктор РИСКИН

Кыштым

Казнить, нельзя помиловать

...Эркинбека били все. По очереди и скопом. Первым ударил в челюсть Зуфар (имена подозреваемых изменены). Потом прицелилась в глаз Зара. Камила попросила мужчин подержать Олжобаева и лупила его ногами и руками. Шурин Эркинбека не бил, зато кричал: "Я тебя предупреждал, чтобы ты ихний товар у себя на складе не оставлял. Вот и получи!" Самый уважаемый из двенадцати собравшихся, седобородый аксакал, время от времени давал советы: "Надо отвести его в лес и там убить!" Исмагил принес из кухни молоток и передал Зуфару.

С Эркинбеком Олжобаевым я встретился в коридоре травматологического отделения Кыштымской городской больницы. На вопрос, что с ним произошло, он повернулся и задрал на спине рубашку. Все тело в кровоподтеках и ссадинах! Самая яркая гематома - на правом боку. "Ушиб почки" - поставят диагноз врачи. Судмедэксперт добавит: "Следствие удара тяжелым предметом, возможно молотком". Кроме видимых отметин - черепно-мозговая травма, повреждены ключица и ребра. Эркинбек присел на кушетку и начал рассказ. Слова давались ему с трудом. Он то и дело глухо всхлипывал, останавливался, пережидая, пока пройдут навернувшиеся слезы.

-- Верьте мне, - умоляюще проговорил он, - не крал я, напраслину на меня возвели.

Обворованный склад

В Кыштым семья Олжобаевых (жена Айгул, малолетки Чингиз и Алыбек) приехала из Киргизии. Поначалу подались в Курганскую область. Но там не оказалось детсада для детей с ослабленным зрением (именно в такой коррекционной поддержке нуждался Алыбек). Узнали, что есть подобный детсад-школа в Кыштыме. Переехали. Устроили сыновей в 14-й садик, где недавно открылись две группы и спецшкола по охране зрения, сняли квартиру. Жена, гражданка России, устроилась частным предпринимателем и поступила заочно на первый курс Челябинского филиала Уральской академии путей сообщения. Глава семьи стал коммивояжером, возил для Айгул товар из Екатеринбурга.

Последний рейс Эркинбек сделал 30 сентября. Отправился в столицу Среднего Урала, прихватив с собой двух соплеменниц - Камилу и Зару. Взяли обувь. Привезли, положили в арендуемый склад. Надо сразу сказать, что ключ от этого помещения ходил по рукам многих торговцев из Средней Азии. В нем лежали арбузы таджиков, коробки с сапогами и сандалиями, купленные киргизами. Через несколько дней Эркинбек с братом пошли в склад за очередной партией товара. Открыли дверь и:

-- Со мной случилась истерика, - делится пережитым мой собеседник, - когда увидел, что коробки исчезли. Остался только неходовой товар - летняя обувь. Мои потери - 107 тысяч рублей, остальных - 40 тысяч.

О краже Эркинбек заявил в милицию и поехал в Челябинск, где была на сессии Айгул. Попереживали и решили, что Айгул надо ехать в Бишкек за деньгами, чтобы не останавливать коммерцию. Сам глава семейства вернулся в Кыштым занимать деньги у земляков и знакомых. Между тем по базару пошел слух: товар украл Эркинбек, Айгул никуда не уехала, прячется в городе.

Без права на защиту

Слух дошел до Эркинбека и привел его в изумление.

-- Разве бы стали мне давать деньги, если бы думали, что это я сделал, - спрашивает он меня. - Да ни в коем случае!

7 октября вечером в квартиру, которую снимал Олжобаев, зашел шурин. Постучал в дверь ванной, где принимал душ Эркинбек, и потребовал: "Выходи, тебя ждут!" У подъезда стояло такси и несколько человек. Затолкали в машину и отвезли в частный дом на улицу Интернационала. Очередная гримаса нашего невеселого бытия: улица, самим своим названием призванная крепить дружбу народов, стала местом межнациональных разборок. Впрочем, в нашем случае национальность здесь ни при чем: Эркинбека били и киргизы, и таджики.

Собравшиеся не просто измывались над беззащитным, но и предъявляли ему свидетелей. Таковых набралось аж пятеро. Все они в голос твердили, что лично видели, как Эркинбек и Айгул похищали со склада коробки с обувью. Напрасно "обвиняемый" протестовал, доказывал свою и жены невиновность, говорил, что в день кражи Айгул была в Челябинске, а сейчас в Бишкеке. Строгие "следователи", "прокуроры" и "судьи" не верили, настаивая на немедленном вынесении приговора. А именно - вернуть 40 тысяч рублей.

В итоге они заставили избитого, то и дело теряющего от боли сознание Эркинбека написать расписку-обязательство о выплате денег за пропавший товар. Мол, неважно, украл или нет, все равно пусть платит.

-- Я написал, - говорит Олжобаев, - потому что не мог переносить избиений. Дал согласие заплатить. Но ни слова о своей причастности к краже. Потому что не воровал. Пусть, думаю, меня убьют, только в краже я не виноват.

Наконец, в омраченные злобой и местью головы вершителей самосуда пришла запоздалая, но здравая мысль: надо позвонить в Бишкек и убедиться, там Айгул или прячется в соседней подворотне? Камила побежала звонить. Вскоре вернулась: Айгул в Бишкеке, скоро приедет. Разумеется, сообщила ей, что муж Эркинбек в заложниках и без выкупа его не отпустят. Умолчала лишь о том, что на другом конце провода женщина забилась в истерике.

Бегство из плена

Эркинбека закрыли в подвал и предупредили: "Если через три дня родственники не передадут выкуп, мы с тобой расправимся!" И приставили четырех часовых. Холода он не чувствовал. Наоборот, от острой боли выступил горячий пот. Вскоре за ним пришли, вытащили наверх. Завели в комнату, бросили на пол одеяло, велели спать.

-- Какое там спать, - в очередной раз вздыхает Эркинбек, - когда я лежать не мог. Так и сидел на полу. В семь утра с улицы просигналила машина. Седобородый сказал, что это за ним, и вышел. Я с трудом поднялся, пошел следом. Мои охранники спали.

Олжобаев вышел во двор и увидел открытые ворота. Добрался до стоящего на площади рабочего автобуса, попросил помощи. Одна женщина завела его в фойе ДК. Зашел в чем был - в трико, футболке и носках. Дежурная позвонила в "скорую" и милицию.

Публика из республик

В паспортном столе Кыштымского ГОВД дали справку: в городе на временной прописке находится около 300 посланцев бывших союзных республик. Большинство из Казахстана. Далее идут таджики, узбеки, киргизы, армяне, азербайджанцы, украинцы. В основном занимаются торговлей. О каких-то стычках между ними неизвестно. Как будто ведут себя мирно. Обращение Олжобаева в правоохранительные органы - первое за последнее время.

Зачем же едет в уральский город публика из бывших республик? По словам 32-летнего Эркинбека, на его родине нет работы и: не ценится полученное образование. С киргизским дипломом нелегко устроиться не то что в России, но и в самом Кыргызстане. Вот он и хочет выучить детей и жену в России, а сам - получить наше гражданство. Поэтому уезжать не собирается. Еще хочет, чтобы его обидчиков наказали, и очень надеется на оперативность, справедливость и профессионализм правоохранительных органов.

Жена, 28-летняя Айгул, вернулась из Бишкека. Привезла деньги: продала за полцены дом. Но истязателям и вымогателям ничего отдавать не собирается. Детей, говорит, надо кормить, мужа лечить и продолжать свое дело. n

Комментарии
Комментариев пока нет