Новости

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Краснодарский край отметит 80-летие через 200 дней.

Хорошего вечера пожелал президент США участникам предстоящего мероприятия.

Неизвестные злоумышленники вырубили ивы и вязы по адресу: улица Захаренко, 15.

Пассажир отечественного авто погиб на месте.

Через несколько секунд после появления звука ломающихся кирпичей, труба с грохотом рухнула прямо перед подъездом.

Скопившийся мусор загорелся, огонь тушили несколько дней.

Гости высоко оценили качество реализации и масштаб проекта по воссозданию оружейно-кузнечных объектов.

Спортсмены, судьи и тренеры принесли торжественную клятву о честной борьбе.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Большая жизнь

01.09.2000
Рафаил Фадеевич Шнейвайс - старейшина челябинской журналистики - встречает сегодня свое 90-летие

Он родился на заре двадцатого века. В его газетных, журнальных публикациях, в книгах - отсвет того, чем жило, чем дорожило и болело наше общество, как относились мы к себе и миру.
Он рано определился с выбором профессии. В Смоленске, где Рафаил Фадеевич учился в школе, его первые литературные опыты по косточкам когда-то разобрал известный затем поэт, а в то время сотрудник смоленской газеты "Рабочий путь" Михаил Исаковский. В смоленской комсомольской газете "Большевистский молодняк" вышла первая публикация Шнейвайса.

Рафаил Фадеевич Шнейвайс - старейшина челябинской журналистики - встречает сегодня свое 90-летие

Он родился на заре двадцатого века. В его газетных, журнальных публикациях, в книгах - отсвет того, чем жило, чем дорожило и болело наше общество, как относились мы к себе и миру.

Он рано определился с выбором профессии. В Смоленске, где Рафаил Фадеевич учился в школе, его первые литературные опыты по косточкам когда-то разобрал известный затем поэт, а в то время сотрудник смоленской газеты "Рабочий путь" Михаил Исаковский. В смоленской комсомольской газете "Большевистский молодняк" вышла первая публикация Шнейвайса.

Какое-то время параллельно торилась в его биографии и другая дорога - в иную профессию. Поступал в Московский институт стали и сплавов. В 1931 году по комсомольской путевке уехал на строительство Магнитки. Участвовал здесь в строительстве первых домен будущего металлургического гиганта, работал в механическом цехе, наконец, поступил на вечернее отделение горно-металлургического института, которое окончил в 1937 году. Но с 1932 года он практически уже на газетной работе - работает редактором многотиражки "За металл", затем ответственным секретарем "Магнитогорского рабочего". Магнитка, как считает Рафаил Фадеевич, - это второй серьезный шаг в большую журналистику, в литературу. Здесь он знакомится с Людмилой Татьяничевой, Борисом Ручьевым - долгая дружба свяжет их на всю оставшуюся каждому жизнь. Магнитогорск, ставший символом первой советской пятилетки, притягивал "золотые перья" столицы. Сотрудники популярных газет и журналов командировались сюда за первополосными материалами для своих изданий. Рафаил Фадеевич называет очень полезными для себя встречи с Аркадием Гайдаром, Борисом Горбатовым, Валентином Катаевым, Александром Малышкиным.

:На любопытный документ наткнулась я, подбирая когда-то в областном архиве документы по 90-летней истории газеты "Челябинский рабочий". В папке за 1937 год в ряду прочих характеристик на журналистов "Магнитогорского рабочего" лежала характеристика Р.Ф. Шнейвайса. В ней упоминалось о связях его с врагами народа, работавшими на ММК, и делался вывод: "может быть использован в газете, но на менее ответственной работе". Известно, что подобные характеристики в то время очень часто лишь ненамного отодвигали реальные репрессивные меры. Когда рассказываю о своей архивной находке Рафаилу Фадеевичу, он говорит, что, наверное, это почувствовал директор Магнитки Завенягин, который предложил ему путевку на Керченский металлургический завод, где требовался заместитель начальника прокатного цеха, и убедил его уехать из Магнитки. И снова - правда, ненадолго- работа в коллективе металлургов. В 1939 году его призвали в Красную Армию. Как оказалось - на целых семь лет. Потому что с первого до последнего дня Шнейвайс участвовал в Великой Отечественной войне. Был комиссаром бронепоезда, затем - после окончания высших офицерских курсов танкистов - комбатом самоходного артполка. Был дважды ранен и возвращался в строй. Случайность это, а может быть, все та же линия судьбы пробивалась сквозь пунктиры жизненных обстоятельств - но и на фронте Шнейвайсу везло на встречи с уже в ту пору знаменитыми литераторами. Среди них - Илья Эренбург, Александр Фадеев, Константин Симонов. Рассказы об этих встречах, об увиденном и пережитом всегда пользовались успехом в редакции "Челябинского рабочего", когда коллектив собирался по какому-либо случаю и в центре внимания оказывались ветераны. В том числе и Рафаил Фадеевич, пришедший к нам, в "Челябинский рабочий", в 1951 году и проработавший много лет заместителем редактора газеты. Собратья по перу и сейчас привычно зовут его Николай Фадеевич. Знают, что книги и статьи, подписанные Николаем Карташовым, принадлежат перу Шнейвайса. О том, как родился его литературный псевдоним, он рассказал во время нашей недавней встречи. Оказалось, "перекрестили" его еще в школе в городе Полоцке, где он родился. Спросили, как зовут. Он назвал уменьшительное от "Рафаил" - "Фоля". "Значит, Коля:" - решили с легкой руки кого-то из учеников. А Карташов - это от фамилии жены, заслуженного деятеля искусств России, почетного гражданина города Челябинска Натальи Карташовой. Он написал о ней прекрасную книгу "Наталья - я" :

С 1972 года заслуженный работник культуры России Р.Ф. Шнейвайс, как говорится, на заслуженном отдыхе. Но от рабочего стола он не уволен и по сегодняшний день. Работает над книгой воспоминаний, в которой задумал рассказать о встречах на своем жизненном пути. Хочется пожелать, чтобы этот творческий замысел был осуществлен, обрел плоть книжной обложки и лег в ту немалую стопку изданий, которая сегодня составляет предмет законной гордости ветерана челябинской журналистики, а на рабочий стол в уютном кабинете лег белый лист бумаги и на нем появились первые строки очередного замысла...

Елена Алябьева

Комментарии
Комментариев пока нет