Новости

По словам сына актера, Караченцов попал в аварию в Щелковском районе Подмосковья.

По предварительной информации, причиной ЧП стало короткое замыкание электропроводки.

Инцидент произошел около 14:30 около пешеходного перехода на перекрестке Комсомольского проспекта и улицы Пушкина.

42-летний Аркадий вышел с работы вечером 22 февраля, сел в автобус и пропал без вести.

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Время купания в золоте Повесть о семье Рамеевых, разбогатевшей на сырьевой экономике

07.08.2010
Михаил ФОНОТОВ

Челябинск - Балканы

Эта фамилия - Рамеев (или Рамиев) - мне известна давно, с молодых лет. Тогда я жил в Бредах, и на слуху был он - разъезд Рамеев-ский, что к северу от Бредов. Кстати, еще севернее - полустанок Гогинский. Такую вечную память оставили после себя купцы - на железной дороге.

Рамеевых было много.

Михаил ФОНОТОВ

Челябинск - Балканы

Эта фамилия - Рамеев (или Рамиев) - мне известна давно, с молодых лет. Тогда я жил в Бредах, и на слуху был он - разъезд Рамеев-ский, что к северу от Бредов. Кстати, еще севернее - полустанок Гогинский. Такую вечную память оставили после себя купцы - на железной дороге.

Рамеевых было много. Очень много. Было много, а с годами - еще больше. С какого Рамеева начать?

Начну с Салима (1733 - 1819) и сразу же, минуя сыновей, перейду к его внуку Абдулкариму (1774-1851) и остановлюсь на сыне Абдулкарима Мухамедсадыке (1828 -1892). О нем - подробнее.

Садык, собиратель приисков

Садык с 1862 года жил в деревне Юлук Орского уезда. Теперь это территория Башкирии, к западу, не так уж и далеко от "нашего" села Кизильского. До того Садык обитал в Зиргане, где женился на Ханифе, дочери боярина Альмухамета Дашкина. Из Зиргана Садык ездил в Юлук за шелками и чаем - он был купцом второй гильдии, торговал, помимо прочего, лесом и мануфактурой. И когда надоело ездить, он посадил на телегу жену с сыновьями и перебрался в Юлук. Купил дом, не мешкая запустил мыловаренный завод. И еще мини-заводик, кожевенный - один мастер и двое работников. Доход небольшой, 600 рублей в год, а прибыль, естественно, и того меньше. Юлук потребовался Садыку для разворота: здесь "кипели" ярмарки, через деревню проходила важная в те годы дорога из Верхнеуральска в Оренбург. Короче, Юлук соблазнил бойкостью.

Но только через семь лет, к 1869 году, Садык на торговле накопил денежек, чтобы выкупить у статского советника Шипова свой первый золотой прииск - на восточных склонах Ирендыка, у деревни Ишбердиной. На золотое дело его настроил и благословил тесть Дашкин. И не зря. Угадал советом.

Садык с головой ушел в золотой промысел. Он один за другим искал, покупал, закрывал и снова покупал прииски. Их набралось уже десятка два.

Закир и Шакир, стихи и слитки

Садык успел подержать на своих ладонях самородки и почувствовать тяжесть золота, но еще не знал, что в золоте можно купаться. Это узнали его сыновья Шакир (1857-1912) и Закир (1859-1921), орские купцы первой гильдии.

Может быть, главное, что дал Садык сыновьям, было высокое - выше некуда - образование, европейское, с акцентом на татарское. В Европе они были своими людьми, тем более - в Турции. После смерти отца обширное золотое (и не только) хозяйство Рамеевых принял Шакир - по старшинству и по склонности к делу. В 1898 году он объездил Германию, Бельгию, Францию, Италию, Австро-Венгрию, Сербию, Болгарию, Турцию. Вникал в европейскую золотодобычу, познавал секреты технологии, закупал самое современное оборудование для своих шахт и заводов.

Что касается Закира, то в нем явственно проявлялась другая склонность - к гуманитарному знанию. Он два года провел в Турции, где изучал турецкий язык и особо - издательское дело. Позже он стал издавать газету "Вакыт" ("Время") и журнал "Шура" ("Совет"). Еще позже у него появилась своя типография. Более того, Закир увлекся поэзией, свои стихи подписывал псевдонимом Дэрменд, что в переводе "печальный". Знатоки находили, что поэзии Дэрменда "свойственны трагическое восприятие мира, философичность образной системы, изящество стиля, тонкий лиризм и глубокий психологизм". Он находил время, чтобы переводить на татарский язык русских классиков.

Не могу сразу же не вопросить: откуда у Закира, золотого короля России, который, как говорится, купался в золоте, "трагическое восприятие мира"? Зачем ему "печальный" псевдоним? Предчувствие?

Правда, в Дэрменда Закир перевоплощался только в короткие часы досуга и в редкие минуты душевного покоя. На первом месте и у него были все-таки золото и общественная деятельность. Братьев почитали как известных благотворителей. На свои деньги они строили школы, мечети, медресе, больницы, помогали нуждающимся татарским семьям, оплачивали обучение одаренных мусульман в России и за рубежом. Шакир отдал 2000 рублей на строительство мечети в Петербурге. Закир в 1906 году избрался депутатом Государственной Думы.

Обобщу. Статистика, разумеется, не моя. Она взята из разных источников. К 1910 году - ровно сто лет назад - Рамеевы владели 56 приисками в Орском, Верхне-уральском, Челябинском, Кустанайском уездах. Прииски занимали 4755 десятин земли. На них работали 1092 работника. Крупнейшие рудники - Балканский, Гадельшинский, Искандаровский, Султанов-ский. Конечно, хотелось бы знать, сколько золота досталось Рамеевым. Отвечу так: много. У меня есть цифры, но - разные и потому сомнительные. Например, такая цифра: 6400 кг. Это как - много? Много. И другая цифра: 642 кг. Тоже, согласитесь, немало.

Не золотом единым, однако. Рамеевы, попутно, продолжали торговать - мануфактурой, лесом, хлебом. Имели мельницу в Балканах.

Дворцы деревни Балканы

О деревне Балканы - особо. Она и ее окрестности - одна их самых золотородных провинций Южного Урала. Деревня стоит на широте Магнитогорска, если напрямую, в 30 километрах от него. Речка - Бегунка. Так, одно название. Правда, чуть южнее - крутая излука Гумбейки с поселком Требият-ский на ней.

В Балканах все связано с золотом. Даже название речки. "До золота" был только хутор Старый Балкан - у оврага. Хутор Красная горка - не что иное, как отвалы. А еще Большой и Малый разрезы. Хутор Куян-Тау, казахи жили. Хутора Хабировка и Исламовск. Уже "после золота" - хутор Совхоз.

Здесь-то, в Балканах и вокруг, начиная с 1895 года Рамеевы брали золото не чайными ложками, а гребли лопатами. В Мидхадской россыпи - это северная окраина Балкан - были выворочены три самородка, как уверяли, в голову теленка размером. Искандаровская россыпь дала 44 пуда золота. В Балканах было все необходимое, чтобы руду дробить и молотить, промывать и извлекать из нее желтый металл. Поскольку воды было мало, братьям Рамеевым пришлось в трех местах запрудить речушку, пробурить артезианские скважины. Они закупили за границей и привезли в Балканы локомобили и остальное оборудование - все, что требуется, чтобы закольцевать цикл работ.

В начале прошлого века Шакир и Закир, вместе или порознь, летние месяцы проводили в Балканах. Здесь они построили дом правления под зеленой крышей, а также гостевой дом с двумя башенками. Эти здания проектировали иран-ские и немецкие архитекторы - будто бы в мавританском стиле. В отделке использовался мрамор. Во-круг дворцов был разбит парк с аллеями. Рядом, в овраге, журчал ручей.

На зиму Рамеевы переезжали в свои дома в Оренбурге.

Сарай на пустыре

Нынче в июле я ездил в Балканы. Нашел экскурсовода - учительницу истории Зою Владимировну Зайнигабдинову.

- Это - Красная горка, - показала Зоя Владимировна. - Была шахта, но пошла сильная вода, шахту затопило.

- Это - Старый Балкан, или Застава, когда-то была крепость, в которой люди прятались от нападавших башкир.

- Это, за Заставой, - Хибинка, тоже разрез.

- Это - участок Хабировск, в честь Хабирова, одного из первых поселенцев.

- Это Бегунок, место, где дробили руду. По кругу ходили большие колеса.

- Это Куян-Тау, Заячья гора, теперь кладбище.

Так мы, с остановками, ходили-ездили по поселку, а я держал про себя главный вопрос:

- Зоя Владимировна, а где дворец?

Учительница молча привела меня у пустырю:

- Дворец стоял здесь. Он сгорел еще в 1943 году.

Что искать на пустыре? Рядом на старых тополях шумно галдели грачи и галки. А в овраге поблескивала вода.

- Значит, от Рамеевых в Балканах ничего не осталось?

- Осталось.

Еще один пустырь, а на нем - длинный сарай или склад, сложенный из плитняка. Не стоило труда поверить, что это строение из далеких времен. По углам сарая - массивные контрфорсы. Крыша лоскутно покрыта то ли жестью, то ли рубероидом. С "фасада" три входа. Посредине - широкие ворота, справа и слева - двери поуже. Главная дверь из широких досок, наискосок перекрытых полосой кованого железа со штырями, уходящими в стену. Арочный свод щербат. С задней стороны - проем в стене, развал плитняка. А рядом прижался к стене куст бузины:

Что ж, когда ничего не осталось от роскоши, и такому сараю обрадуешься. Все-таки он - "оттуда", из невозвратного прошлого. А что еще? Подстегнуть бы воображение, чтобы оно нарисовало здание под зеленой крышей, ухоженный парк, беседки: Увидеть, как подъезжает экипаж, и Шакир или Закир встречают гостей, приехавших из Оренбурга или даже из самого Петербурга: А перед глазами - только одинокий сарай из плитняка:

Садри, новая ветвь

Летом 1910 года в Балканы приезжал Садри Максуди Арсал (1878 -1957). Юрист, общественный деятель. За его спиной - медресе в Казани, бахчисарайское медресе, русская школа, пять лет учебы во Франции. Знаток русской, европейской и, разумеется, татарской культуры. Визит в Ясную Поляну, три часа бесед с Толстым. Наконец, депутат Государственной Думы. "Термин "татары", - заявляет в Думе Садри Максуди, - не научный термин, он основан на историческом недоразумении". После революции Садри допускает возможность создания Тюркской федеративной республики в составе России - с пятью штатами: Крым, Туркестан, Казахстан, Идель-Урал и Кавказ. Однако вскоре ему пришлось эмигрировать. Сначала Франция, Париж, преподаватель Сорбонны. Потом - Турция, советник Кемаля Ататюрка.

А в Балканы Садри приезжал, чтобы увидеть 17-летнюю Камилю, дочь Шакира. И не только увидеть, но и покориться ее красотой. И сосватать. Это было весной. Невеста сидела у самовара и наливала чай - отцу, матери и блистательному кавалеру. В тот день все было решено. А свадьбу сыграли в Оренбурге, в роскошном дворце Шакира. Вскоре Садри увез молодую жену в столицу. А через два года у них родилась дочь Адиля.

Через годы Адиля Айда станет известна как первая женщина-дипломат Турции, как посол в Белграде и Риме, как сенатор. И как автор книги об отце и о Рамеевых, которых сама же и называла золотыми королями России. Кроме того, ее перу принадлежит монография об этрусках, в которой она, по стопам отца, доказывает, что этнически тюрки-этруски близки к скифам.

Внучка Садри (и правнучка Шакира), Гонуль Пултар, - доктор филологии в Турции, глава Всемирной лиги татар.

Искандар, Башир и другие

Еще о потомках. Их было много. Не сосчитать. Представьте: у Садыка было восемь жен, у Шакира - пять, не обходился одной женой и Закир. Сколько же у них родилось детей? А внуков? А правнуков?

Сохранились дома Рамеевых в Верхнеуральске. Два дома - Закира: один - деревянный на высоком кирпичном цоколе и второй - кирпичный, крыльцо с двумя колонками. Недалеко от брата имел свой дом и Шакир. В каждом доме братья держали жену.

Всех потомков и не упомянуть. Но нельзя не сказать об Искандаре (1886-1943), сыне Закира. Инженер-золотодобытчик с европейским образованием. Учился в Германии. В 1914 году с трудом сел в последний уходящий в Россию поезд. Искандар продолжал работать на рамеевских приисках и после их национализации. В 1921 году возглавил трест "Башкирзолото". Но не избег репрессий и умер в Сибири.

А сын Искандара Башир (1918-1994) стоял у истоков нашей компьютерной техники. В 1948 году было зарегистрировано изобретение N 10475 - цифровая электронная вычислительная машина И.С. Брука и Б.И. Рамеева. А в 1954 году Башир - главный конструктор ЭВМ "Урал-1". Его изобретения использовались на земле и в космосе. Свою карьеру Башир закончил доктором технических наук, заслуженным изобретателем России, лауреатом Государственной премии.

Рашид, Евдокия и пять их дочерей

А теперь - история, которую придумала жизнь. Одна из жен Шакира, Камиля, жила на Султанском прииске, где родила сына Рашида. Через год Шакира не стало, а когда надо было определять мальчика в школу, Камиля переехала в рамеевский дом в Верхнеуральске. После революции брат увез Камилю подальше от глаз в Тубинск.

Прошли годы. В 1937 году семью Евдокии Перегудиной сослали туда же, в Тубинск. Закончив курсы счетоводов, Евдокия нашла работу на силовой станции. И там же электриком работал Рашид. Что потом? Да, разумеется, они полюбили друг друга и поженились. Рашид привел Евдокию в свой дом. У них родились пять дочерей. С детьми возилась бабушка Камиля.

Надо сказать, что в молодые годы Камиля получила специальность домашней учительницы. Знала русский, немецкий и арабский языки. Можно догадаться, что прежде чем стать женой, она была в доме Шакира гувернанткой. Теперь же ей пришлось учить грамоте внучек. А когда уехала к дочери, ее заменила другая бабушка, русская. Короче говоря, в этой семье все делилось пополам: на татарское и на русское. Даже имена дочерей. Их звали Римма, Рената, Света, Айгуль, Ираида.

Постепенно все сестры перебрались в Сибай. И вскоре город узнал внучек Шакира Рамеева. Это Римма Рашидовна Власова - отличник народного образования. Это Рената Рашидовна Рамеева - учительница иностранного языка. Это Светлана Рашидовна Рамеева - бухгалтер. Это Айгуль Рашидовна Глухова - лаборант на медно-серном комбинате. Это Ираида Рашидовна Мусина - педагог музыкальной школы.

Гафури и Дэрменд, два поэта

В свое время в одной из газет о Шакире Рамееве были сказаны такие слова: "Характер чудесный, скромный, даже стеснительный. В оказании помощи другим, в выражении добрых пожеланий он находил истинное удовольствие. Не любил спорить, осуждать недостатки других. Если затевали при нем такой разговор, он резко обрывал. Щедрый по природе, он истратил за свою жизнь немало денег на общественную благотворительность. Но поскольку он не был тщеславным, многие его благородные дела остались как бы в тени. Для него богатством были высокая мораль, наука и широта мысли".

Но были и другие глаза на Рамеевых и другие слова о них.

В 1898 году пешком, за 350 верст, в Троицк пришел Мажит Гафури. Он хотел учиться в медресе. И добился своего. Зимой учился, а летом работал на приисках.

Гафури: "Только спустя многие годы я узнал, что автор стихов, подписанных "Дэрменд", - хозяин приисков Закир Рамеев. Оказывается, мы работали на золотых приисках поэта! Тысячи изнуренных, падавших от усталости рабочих обогащали поэта Дэрменда".

Мажит Гафури стал известным писателем. Одна из его повестей называется "На золотых приисках поэта". Она об ужасных условиях работы старателей, о хозяевах, которые рабочих "за людей не считают". Много позже Александр Фадеев, имея в виду Гафури, говорил, что в мировой литературе это единственный пример, когда "поэт эксплуатировал поэта".

Рамеевы: конец без конца

Я и думаю: как долго жизнь позволяет купаться в золоте? По моим наблюдениям, на это дается короткий срок. А в случае братьев Рамеевых - какой?

Свой первый прииск их отец Садык купил в 1869 году. Лет десять ушло на то, чтобы прибирать к рукам новые месторождения, отнюдь не всегда обильные на золото. Еще десятилетие братья втягивались в горное дело. В эти годы золото копилось, но все еще скупо. Большое золото пошло уже после смерти отца, в 1895 году, на Балканах. Тут-то и началось "купание". А закончилось - когда?

В 1912 году на глазах Шакира погибли, утонули трое его детей. Шакир пережил эту трагедию очень тяжело. У него были и некоторые другие причины, чтобы впасть в депрессию. Будто бы по совету Саввы Морозова Шакир отправился в Москву, чтобы показаться докторам. Но на одной из станций поскользнулся в тамбуре, травма оказалась такой серьезной, что через два дня он умер.

Осенью 1921 года Закир ездил в Оренбург на похороны дочери, умершей от тифа, а через неделю умер и сам. На кладбище в Орске, где он был похоронен, в 1941 году построили оборонный завод. Могила не сохранилась.

Получается, что на купание в золоте дается два или, может быть, три десятилетия.

Ну а их потомки, уже без золота, жили, множились и доживали до глубоких лет.

Все умозаключения, которые можно извлечь из истории Рамеевых, я оставляю на усмотрение читателей.

Комментарии
Комментариев пока нет