Новости

Сильный ветер, переметы и гололедица блокировали дороги Челябинской области.

На Южном Урале с размахом прогонят надоевшую зиму.

Мужчины проводят время ВКонтакте и Facebook, а женщины в Одноклассниках и Instagram.

Мальчик получил переохлаждение, но избежал травм.

Девушке удалось сбежать и добраться до отделения полиции.

55 человек уже получили документ, дающий право на соцподдержку.

Спящего мужчину между станциями Менделеево и Григорьевская увидел машинист поезда.

После ДТП с участием фуры в районе Кондратово оказалось заблокировано движение транспорта.

Пациента машины со спецсигналом отвезли в лечебное учреждение на другом реанимобиле.

От полученных травм мужчина скончался на месте.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Принцесса хочет строить мост

29.09.2010
Наша землячка Галима Галиуллина, перебравшись в США, не намерена довольствоваться ролью домохозяйки

Наша землячка Галима Галиуллина, перебравшись в США, не намерена довольствоваться ролью домохозяйки.

ОСВОБОДИТЬ ФРЕЙДА

Доктора философских наук Галиму Галиуллину я помню с 80-х годов молодой преподавательницей Челябинского государственного института культуры, который она в свое время окончила. Деловая, уверенная в себе, сосредоточенная на науке и в то же время коммуникабельная, свободно общающаяся с самыми разными людьми.

В 90-х она составила конкуренцию журналистам, став интервьюером и выпустив две книги на основе своих исследований и бесед с лидерами южноуральского бизнеса. На самом деле это было продолжение ее научной работы. Она шла по этому пути, который привел ее в… Вашингтон.

На несколько дней Галима Садыковна приезжала в Челябинск. Не только чтобы повидаться с родными - у нее много деловых планов.

- Работая на библиотечном факультете ЧГИКа, вы, Галима, занимались темой «Создание системы информации для научных коммуникаций». Чем был вызван этот интерес?

- Отсутствием информационной свободы в странах социализма. Наши библиотеки были изуродованы принципом партийности. Все, что происходило в сфере информации, тоже было под тяжелым прессом этого принципа, позволявшего одним разрешать или запрещать, а другим перекрывавшего возможность искать и находить информацию. Как ученый я понимала: это губительно для страны, для интеллектуальной части общества. Решила, что интересно на уровне докторской диссертации изучить, как изменить систему информации в СССР. Грянула перестройка. Мне повезло, что учеба в докторантуре совпала с периодом перемен. Я смогла написать работу «Информационная деятельность в системе научных коммуникаций в посттоталитарном обществе: методологический аспект».

В советские времена контроля над умами, когда многие литературные произведения и научные труды были под запретом, я находила возможность добывать их. В фондах библиотеки имени Ленина, пользуясь тем, что была аспиранткой, просила книги из спецхрана. Когда меня спрашивали о теме диссертации, я на ходу придумывала формулировку типа «Психика и информация», чтобы только получить нужную литературу, и мне давали книги Фрейда, Ницше, Кастанеды, Фейерабенда. Это было безумно интересно.

Замечательным подарком судьбы стало одно из последних постановлений Политбюро ЦК КПСС, посвященное открытию докторантуры в сфере библиографии и педагогических наук. Благодаря чему можно было поехать в Москву с семьей, получить там жилье, да еще полагалась стипендия, равная зарплате доцента. Таких мест в докторантуре было всего два на весь Советский Союз, одно из них в жесткой конкурентной борьбе досталось мне.

Я получила три года свободы для работы над темой своей диссертации. Безумно интересное время! Все советское общество бурлило. Накануне отъезда, в 1989 году, вышла моя статья «Запретная зона» в журнале «Советская библиография», она касалась принципа партийности. Когда я приехала в Москву, меня уже ждали ученые, желавшие со мной обсудить эту публикацию. В редакции журнала мне передали номер телефона доктора философских наук, видного ученого-кибернетика Шрейдера. Юлий Анатольевич оставил его с просьбой, чтобы я непременно ему позвонила. Мы встретились. После чашечки кофе и беседы о том о сем он повел меня в редакцию журнала «Новый мир», представил редактору и сказал: «Публикуйте все, что она напишет».

Буквально накануне своей кончины он успел написать отзыв на мою докторскую диссертацию. На следующий день с ним случился инсульт, он умер в своем саду. Юлий Анатольевич оценил мою работу как новый взгляд на сферу информирования науки, и прежде всего принцип свободы доступа к информации как важнейший методологический принцип.

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ СИЛА ОБЩЕСТВА

- Тема информационной свободы, с которой вы ступили на научную стезю, важна для вас и сегодня?

- Конечно.

- Нашла ли она отзвук в серии ваших книг об южноуральских бизнесменах?

- Они о другом, но коснулась я и темы свободы. В 1998 и 2002 годах у меня вышли две книги - «Успех как стиль жизни» и «Лидерство в XXI веке: взгляд из России». Ставила целью исследовать, что дала свобода людям, которые хотели реализовать свои идеи в бизнесе, в политике. Когда ко мне обратился профессор Петер Шульце, президент Фонда Эберта, и спросил, могу ли я провести исследование «Жизненные ценности, образование, политические ориентации деловой элиты», имея в виду первое поколение бизнесменов Южного Урала, я, конечно, дала согласие, тем более что тогда активно занималась социологическими исследованиями. Мне всегда были интересны люди бизнеса. Мой дед жил в Курганской области и был очень богатым человеком до сталинских реформ в сельском хозяйстве. В 1937 году он был расстрелян на станции Юрга Новосибирской области, у меня есть документы, подтверждающие этот факт. Дед был сильным человеком и не захотел подчиниться новому строю, защищая идеи свободы. В своих исследованиях мне хотелось показать, что появилось новое поколение людей, которые, основываясь на возможностях свободы, начали строить свое дело, по сути, новую экономику. Вообще я всегда рассматривала бизнес как стратегическую силу общества.

- Эти люди вас не разочаровали?

- Только отдельные личности, но большая часть - нет. Один датский эксперт, увидевший мой первый отчет по этому исследованию (шел 97-й год), сказал, что в нем кроется информация о людях, которые будут управлять Россией через пять лет. Его предсказания сбылись. Один из героев моей книги - нынешний губернатор Михаил Юревич, он участвовал и в моем исследовании. Кстати, и прежний губернатор Петр Иванович Сумин тоже участвовал. Валерий Панов - герой обеих книг. Семен Мительман, Борис Мизрахи, другие знаковые фигуры - все заняли достойные позиции. Я, как и прежде, возлагаю на них надежды, веря, что они сумеют выстроить новую экономику России, где люди станут главным капиталом компаний, интеллект - наивысшей ценностью, а Южный Урал превратится в Хартленд - Сердце Земли в реальном варианте, а не только в трудах геополитиков и легендах башкир.

В ЦЕНТРЕ ГЛОБАЛЬНОГО МИРА

- Галима, общение с бизнесменами лично на вас оказало какое-то влияние?

- Вероятно, да. Года три назад я дала одной из челябинских газет интервью под названием «Готовлюсь к прыжку, как пантера». И я его совершила в страну своей мечты - Америку. Сейчас живу в пригороде Вашингтона, и у меня дух захватывает от мысли, что я оказалась в центре глобального мира. Там интереснейшие люди, интереснейшие культурные центры, прославленные университеты - все буквально под боком. И как только я научусь свободно управлять своим BMW, смогу бывать и работать где захочу.

- Как вы там очутились?

- Просто вышла замуж.

- Что, все так просто?

- Свою роль опять-таки сыграла моя книга «Лидерство в XXI веке: взгляд из России». Как только она была издана, и ее начали читать, раздался телефонный звонок. Кстати, у меня часто важные перемены начинаются со звонков, и эти звонки бывают сокрушительно-неожиданными, уводящими меня далеко. Звонили из Екатеринбурга. Сказали, что прочитали мою книгу и решили, что я очень подхожу для программы IFC - Международной финансовой корпорации. Проект, который начинался в Москве, был нацелен на людей, работающих в сфере образования, то есть профессуру. Он был первым в России по корпоративному управлению, связанному с культурой управления бизнесом через совет директоров, на основе повышения капитализации компаний, через нематериальные активы. Потрясающе интересные вещи, о которых я мало что знала, и вдруг такой шанс. Я сказала «да» и попала в очень интересное общество людей, тоже изучавших эту тему практически впервые, но при этом уже задействованных в компаниях или имевших собственные бизнесы.

Вскоре получила предложение продолжить обучение в Канаде, поскольку я владею английским языком (в юности немало ночей корпела над переводом детективов Конан Дойля, исписала кучу листов бумаги, а параллельно слушала рок-музыку: глушилки почти не трогали станции «Радио Монте-Карло» и «Радио Люксембург»).

В 2006 году я прошла конкурс на обучение в школе бизнеса Шулиха Йоркского университета в Канаде. Год спустя меня пригласили продолжить учебу в этой же школе на курсе «Социальная ответственность бизнеса». В Торонто и состоялось знакомство с Джимом - Джеймсом Вильямом Глассом, который приехал туда по своим делам. Можно сказать, уличное знакомство. Был субботний вечер, играла музыка, люди танцевали прямо на берегу озера Онтарио, и Джим остановился, как признался потом, сраженный моей улыбкой.

Мы стали переписываться, общались по скайпу. Потом он пригласил к себе в гости. Теперь мы женаты. Джим - сотрудник Национального института здоровья США, психолог по первому образованию. Для меня было счастьем познакомиться с интеллектуалом, который провел молодость в Америке 70-х, в атмосфере, знакомой мне только по фильмам, песням, записям рок-концертов.

- Надо полагать, Америка вас привлекала и темой свободы?

- Да. Как страна, которая сделала эту категорию главным национальным достоянием.

А ЧАЙКУ ПОПИТЬ?

- Можно спросить, легко ли складывались отношения с американским мужем?

- Существуют объективные сложности межкультурных коммуникаций. Разница культур, разумеется, сказывается. Я жила в другой стране с иными традициями. В США - свой уклад. В их домах не принято устраивать чаепитий по-соседски, как это принято у нас. Я обнаружила, что у Джима вообще нет чайника. Первой совместной покупкой стал заварочный чайник. Сейчас он у нас на самом почетном месте, а чай у Джима - любимый напиток. Изменив стиль употребления жидкостей, я решила проблемы Джима со здоровьем. В Америке в ходу ледяные напитки, я мужу научно обосновала, что это напрочь разрушает систему пищеварения. Он поверил и очень мне благодарен.

- Какую американскую традицию поддержали вы, Галима?

- Муж научил меня играть в гольф, который в США больше, чем игра. Это культура общения с партнерами, проявление командного стиля. Это тренинг сосредоточенности, терпения, выносливости. В общем, образ жизни. Гольф считается самой аристократичной игрой. «В чем же аристократизм?» - думала я. Потом поняла, что прежде всего в железном самообладании, воспитании безграничного владения собой, своими эмоциями и телом.

Хочу похвастаться: посчастливилось пообщаться и даже сфотографироваться с Филом Донахью. Это случилось на встрече в связи с предстоящим 30-летним юбилеем первого телемоста между США и СССР - проекта, который они осуществили вместе с Владимиром Познером. Фил такой же энергичный, каким мы видели его 28 лет назад, ничуть не постарел. Жаль, прилететь на празднование Познеру помешал исландский вулкан. Владимир Владимирович, как в былые времена, общался со старым другом в формате телемоста.

Встреча проходила в Институте Кеннана, была приглашена интересная публика, у которой большой интерес к взаимоотношениям Штатов и России. Меня зацепила не ностальгическая нотка, а попытка понять, что сейчас происходит в этих отношениях. Почему телемосты вымерли, неужели такое общение неинтересно? А может, интерес как раз существует, и в таком случае как их выстроить заново? Какая при этом может быть цель?

ОБАМАПУТИН

- У вас супругом есть общие профессиональные интересы?

- В какой-то мере. Он консультирует крупнейшую IT-компанию (информационные технологии), работающую в связке с системой здравоохранения. Технология внедрения информационных технологий в систему здравоохранения мне не сильно ясна, зато понятно, что происходит в этой сфере, поскольку я преподавала у медиков в УГМАДО, читала им курс стратегического менеджмента, знаю проблемы корпоративной культуры южноуральских медицинских учреждений и мне интересно сравнивать их с американской системой здравоохранения.

- Как вы намерены претворять свои научные планы?

- Для меня США, прежде всего, страна, о которой я мечтала как об огромном поле интересных возможностей в плане науки и человеческих контактов. Эту страну хочу постичь глубинно, впитываю ее различные стороны. Одни рок-концерты чего стоят! В октябре мы с Джимом будем слушать рок-оперу «Волосы», я никогда не видела вживую этот шедевр американской культуры 70-х. А балет! Он совершенно не похож на русский! Шопинг в США отличается от российского в лучшую сторону. Но для меня важнее другое: мною владеет мечта выстроить некий научный мост между учеными Челябинской области и их американскими коллегами. Чувствую, что призраки холодной войны не исчезли. Они еще влияют на сознание многих людей, особенно в США. В России пережили полную открытость в отношениях к американцам, хотя потом начался откат, обида на то, что они нам не помогли и вообще загнали нас в экономический кризис, что вполне соответствует реальности. Даже на встрече по поводу телемостов это обсуждалось. Когда я преподавала на международном факультете ЮУрГУ, мы со студентами сделали проект короткого документального фильма на эту тему под названием «Дорожная карта перезагрузки». На каких ценностях, важных и общих для двух народов, можно выстраивать отношения после длительной холодной войны? Как преодолеть влияние призраков? Какие мифы должны быть стерты из памяти россиян и американцев? Я обсуждала эту идею с Джимом, он одобрил, сказав, что в этом направлении нужно обязательно поработать. Буду искать спонсоров. Может быть, кто-то с нашей и американской стороны будет заинтересован в финансировании этого проекта.

- В общем, вы сейчас приехали в Челябинск не только для того, чтобы обнять дочь и внука, но и по делам.

- Разумеется. Кстати, мой внук Артур в свои два года решил дать себе новое имя. Из информационного потока вычислил, кто сейчас самый главный в этом мире. И сделал вывод: есть два главных человека - Путин и Обама. Он не стал гадать, кто главнее, придумал слово Обамапутин. Что касается своих планов, я обсудила их с руководством ЧелГУ и факультета журналистики, интерес весьма высокий.

- Часто интерес подавляется инертностью. Нужна раскачка. Вы в состоянии этим заниматься?

- Надеюсь. Иначе мне будет скучно. После моей активной деятельности в Челябинске (четыре преподавательские работы, съемки документального фильма, организация «круглых столов» для бизнеса, интервью с необычными персонами) мне будет скучно сидеть дома в пригороде Вашингтона. У нас большой дом, перед которым огромная поляна, на ней пасутся дикие, но уже прикормленные олени. Белки скачут по веранде. Красиво, комфортно. Но роль домохозяйки не по мне. И Джим хочет, чтобы я продолжала развиваться.

- Как он вас называет?

- «My princess» - «моя принцесса».

Комментарии
Типа: "Вот я какая!".
А нам то зачем эти пузыри?
Из пригорода Ч
29.09.2010 11:54:07
Товарищ из пригорода Ч, зачем обнаруживать свою закомплексованность? Не всем же сидеть на завалинке.
из города Ч
04.10.2010 05:11:25