Новости

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

В ближайшее время жестокий убийца предстанет перед судом.

Отца двоих детей искали двое суток.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Мужская депиляция воском на Юду.
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Вот так и жили-маялись

14.01.2011
В 95 лет Степанида Дьяконова села за написание своего жития, ставшего для ее большой семьи школой нравственности

Анатолий ЛЕТЯГИН

Южноуральск - Увельский район

Учитель истории школы N 6 города Южноуральска Марина Шаронова несколько лет назад решила нарисовать свое родовое древо. Для граждан новой России, живущих в XXI веке, характерно стремление заглянуть в прошлое своей семьи, узнать, кем были их предки. В результате среди наших современников обнаружились потомки князей, особ царских и ханских кровей, титулованных вельмож и прочих исторических личностей. Историка Марину Витальевну экзальтированная романтика привлекала меньше всего. Ей хотелось больше узнать о крестьянских корнях своего рода.

В 95 лет Степанида Дьяконова села за написание своего жития, ставшего для ее большой семьи школой нравственности

Анатолий ЛЕТЯГИН

Южноуральск - Увельский район

Учитель истории школы N 6 города Южноуральска Марина Шаронова несколько лет назад решила нарисовать свое родовое древо. Для граждан новой России, живущих в XXI веке, характерно стремление заглянуть в прошлое своей семьи, узнать, кем были их предки. В результате среди наших современников обнаружились потомки князей, особ царских и ханских кровей, титулованных вельмож и прочих исторических личностей. Историка Марину Витальевну экзальтированная романтика привлекала меньше всего. Ей хотелось больше узнать о крестьянских корнях своего рода.

Реализовать замысел Марине помогла прабабушка Степанида Максимовна Дьяконова, которая к 95 годам не утратила память о прошлом. Малограмотная старушка, напоминающая киногероиню актрисы Нины Усатовой, преодолевая вековую усталость, засела за написание своего долгого жития. Писала днем и ночью, торопилась. Теперь, когда Степаниды Максимовны уже не стало, Марина Витальевна говорит, что прабабушка для нее была и остается образцом нравственности. Тяжкая жизнь ее не сломила. Умела терпеть, уважала людей, всю себя отдавала детям. Потом пришла гражданская война:

Степанида Дьяконова, урожденная Киприянова, как и вся ее семья, родом из Курганской области. Она появилась на свет в селе Тамакульское Каргапольского района в 1903 году. Ее родители, Максим Васильевич и Лукерья Алексеевна Киприяновы, были крестьянами. Нарожали десять детей - семерых девок и троих сыновей. В то время подобное соотношение полов было нежелательным: Российское государство наделяло семьи землей только при рождении мальчиков, а на девочек ничего не полагалось.

Поэтому большие семьи, в которых было мало парней, нередко бедствовали. "Сеяли мало хлеба, - вспоминала Степанида Максимовна, - до нови не хватало. Брали у дедушки Алексея, а летом им заробливали (отрабатывали. - Авт.). У нас хозяйство было большое: две коровы, две лошади, два жеребенка, жеребец да овцы. Ничего вроде бы стали жить, но пришла война. Воевали белые с красными, и дошла война до нашего района, фронт - через нашу деревню. Народ уехал спасаться в поле".

Степанида Максимовна, которой в ту пору не было еще и пятнадцати лет, запомнила в подробностях, как белые забрали у них выездного жеребца, как дети бежали к деду на заимку, спасаясь от солдат. Когда беляков прогнали, чтобы прокормиться и не быть обузой для родителей, она пошла в работницы к зажиточному крестьянину: ухаживала за скотиной, работала в огороде. "Вечером коровы придут, - вспоминала она, - надо доить, а у меня руки не поднимаются".

Бог с ними, с деньгами, решила она, и вернулась домой, в семью. А вскоре, по ее словам, "сделалась болезнь, все захворали тифом, и мама захворала и умерла в 45 лет. Маму хоронили хорошо, несли бабы на руках до самой церкви, звонили колокола, нас встретили попы с иконами и отпевали. Вот мы и остались с тятей семь штук, старшей было 17 лет, мне - 16, а остальные - мал-мала меньше. Тятя так и не женился, и мы тянули хозяйство. Через два года сестра Авдотья ушла замуж, и я осталась хозяйничать: мыла, стряпала, варила, в огороде сажала, а холостовать (то есть гулять. - Авт.) было некогда, да и, можно сказать, не в чем. Доживем до Маслены, все идут на катушку, а я заведу целое ведро на блины и пеку целое утро".

Подруги уже и замуж стали выходить, а она у них лишь на девичниках сидела, всем своим сватовьям отказывала, потому что "долго никуда не ходила, не нахолостовалась". Когда ей было почти 23 года, встретила Акиндина Дьяконова, с ним и обвенчалась в церкви.

Ударница сталинского похода

В колхоз Дьяконовы вошли последними в своем селе. Как вспоминала Степанида Максимовна, в коммунистическую артель "собралось уж много людей, а я никак не иду, остались только Яков (односельчанин. - Авт.) да я, да те, которых не принимают". Люди, у которых было собственное хозяйство, не горели желанием расставаться с нажитым потом и кровью добром. Но страшно было противиться реформам новой власти.

Когда Дьяконовы в единоличниках остались совсем одни и даже Яков стал артельщиком, пришлось им тоже проситься в колхоз. "Зашли, увели у нас кобылку, корову, куриц, - писала в своих воспоминаниях Степанида. - Стали жить в артели. Родились у нас две дочери, Анна и Нина, а за ними и Мария. И скопилась большая семья. Киня (так она звала своего Акиндина. - Авт.) работал бригадиром, а я на полевых работах. Киню поставили заведующим фермой, мне дали группу 12 штук коров. Летом стали отправлять в бор (на отгонные пастбища. - Авт.), там жили с коровами, а ребятешек оставляли с бабушками. Я была ударницей, и мне был дан значок сталинского похода за урожай".

Беспросветные крестьянские будни, о которых скупо рассказывала в своих воспоминаниях Степанида Максимовна, были не самым трудным испытанием для нее и ее семьи. К порогу дома уже подступала Великая Отечественная война. "Забрали всех мужиков, остались старый да малый, - вспоминала Степанида. - Я своего проводила в декабре 41-го года и осталась с тремя дочерьми. Через девять месяцев пришло от него письмо. Написал, что были в окружении в харьковских лесах и денька через два-три пойдут в бой. А потом пришла похоронка: пропал без вести. Ревела, ревела, но что сделаешь, надо робить. А мужиков в колхозе нет, транспорта никакого нет, было только две машины самосброски да лобогрейки. Подошла уборочная, хлеба уж гнутся к земле. Приехала из района уполномоченная, велела собирать бригаду женщин с литовками, косить хлеб. К литовкам сделали грабли, и мы, пять женщин, пошли косить. Привыкли и всю войну так косили, а осенью молотили. Косили сено, возили на ферму на быках да коровах. Вся работа пала на женские руки да на подростков. Всю войну все было для фронта, помогали всеми силами, день и ночь голодными робили. А хлеба было мало, давали только травяной муки, и то помаленьку. Вот так и жили-маялись".

Но несчастной не была

Потерю мужа Степанида Максимовна перенесла тяжело. Сама она об этом в своих воспоминаниях написала скупо. Но о тех трагических днях рассказала ее внучка Наталья Брагина (мама Марины Шароновой). По ее словам, извещение о потере Акиндина буквально свалило Степаниду с ног. Она читала его письма и выла, читала и выла, до горячки. А когда оправилась от хвори, мужнины письма с фронта сожгла, чтобы больше сердце не терзать.

С головой ушла в работу и заботу о дочках. А замуж больше уж не выходила, до конца своих дней хранила верность единственному и любимому, с которым венчалась и кому клялась в верности перед Богом. Рассказывая о бабушке, Наталья Брагина говорит: вся ее жизнь была тяжелым испытанием, но несчастной она не была, отдавая всю себя детям, внукам и правнукам.

После себя Степанида Максимовна оставила большую семью. Все из ее разветвившегося рода, как принято говорить, вышли в люди. Внучка Людмила стала учителем математики. Учительствует и ее муж Анатолий. Трое их детей тоже учителя, средний сын - кандидат физических наук. И дети их - педагоги. Не изменили родовой традиции Наталья Александровна Брагина и ее дочь Марина, обе выбрали педагогическую стезю. Всего, насчитала Марина Витальевна, в их роду девять педагогов. Одни живут в Кургане и Курганской области, другие давно сменили место жительства.

-- Курганская область сельскохозяйственная, поэтому от реформ сильно пострадала. Колхозы и совхозы развалились, люди потеряли работу, многие разъехались с насиженных мест. В поселке Увельский живет моя тетя Ираида Александровна Шумакова с мужем Сергеем Вениаминовичем. Она - экономист на комбинате хлебопродуктов "Злак", он - глава поселка. Позвали в Увельский, и я приехала. Сюда же перебралась и моя младшая сестра Елена. Вышли замуж, растим детей, вспоминаем свою прабабушку Степаниду. О ее жизни хорошо знают и наши дети, ее праправнуки. Она была мудрым человеком, прожила свой век так, что ее жизнь стала для всех нас школой воспитания.

Комментарии
Комментариев пока нет