EUR 75.58 USD 66.33

Вопрос недели: на сколько будут сажать за репосты?

Вопрос недели: на сколько будут сажать за репосты?

С поправкой на век технологий, отслеживание постов в соцсетях силовыми ведомствами неожиданно приобрело какую-то нарочитую последовательность ровно по следам анекдота постнулевых про Сталина, который как Google – ты ему слово, он тебе – ссылку.

Береги стену смолоду

Только за последние несколько недель стало известно о четырех уголовных делах, возбужденных по статьям 282 УК РФ и 148 УК РФ – «Возбуждение ненависти либо вражды» и «Оскорбление религиозных чувств». Все в Алтайском крае, который оказался на передовой борьбы с диванным экстремизмом и кощунством в пабликах.

Например, 38-летний житель Барнаула оказался под следствием за шутку про часы патриарха. Помните, тот самый золотой Brueget, исчезнувший под умелой рукой фотошопера с руки, но оставшийся в отражении на лакированном столе. Все пошутили и забыли, юзер вспомнил, еще раз пошутил и стал фигурантом уголовного дела.

Буквально за пару недель до этого в Барнауле были открыты два уголовных дела против 19-летнего парня и 23-летней девушки. Молодых людей также обвинили в экстремизме из-за религиозных мемов во «ВКонтакте».

Заявления на них написали две студентки алтайского филиала Российской академии народного хозяйства.

Следом в Туве задержали журналистку Оюму Донгак за репост фото из публикации 2013 года в журнале The New Times – на иллюстрациях к интервью с немкой, пережившей становление нацизма, архивные фото. На одном из них Гитлер за столом. Следствие нашло в военных фото состав статьи «пропаганда нацизма» (20.3 КоАП РФ).

Интервью с немкой, кстати, называлось «Страна сошла с ума от мании величия». Похоже, теперь такой заголовок подходит не только фашистской Германии.

Впрочем, для того, чтобы стать фигурантом уголовного дела может быть достаточно просто добавлять картинки в папку «сохраненное». Именно так поступил 35-летний житель Красноярского края Андрей Безбородов, которого обвинили в экстремизме из-за картинок «содержащих признаки возбуждения ненависти и вражды по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе».

Часть иллюстраций были посвящены тому, что «русские девушки встречаются с нерусскими». Впрочем, обвиняемого признали невменяемым. А вот 51-летнему жителю Кургана повезло меньше – за признанные экстремистскими посты в Telegram мужчину на этой неделе на два года отправили в колонию-поселение.

Таких случаев все больше. Если еще в 2006 году приговор за пост, а равно репост или картинку в соцсетях был немыслим, то к 2016 году их, по данным информационного центра «Сова», стало более 500 ежегодно.

Вовлечение несовершеннолетних в репосты в составе организованной группы

Когда в 2016 году Железнодорожный суд Екатеринбурга огласил приговор продавщице Екатерине Вологжениновой, общественное мнение не столько обсуждало само обвинение, сколько возмущалось вердикту, согласно которому мать-одиночку приговорили к 320 часам обязательных работ. Суд также постановил уничтожить ноутбук и компьютерную мышь, принадлежавшие подсудимой.

В соцсетях тут же вспомнили сожжение книг в средние века и более близкую историю с культурной революцией в Китае, загнавшей КНР во второй половине XX века в масштабный кризис.

Вина екатеринбурженки заключалась в том, что она репостила мемы и посты, затрагивающие тему войны на Донбассе, на свою страницу во «Вконтакте». У страницы, контент которой признали экстремистским, было всего четыре подписчика.

Процесс над мемами и лайками завершился относительно благополучно для подсудимой. В последнее же время приговоры по 282 статье стали все меньше касаться мышей и все чаще коверкать судьбы людей. В том числе реальными сроками. По некоторым данным 85% осужденных за экстремизм в России – это пользователи соцсетей.

22 декабря того же 2016 года Курганский областной суд приговорил воспитательницу из Катайска Евгению Чудновец к пяти месяцам колонии за репост во «Вконтакте» трехсекундного видео. В 2015 году Чудновец разместила с целью привлечь внимание к проблеме фрагмент записи, на котором воспитатели детского лагеря издеваются над полуобнаженным ребенком. Под репостом женщина оставила комментарий с осуждением и просьбой к правоохранительным органам обратить внимание на происходящее.

Через несколько дней по совету подруги она удалила репост. Однако правоохранительные органы все же обратили внимание, причем на саму Чудновец.

Летом следующего года в отношении женщины открыли дело по статье о распространении порнографии. Доказательства в деле были взяты из дела против воспитателя лагеря «Красные Орлы» Татьяны Куршевой и вожатого Данила Безбородова, издевавшихся над ребенком. То есть Чудновец пошла под суд после того как рассказала в соцсети о происходящем в детском лагере.

В ноябре 2016 суд постановил отправить Чудновец в колонию на полгода (прокуратура требовала за репост пять лет), а ее трехлетнего сына передать в органы опеки. После возмущения общественности и вмешательства в дело омбудсмена по правам ребенка Анны Кузнецовой и главы СК Александра Бастрыкина, обвинение запросило не отправлять Чудновец под стражу. Второй суд снизил срок до пяти месяцев и не стал отнимать у матери сына.

Затем вопрос о судьбе Чудновец был поднят в ходе пресс-конференции Владимира Путина 23 декабря, после чего президент поручил проверить дело осужденной за репост. Вскоре обвинение заявило о необходимости оправдать Чудновец и дело ушло на пересмотр. В марте 2017 года Курганский областной суд полностью оправдал женщину.

После подобных приговоров в Рунете уже набирает силу движение за удаление своих профилей из соцсети «Вконтакте», пользователи которой опасаются за свою свободу.

«Сегодня удалил свою страницу в ВК, которой было больше девяти лет. Прощай, экстремистская молодость» - отчитывается один из пользователей в твиттере.

Незаконное хранение мемов в особо крупном размере

«Рекордсменом» по реальному сроку за пост во «Вконтакте» пока является магаданский блогер Александр Юдин. В конце июля 2018 его приговорили к семи годам колонии общего режима по статьям «публичное оправдание терроризма» и «публичное оправдание терроризма с использованием интернета».

Исправится ли блогер после того как выйдет на свободу – не понятно, тем более, что опыт другого блогера - Алексея Кунгурова из Тюмени – весьма показателен. Осужденный в 2016 году на два года по статье «оправдание терроризма» за пост в ЖЖ мужчина после выхода из колонии заявил о намерении покинуть Россию.

Впрочем, такая возможность есть не у всех осужденных за лайки, репосты и мемы, поскольку большинство процессов не привлекают внимание СМИ и проходят в небольших провинциальных городах, где, судя по пугающей статистике, сетевой экстремизм расцвел пышным цветом.

Эксперты отмечают, что посты в соцсетях – один из последних способов для россиян выразить недовольство своей жизнью, в отсутствии какой-либо обратной связи от государства. Особенно в регионах.

Миасс, Челябинская область, 25-летний парень пошел под суд за посты во «Вконтакте» и размещение экстремистского аудиофайла.

Краснокамск, Пермский край, 35-летнего мужчину обвинили в публичной демонстрации нацистской символики, после публикации в соцсети картинки с «кельтским крестом».

Соликамск, Пермский край, местный житель получил за посты в местной группе «Подслушано» шесть месяцев колонии-поселения и запрет на год пользоваться интернетом.

Список подобных новостей можно продолжать почти бесконечно. Иногда среди них встречаются совершенно невообразимые, вроде привлечения к ответственности за репост новости о суде за репост.

Так в феврале 2017 года жителя Новочебоксарска (Чувашия) Дмитрия Панькова оштрафовали за репост во «Вконтакте» новости из паблика "Лентач" о том, что суд прекратил производство по делу, ранее открытому против него.

Первое дело завели на Панькова за репост мема с Виталием Милоновым и подписью на фото, которую следствие сочло запрещенной. Весной 2017 года молодого человека оправдали. В итоге парня все же оштрафовали по статье «массовое распространение экстремистских материалов», когда он сделал репост поста о своем оправдании.

Как отмечают в информационно-аналитическом центре «Сова», помимо реальных сроков за посты в соцсетях стали появляться случаи признания пользователей недееспособными в связи с психическими заболеваниями. Еще один тренд – внимание правоохранителей не только к постам, но и к постороннему сохраненному контенту. Часто информация о нем поступает от представителей так называемых «общественных объединений», которые и пишут доносы.

Также аналитики «Совы» отмечают, что заявления в правоохранительные органы эти объединения пишут по шаблону, то есть доносы, скорее всего, не их инициатива.

При этом многие эксперты сходятся во мнении, что сроки за репосты и само число подобных дел напрямую связаны с возможностью огласки – чем активнее общественная позиция, тем больше шансов у подсудимых не сесть за репост или мем во «Вконтакте». Впрочем, и из данного правила есть исключения.

Как отмечают правозащитники, даже если вы вдруг решили удалить из своих соцсетей, все, что постили и репостили там за последние годы, это вряд ли обезопасит от возможного преследования. Поэтому можно либо отказаться от соцсетей вовсе и вернуться к кухонным разговорам как во времена, когда в СССР сажали за анекдот, либо расслабиться и ждать звонка в дверь.

VK31226318