Новости

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Часть ограждения и покрытия крыши были повреждены тающим снегом.

Пока центр функционирует в тестовом режиме.

На 26 февраля запланировано 50 развлекательных мероприятий.

Среди пострадавших – два несовершеннолетних мальчика.

Удар ножом он нанёс в ответ на попадание снежком в лицо.

Открытие автомобильного движения запланировано на 2018 год.

В Пермском крае осудили мужчину, который более полугода избивал несовершеннолетнюю.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Подушка — не птица

13.01.2009
Перед Новым годом в Карталах все разговоры были про «Соню» — новый салон реставрации подушек и перин. Парикмахерских, бюро ритуальных услуг и магазинов здесь и без того больше, чем в городе N, а такая «Соня» одна.

Перед Новым годом в Карталах все разговоры были про «Соню» — новый салон реставрации подушек и перин. Парикмахерских, бюро ритуальных услуг и магазинов здесь и без того больше, чем в городе N, а такая «Соня» одна.

Не холофайбер, а перья

— Быстро и не муторно, — не нарадуется соседка. — Я все свои подушки отнесла, а потом еще у матери прихватила. Она, когда узнала, что перья чистить, разрыдалась.

Подушка — не птица, сама перья почистить не может, поэтому и приходится страдать домохозяйкам. Ученые давно установили, что во времена, когда подушки начиняли не холофайбером, а птичьими перьями, людям на натурпродукте спалось лучше и полезнее, а домохозяйкам жилось куда хуже: мытье натуральной начинки — удовольствие сомнительное.

Салон «Соня» расположился в бывшей подсобке первого магазина. Так здесь называют желтую «сталинку», в которой когда-то весь нижний этаж занимал ОРСовский магазин №1, где продавали хлеб, морскую капусту и газировку «Исинди» на разлив. Иногда в магазине появлялся бородатый бомж из теплотрассы. Он высыпал в лоток мелочь, выпивал газировку, вытирал рукавом фуфайки усы и ставил стаканчик обратно на разнос. Когда бомж уходил, продавщица в белом колпаке открывала форточку, чтобы проветрить помещение. Теперь на месте бакалеи, галантереи и подсобок гнездятся три магазина, салон «Соня» и дешевая парикмахерская для пенсионеров. А теплотрассу от бомжей заложили кирпичами.

Бабушка в красном беретике

— И было у меня две подушки. Не простых, а из пуха гагары, — бабушка в красном беретике заглянула в салон из любопытства, а потом, ободренная теплым приемом, расположилась на стульчике у дверей и повела неторопливый сказ:

— Эти подушки мать моя в войну выменяла у одного богатея за мешок картох. Мягкие какие подушки! А спалось как! Разве ж химия сравнится?

— Нет-нет, не сравнится, — качает головой Светлана, оператор машины, очищающей перо. За месяц работы в салоне она переслушала столько историй! Особенно от бабушек. Получив назад подушку в новом хрустящем напернике из цветастого тика, пожилые клиентки не торопятся уйти. У Светланы глаза добрые, голубые и голос, как у Клары Румяновой. Светлана сидит за швейной машинкой, подперев голову рукой, слушает, не перебивает — и так до прихода нового клиента. Помещение маленькое — троим тесно.

— Правильно, не сравнится химия, — продолжает старушка. — И все бы ничего, да я их постирать решила. Спину себе чуть не сорвала, пока в марле туда-сюда гваздала.

О печальном опыте мытья пера в домашних условиях здесь говорят многие. Процесс тяжелый, результат непредсказуемый. Подушку полагается выпотрошить, пересыпать содержимое в марлевый мешок и долго выполаскивать сначала в мыльной воде, потом в проточной. Напитавшись водой, перо становится тяжелым и начинает нестерпимо вонять. Порой запах не удается истребить даже после многодневной просушки, и изделие, вновь начиненное вымытыми перьями, мягко говоря, не озонирует.

— А вы приносите подушки сюда, я мигом перо почищу, — говорит Светлана, — Заодно на пух гагары посмотрю, не видела никогда.

— Какой еще гагары?

— Ну той, которая в подушках ваших.

— Откуда ж у меня гагара? — недоумевает собеседница. — Мне Марина, невестка моя, подарила подушку, только там утиное перо, никакая не гагара.

— Бабуля, вы же сами только что говорили, что было у вас две подушки, их ваша мама выменяла за мешок картошки. Забыли, что ли?

— Ой, милая ты моя, — всплескивает руками старушка, — так тех подушек нет давно. Я их внуку подарила.

Находки из подушки

Супруги Ермолаевы занимаются подушечным бизнесом второй год. Первую точку открыли у себя на родине — в Сибае, потом начали осваивать Челябинскую область.

— Подушки нужно чистить раз в полгода, — говорит хозяйка салона Наталья. — Человек болеет, потеет, выделяет слюну и жир, и все это впитывает подушка. Однако вручную мыть перья очень трудно. На то и нужен наш агрегат: в нем перо за пять минут и очищается, и дезинфекцию проходит в ультрафиолетовых лучах.

— А еще можно от порчи избавиться, — подсказывает Андрей, муж Натальи.

В бункере машины оседают тяжелые предметы: поломанные перья, песок. Зачастую перья в подушке бывают перемешаны с зерном, соломой и опилками. Но иногда попадаются и вовсе удивительные вещи: иголки, бусы, связанные пучки перьев, куриные лапки. Однажды в подушке клиента обнаружили сушеную крысу!

Лишь бы не полезли перья

— Открывай, мамаша, дверь, я ухажерка Петина, — старушка в красном беретике возвращается с подушкой. Не справившись с искушением, она сходила за ней домой, в соседнюю «сталинку».

— Вот ее мне Марина подарила.

Клиентка долго и придирчиво выбирает наперники, в которые будет засыпано очищенное перо, и очень огорчается, когда узнает, что ткань китайская.

— Ой, а можно «насыпушку» некитайскую? — просит она. — Не люблю китайцев, я про них много читала.

Светлана терпеливо объясняет, что некитайских нет; тик натуральный, а жесткий, потому что накрахмален; два наперника не нужно, ткань не пропускает перья.

Подушка, запакованная, как капуста, в пять наволочек, вспарывается, перья вываливаются в бункер комодообразного агрегата. На конец трубы, выведенный во втором бункере, надевается наперник. Светлана нажимает клавишу. Комод вздрагивает, нервно дрожит и гудит так, как может гудеть очень большой фен. Через окошко в верней крышке можно наблюдать за метелью, поднявшейся внутри.

— Легкое перо пролетает, а грязь, пыль и мусор остаются на полочках фильтра, — поясняет Светлана. — Через трубу очищенные перья поступают во второй бункер и наполняют наперник.

Снежная буря закончилась. Аппарат выключается. В отсеке лежит готовая подушка. Отверстие на боку Светлана зашивает на машинке. Старушка не верит, что все произошло так быстро:

— Самое главное — дезинфекция, — провозглашает она с ученым видом знатока.

— Была-была дезинфекция, — уверяют ее, — в ультрафиолетовых лучах. Вот, если не верите, посмотрите, сколько грязи от вашей подушки осталось.

Открывается нижний бункер, где расположен фильтр. На полочках фильтра пыль, ломаное перо, немного опилок и другой мусор.

— Боже мой, хлеба нет — опять ребенок! — ахает бабушка. — Еще и камешки! А это что, не пойму? Тряпочка какая-то. Ну, Мариночка, пошлю же я тебе письмо.

— Да не виновата она, — защищает Светлана чужую сноху. — Это во всех подушках бывает. Фамилию свою назовите.

— Не скажу! — вредничает в отместку клиентка. — Иванова Иванна Ивановна.

— Ну и не говорите, я все равно для вас квитанцию заполняю.

— И не скажу. Мало ли где потом моя фамилия фигурировать будет, а мне лишний раз светиться нежелательно. Я человек известный. У меня стаж 48 лет, я здесь всю жизнь в больнице отработала. В военном госпитале еще гинекологическое отделение открывала. А потом меня звали в Йемен. А я зачем туда поеду, к черным…

— Ой, Зоя Александровна, вы, что ли? — Светлана узнает строптивую клиентку.

Да и трудно не узнать, если та раскололась. До недавних пор Зоя Александровна работала врачом-гинекологом. Была единственным специалистом на весь город.

Старушка улыбается. Конечно, ее все знают, и она тоже всех женщин в городе знает. Спрашивает, сколько должна за подушку. 150 рублей? Ну, десятку еще даст, а остальное вряд ли. Шутит-шутит. А подушка, хоть и из китайского тика, но получилась — просто сказка.

— Здравствуйте, это у вас можно перышки почистить? — на пороге появляется мужчина в очках.

Обнимая подушку, Зоя Александровна стоит у дверей. Сиявшее ранее лицо вдруг становится очень строгим:

— Сказка-то сказкой, но если перья полезут, им несдобровать. Запущу на Китай ракету.

Клиентка уходит. Из-за двери слышится:

— А лучше — сразу три.

Комментарии
Комментариев пока нет