EUR 75.58 USD 66.33

Мы по сути - медицинский спецназ

Мы по сути - медицинский спецназ

Главврач Челябинской станции скорой помощи Елена Ершова рада тому, что каждую минуту может быть востребованной.

ГЕНЕРАЛ СКОРОЙ ПОМОЩИ

Эту изящную женщину называют генералом скорой помощи. В ее подчинении более 1000 человек, работающих круглые сутки 365 дней в году, спасая жизнь и здоровье челябинцев. На ее плечах огромная ответственность, каждое ее утро начинается с рапорта о самых тяжелых и страшных происшествиях.

10 лет назад пришла она на «скорую помощь», пять лет спустя возглавила ее, став единственной на тот момент в России женщиной-руководителем станции скорой помощи миллионного города. Этой осенью скорая помощь Челябинска отпраздновала свое 90-летие. 27 главных врачей станций скорой помощи из разных регионов России, приехавшие на юбилей, признали ее не только в числе старейших, но и одной из лучших в стране по качеству лечения больных и подготовке специалистов.

- Такая яркая женщина, всегда с улыбкой, и вдруг - чиновник. Неужели вы считаете себя реализовавшимся человеком?

- А мне нравится быть чиновником и считаю, что от меня много пользы. Я очень системный, организованный, ответственный человек - это пожизненный синдром круглой отличницы, заставляющий все делать на «пятерку». Сама работаю много и умею контролировать других. Хочу служить на благо региона - это мое кредо.

Я оптимистка по жизни, Лев по гороскопу. И плохого настроения себе не позволяю. Излучать уверенность - моя задача, чтобы, с одной стороны, сотрудникам давать ощущение надежности, стабильности, а с другой - пациенты должны быть уверены: к ним вовремя приедут, окажут помощь.

Основная реализация женщины - это дети. Я горжусь дочерью, которая в свои 19 лет живет в гармонии с собой и окружающим миром. Мы с Аленой очень близки, у нас просто телепатическая связь. И я всегда с радостью иду домой, а утром - на работу.

- Но ведь вам, чужой в Челябинске, пришлось начинать свою карьеру с нуля?

- Мне многое в жизни приходилось начинать с нуля. Представляете, что значит оказаться в чужом городе, где нет ни корней, ни протеже? Моя семейная жизнь начиналась в общежитии Станкомаша. Мама заплакала, когда увидела две эти панцирные кровати, стол и коляску - больше в 12-метровую комнатку ничего не входило. Пеленки я стирала в общем душе. Потом нам дали комнату в пятикомнатной квартире-коммуналке для «химиков» - бывших заключенных, отмечавшихся в спецкомендатуре. Муж уходил на работу, а я не знала, смогу ли выйти за дверь: поножовщина, драки, пьянство были здесь нормой жизни. Из холодильника у нас воровали на закуску детское питание, которое в талонном 90-м году доставали с таким трудом. Тогда у меня была одна мечта - перебраться в отдельное жилье. Жили на зарплату мужа-врача. Чтобы заработать на доплату за квартиру, устроилась преподавать анатомию в массажный кооператив. Бегала читать лекции в перерывах между кормлениями ребенка.

- Какой ужас! А я-то считала вас благополучной тургеневской девушкой.

- Да в том-то и дело, что долгие годы судьба позволяла мне видеть мир в розовых очках. Папа мой - человек военный, полковник, не пил, не курил, воспитывал меня в строгости. В семье нашей с обеих сторон четыре поколения интеллигентов. Одна бабушка была француженкой, носила фамилию Виттон, другая - директором школы в Туле. Она говорила мне: «Лена, всю жизнь нужно учиться!» Мой любимый девиз - чеховская фраза «В человеке все должно быть прекрасно...» А по образам тургеневских женщин я писала научную работу в НОУ и очень жалела, что не родилась в ХIX веке. Но, как часто бывает, я настолько слабая женщина, что мне ничего не оставалось, как быть сильной. Все в жизни я привыкла зарабатывать своим трудом и от этого получать радость.

- Елена Владимировна, а правду говорят, что на «скорой» вы начинали с конфликтов, уволили за пьянство лучших специалистов?

- Начинала, как дядя Евгения Онегина: «…он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог». Только уважения я требовала не к себе, а к «скорой помощи», ко всему нашему коллективу. Доверие пациента к врачу возникает сразу, с первого взгляда. А если от него пахнет? Перегар вмиг перечеркивает любой опыт и золотые руки. Это ерунда, что мастерство не пропьешь! Естественно, были сразу уволены все люди, которые позволяли себе появляться на работе в нетрезвом виде, несмотря ни на какие их заслуги, в том числе и профессионалы, проработавшие 30 лет. А как иначе? За тобой коллектив, выполняющий тысячу вызовов в сутки, а ты пьяным приехал на 999-й и все испортил.

- Что же, у вас ни праздников, ни «корпоративок» не бывает?

- Все они только за стенами станции, в нерабочее время. Мы, по сути, медицинский спецназ, полувоенная организация, нас вызывают на все аварии, пожары, смерти, ЧП. Наши люди у больного - последняя надежда, и вдруг приедем с запахом.

Много лет читаю лекции в медколледже, центре дополнительного образования специалистов здравоохранения и двух наших медакадемиях. Разработала авторский курс «Психология и конфликтология лечебного процесса на скорой медицинской помощи». Всегда предлагаю медикам посмотреть на себя глазами пациента. Это должно быть внутренним мерилом, как и понимание степени своей ответственности, которая на порядок выше, чем у обычного врача, потому что ценой является человеческая жизнь.

- За наведение жесткой дисциплины вас называют железной леди. А новая экипировка работников «скорой помощи» - тоже ваша инициатива?

- Мы ведь лицо города, машину «скорой помощи» всем видно издалека. Был у нас такой случай: перед Новым годом молодежь по пути на вызов в кабине автомобиля надела красные «дедморозовские» шапочки. Тут же мне позвонили жители: «Они, что, праздновать едут?» То есть мы всегда на острие ситуации. Как же нам выезжать в грязных рваных халатах? А иначе не получалось: съездил два раза на ДТП - халат в крови и грязи. Люди работали в каких-то телогрейках, шинелях. Удобная красивая спецодежда была необходима. Три года назад мы разработали дизайн-проект со своим логотипом и сшили летние и зимние комплекты.

- Раньше студентам говорили: «Будешь плохо учиться - пойдешь на «скорую помощь». А сейчас работать на челябинской «скорой» престижно. Это связано с повышением зарплаты?

- Конечно, у нас неплохая заработная плата. Но дело не только в этом. Годами на «скорой помощи» не было оборудования. Национальный проект «Здоровье» впервые за последние 20 лет позволил создать прорыв. В машинах теперь есть дыхательная аппаратура, дефибрилляторы, глюкометры, небулайзеры, современные кардиографы. Но нужно ведь еще и научить людей всем этим пользоваться. Для этого мы организовали непрерывное профессиональное образование, в учебно-тренировочном классе с муляжами отрабатываются все навыки, причем мы регулярно проверяем знания и умения. Это необходимо, ведь ты остаешься один на один с больным, тебе никто не придет на помощь. У нас, несмотря на кризис, есть все оснащение, дезсредства, медикаменты. Какие лекарства раньше покупались? Анальгин, димедрол, папаверин… Сегодня мы редко пользуемся ими. У нас собственный провизор и фармацевт, выбирающие современные эффективные препараты. Спасая людей от инфаркта, кардиологические бригады делают около 200 тромболизисов в год. При том что стоимость одной дозы препарата 50-60 тысяч рублей.

Мы стараемся, чтобы люди к нам приходили не с улицы, отслеживаем ребят с санитаров, с первых курсов, отработали систему врачей-стажеров. В результате с радостью констатирую: 62 процента коллектива у нас люди до 40 лет.

- Что на «скорой помощи» самое трудное?

- «Скорая помощь» - не профессия, а образ жизни. Люди работают сутками, треть жизни проводят на службе. Согласитесь, не каждый выдержит такой режим, причем постоянно в экстремальных ситуациях. Привыкнуть к смерти нельзя. Гибель ребенка потрясает до глубины души, а этим летом в Челябинске из-за москитных сеток открытых окон выпало несколько малышей. Вообще человек, разбившийся об асфальт, как тряпичная кукла, - это ужасно, как и нелепые смерти молодых на ровном месте, когда автомобиль врезается в людей на остановке. Наших сотрудников очень задевают скандалы в приемном покое больниц, где не хотят принимать бомжей, стариков. Или недавняя ситуация в Ленинском районе: бригада на вызове, к машине «скорой помощи» подходит пьяная компания и избивает водителя. Синдром эмоционального выгорания у наших сотрудников неизбежен.

Что касается меня самой, то, с одной стороны, моя главная задача - обеспечить качественную помощь людям миллионного Челябинска (в день у нас поступает две с половиной тысячи звонков, в год производится более 300 тысяч выездов на вызовы). С другой - стоять на страже интересов тысячного коллектива своих сотрудников. Это и само по себе непросто, кроме того, я все время на виду. Идешь по городу - из машин «скорой помощи» все с тобой здороваются. Когда-то советовалась с начальником горздрава Юрием Тюковым, идти ли мне на «скорую». Он сказал: «Переходи, если не боишься потерять свою свободу!» Только теперь я полностью поняла, что он имел в виду.

- Елена Владимировна, а что, главный врач «скорой помощи» ходит по городу пешком?

- Да, у меня нет личной машины, а служебная работает до пяти вечера. Кроме того, кризис на дворе, мы строго учитываем все расходы. Оплата транспорта, который мы арендуем, составляет в нашем бюджете огромную сумму. И никто у нас на «скорой помощи» на рынок или домой не ездит, это совершенно исключено, слишком дорогое удовольствие. «Скорая помощь» бюджету города обходится в 400 миллионов рублей в год. Я подписываю каждый финансовый документ, так что полнота ответственности высока.

- И все-таки зачем вы, психотерапевт высшей категории, поменяли профессию?

- Во-первых, каждый руководитель должен быть как минимум психологом (а психотерапевт - это уже более высокий пилотаж). Поэтому приходится применять свои профессиональные навыки ежедневно. Наверное, могла бы заработать на кусок хлеба с икрой, как Кашпировский, собирая залы. Но я не хочу наживаться на чужом горе. Не хочу заниматься бизнесом - это совершенно не мое. Я выросла в семье военного, всю жизнь меня учили служить Родине, и это для меня не пустые слова. На этом месте у меня появилась уникальная возможность каждый день и каждую минуту быть востребованной, помогая не одному пациенту, а целому миллионному городу улучшать здоровье. Люди звонят, пишут нам, чтобы сказать сердечное спасибо за то, что оказались рядом в трудную минуту. И сегодня в любой ситуации я могу говорить: «Да, я главный врач «скорой помощи»! И мне не будет за это стыдно.

- Позвольте напоследок женский вопрос: за последние полгода вы невероятно похорошели. Как вам это удалось?

- Я просто похудела на 23 кг, вернувшись к себе самой 10-летней давности.

Досье

Елена Ершова. Родилась в 1966 году в Казани (первое место службы отца). В первый класс пошла в Москве, а закончила школу в Копейске. Во всех четырех школах была активисткой и круглой отличницей. В 1989 году с красным дипломом закончила Томский мединститут. Невропатолог горбольницы № 13 Челябинска, психотерапевт Ленинского района, затем станции скорой помощи, заместитель главного врача, с 2005 года главный врач. В 2009 году с отличием закончила академию госслужбы.

VK31226318